Меж двух миров - Анна Швыркова

Матрас под ней мелко вибрировал. Повернув голову к оборотню, который успел подползти к ней гораздо ближе, чем было, она увидела, как он, поджав губы, беззвучно трясется от смеха.

‒ Что? Что я такого сказала? ‒ Лана недовольно скрестила руки на груди.

Ее быстро подмяли по себя и прижали к матрасу. Видар как объевшийся сметаны кот смотрел на нее и довольно щурился.

‒ Хорошая моя, вчера я боялся тебе навредить и пожалел, ‒ склонившись к ней, прошептал в губы. ‒ Раз сейчас все в порядке, давай я покажу тебе, почему вокруг этого столько шума.

Лана открыла рот, чтобы ответить, но ее настойчиво поцеловали, и она забыла, что хотела сказать.

Да и это стало уже неважным.

Глава 35

Все последующие дни слились в один, и в то же время были абсолютно не похожи друг на друга. Если бы не Рас и его корзины с едой, то они наверняка умерли бы с голоду, потому что оторваться друг от друга было невозможно.

Они практически жили на этой кровати.

Ели на ней, спали, занимались любовью, дурачились как дети, разговаривали, узнавая друг друга еще ближе, и смеялись до болей в животе. Лана потеряла счет дням, хотя до этого упорно считала сколько осталось до конца трех недель.

В одно утро Видар рассказывал о том, как испортил восемь стульев, покрыв их слишком большим количеством лака, и его учитель гонялся за ним по деревне с палкой. Лана хохотала до колик, представляя, как молодой Видар прятался от него на крыше. Отдышавшись, она в очередной раз залюбовалась оборотнем.

Они настолько изучили друг друга, что Лана уже не стеснялась ни своего голого тела, ни мужского. Сама тянулась за поцелуями и ласками, дарила их в ответ и наконец-то перестала краснеть.

Хитро прищурив глаза, она стала медленно наклоняться к оборотню. Тот с легкой улыбкой застыл, ожидая поцелуя. Когда дыхания смешались в одно, и они почти коснулись губами, в дверь постучали.

Оборотень перестал улыбаться, глухо зарычав:

‒ Ну почему он всегда так не вовремя?

Быстро прижавшись к ней губами и нехотя оторвавшись, он пошел одеваться.

‒ Даже если я приду в любое другое время, все равно буду не вовремя. Хватит ныть, открывай, ‒ раздалось с улицы.

Лана развалилась на кровати, привычно ожидая корзину с едой.

В коридоре была возня и тихие препирательства. А вот это было непривычно.

‒ Лана, прикройся! ‒ зло прорычал Видар из коридора.

Она быстро юркнула под одеяло, и на кухне послышались тяжелые шага Раса, сопровождаемые непрерывным рычанием.

‒ Да не буду я заходить в спальню, успокойся.

‒ Почему ты на моей кухне и без корзины?

‒ Потому что доставка еды на дом действует только первые семь дней, ‒ съехидничал Рас, ‒ а вы уже восьмой из дома не выходите.

Лана в шоке открыла рот.

Восемь?

По ее ощущениям они день третий вместе. Максимум четвертый. Но восемь?

‒ Хватит уже прохлаждаться, ‒ невозмутимо продолжил Рас. ‒ Твоим родителям не терпится с ней познакомиться. Слухи уже и до Восточной дошли. Вы вдвоем можно сказать местные знаменитости, только вас и обсуждают.

Вместо ответа повисло молчание. Похоже Видар, как и она, пытался свести в голове то время, что они были рядом, с реальным течением дней.

‒ Подождешь на улице.

Послышался скрип пола и закрывшаяся дверь. Видар зашел в комнату и лег на кровать, обняв ее вместе с одеялом.

‒ Неужели прошло восемь дней? ‒ прошептала Лана.

‒ Мне тоже не верится, ‒ тихо выдохнул оборотень.

‒ Но ведь получается, ‒ Лана судорожно облизнула губы, произведя быстрые подсчеты в уме, ‒ что я здесь двадцать третий день.

Видар напрягся и еще крепче сжал ее, будто она прямо сейчас подскочит и убежит в одном одеяле.

‒ Ты хочешь уйти? ‒ еле слышно спросил он.

‒ Я… ‒ Лана блуждала глазами по лицу, которое теперь знает, как свое, и растерянно сказала, ‒ я не знаю.

Она хотела уйти отсюда, считала дни, когда сможет наконец вернуться в империю, а теперь… А что теперь? Что ее ждет в столице? Работа лекарем низкого ранга, пока не наберет достаточно опыта? Прятки от женихов и совета? Одиночество в маленькой комнате лекарского общежития?

Почему все так изменилось за каких-то три недели?

‒ Пожалуйста, ‒ прошептал Видар, прерывая ход ее мыслей, и еще тише добавил: ‒ останься.

Лана вглядывалась в него и не знала, что ответить. Видар же обреченно продолжил:

‒ Останься, потому что я не хочу переезжать в Восточную или Южную.

‒ При чем здесь это? ‒ нахмурилась она, не совсем понимая.

‒ Потому что если ты не будешь видеть Расмуса, то и попросить его исполнить клятву не сможешь.

Лана в шоке приоткрыла рот. Неужели Видар способен на подобную низость? Она ведь столько о нем узнала, не было в нем такой подлости. Или он все это время притворялся, а она как дурочка повелась на все красивые жесты и слова, не заглянув под обертку?

‒ Ты правда это сделаешь? ‒ спросила и замерла, боясь услышать ответ.

Потому что если он положителен, то применение заклинание магического сна в критических ситуациях у нее отработано, а Рас не сможет отказать. Она будет уже далеко, когда действие сна закончится. Для надежности можно будет и гель потратить ему на одну ногу, чтобы уж точно не рванул следом. А со своими чувствами и сердцем она разберется уже сидя в комнате общежития.

‒ Конечно нет, ‒ невесело хмыкнул Видар, а Лана с облегчением вздохнула, тут же выбрасывая из головы план побега, ‒ я просто пойду за тобой.

Сказал он это слишком серьезно, для того чтобы можно было все свести к шутке. И что тогда уже их двоих может ждать в империи? Маг, связавшийся с оборотнем, причем так, что крепче уже некуда. Если Видара вычислят, а он рано или поздно выдаст себя, судя по тому, как у него непроизвольно меняются глаза при сильных эмоциях, то…

Лана зажмурилась, стараясь об этом не думать. Получается, что выбор у нее: либо остаться с Видаром в деревне, где большинство ей не радо, либо уйти вместе, и скорее раньше, чем позже, Видара убьют. Но если здесь у