Мы сгорим вместе. Сводные. - Маргарита Аланина

37.1 Извинения

37.1 Извинения

Пары! Я должна сосредоточиться на голосе преподавателя, а не бездумно смотреть за окно.

Не получается. Не могу. Я бесконечно проваливаюсь в темноту, где кипит боль от предательства отца. Я понимаю, что последние дни и признание родителя в измене маме - не сон, но я хочу, чтобы это было так.

Особенно тяжело по ночам. Просыпаюсь и не сразу осознаю реальность. Несколько секунд на душе спокойно. Плохое кажется сном. Будто ничего не было и переезд в дом Покровских предстоит, а не случился. А потом тяжесть реальности ударом вышибает из полузабытья. Я мотаю головой и глотаю горечь до тех пор, пока рука Демьяна не придавливает меня к кровати на талии. Засыпаю, прислушиваясь к дыханию в шею и бормотание «спи». Если, конечно, Дема успевает меня поймать. В противном случае я начинаю бродить по квартире.

Это ненормально и страшно. Утром Демьян заговорил о психологе. Я не ответила. Я не готова к вторжению постороннего человека в мою голову. Вываливать незнакомцу «грязное белье» своей семьи мне претит. Сама справлюсь. Должна справиться.

Закупорить воспоминания и мысли, как посоветовал Демьян, не выходит. Буду находить маленькие поводы для радости и занимать себя чем-нибудь, на учебу налягу, хобби обзаведусь в конце концов. Я так делала после смерти мамы и постепенно через черноту пробились краски.

Тем более я не одна. Меня понимают Демьян и Таня. Холодову тоже предал отец, ведь его интересует только Гоша. А Демьян меня понимает во всех смыслах. Он мой якорь. Обратный, если быть точной. Он на поверхности и тянет меня вверх. Это хорошо и плохо одновременно. Я не хочу стать зависимой от него. И упустить что-то важное между нами страшно. Возможно, скоро или даже сегодня наш вакуум растрескается, и каждый будет идти дальше сам по себе. Из-за обстоятельств или по желанию - не важно. И то, и то одинаково страшит.

А возможно во мне говорит страх быть преданной ещё раз, и падений больше не случится…

Из задумчивости меня выводит скрип мела по доске. Страхи страхами, а потом я пожалею о том, что забросила учебу.

К концу второй пары я полностью включаюсь в процесс.

На обед иду в столовую. По пути косые взгляды не цепляют. Они потеряли вес, как и ещё тысяча мелочей. Со временем, надеюсь, мне снова будут интересны окружающие, как и факт, что я чуть не вышла из дома в тонкой толстовке. Покровский вовремя одернул. Надо бы за вещами в свою квартиру заехать, а то я скоро действительно в вещах Демьяна ходить начну. Да, этим и займусь после пар.

В столовой беру себе салат и чай и занимаю место подальше от всех. Есть мне не хочется, а надо.

Достаю телефон и набираю сообщение сначала Холодку.

Я: «Ты придешь на обед? Я в столовой».

Второе сообщение улетает Демьяну.

Я: «Я в столовой».

DemON: «Я переодеваюсь. Скоро буду».

Не успеваю вилку в салат запустить, а рядом уже крутится Михаэль. Парень кивает, улыбается и садится по диагонали от меня.

Посылаю ему скупую улыбку.

Как относиться к Мартовскому я без понятия.

Я всегда буду на стороне Таньки, но он друг Демьяна и в целом парень неплохой. По отношению ко мне он не отличился негативом. Пока что.

- Где твоя светлая половина?

Проверяю телефон.

TwoPizza: «Я подрядилась преподу помочь, оценки зарабатываю».

- Пропуски отрабатывает. А тебе зачем? – настораживаюсь.

- Извиниться хочу. А темная часть где?

- Сдался на милость тренера, скоро должен подойти.

- Тогда я буду твоей веселой половиной.

- Михаэль, я сама себе половина.

Утверждение спорное в данный момент, но Марту хватит.

- Витаминизируйся, - выкладывает передо мной маленькое яблоко.

- Спасибо.

Кладу яблоко на свой поднос и впихиваю в себя пару ложек.

Появление в столовой Демьяна чувствую с первых секунд, поэтому откладываю столовый прибор и глазами отыскиваю источник магнетизма. Покровский уверенно движется к нам. Он кажется выше и плечистее. Глаза сверкают, мокрые волосы торчат в разные стороны, а на губах играет широкая улыбка.

Он садится рядом, протягивает руку Марту, после чего опускает её мне на плечи. По-собственнически притягивает к себе и целует в висок.

Естественно. Трепетно. До дрожи.

По венам мгновенно расходится ток от воспоминания о вчерашнем вечере. Я позволила страху руководить и предложила Демьяну...себя. Совершенно безрассудный поступок.

Я очень рада, что Дема не воспользовался ситуацией. Сделал по-другому, опалив дыханием и поцелуями самые чувственные точки. И я отключилась от страхов и терзаний. Только его губы и руки имели значение…

- Стала самой умной? – слегка иронизирует.

- Да. Я перед первой парой попросила старосту на досуге сфотографировать пропущенные лекции. Судя по её сочувствующему взгляду, нагонять и переписывать лекции придется долго.

- Ксерокс, Юль, давно придумали. Или можно будет фотки распечатать.

- Хочу переписать. Лучше усвою и..займу себя, - шепотом заканчиваю.

- Как прошло? – спрашивает Март, делая вид, что не слышал наш разговор.

- Абьюз продолжается. Юрьич месяц испытательного назначил. Теперь мои тренировки в 5:30 начинаются, - крутит пальцем свободной руки у виска и улыбается. – Я после пар останусь с хвостами разбираться, поэтому подв…

Не даю ему закончить, немножко наигранным возмущением:

- я сама могу добраться до дома. И вообще у меня планы – зайти в магазин и домой за вещами.

- Ок.

Демьян серьезно смотрит глаза в глаза и целует в висок.

- Готова услышать извинения? – спрашивает, отпив моего чая.

- Ты о чем?

Я удивленно хлопаю ресницами. Март встрепенулся. А Демьян, величественно раскинувшись на стуле, гаркает на всю столовую:

- Ярославова, Лисовая, сюда подошли.

Упоминание Лики и Карины не колышет. Я их даже не заметила. И извинения от них мне не нужны, но механизм уже запущен.

Обе местные фифы плывут к нашему столу. Обращаю внимание, что у каждой в руках кардиган, а топы традиционно не оставляют пространства для воображения.

Обе смотрят высокомерно. Я хочу придвинуться к Демьяну, но остаюсь неподвижной.

Нельзя прятаться!

- Лик, я хотел по-хорошему. Не трогал тебя. Ты не вняла совету и воспользовалась тем, что я был…, - задумчиво чиркает пальцами по подбородку, - занят. Теперь разговаривать будем по-другому. Ты