Бунтарка и Хозяин Стужи - Марина Эльденберт

– Однажды утром, когда я собирала букеты, в лавку заглянул твой отец. Он пришел за цветами Стелле…

– Стелле?! – ахнула я.

– Да, в то время она встречалась с его лучшим другом, собиралась за него замуж. Букет твой отец покупал ей на День появления, – мама улыбнулась. – Но, увидев меня, забыл про все – он сам об этом рассказывал. А я уронила цветы, они рассыпались. Я присела, чтобы их собрать, но чего даже представить себе не могла – так это что твой отец решит сделать то же самое. И мы так столкнулись лбами, что у меня в ушах зазвенело… – Теперь она рассмеялась. – Вот так все и случилось, Ливи. Не думала, что после Родуэлла вообще взгляну на мужчин, но твой отец… с ним все сразу случилось, с первого взгляда. Как будто он вошел – и я поняла, что вот оно. Мое счастье. Конечно, я осторожничала как могла. Долгое время его избегала, но твой отец был на удивление терпелив. Внимателен. Не напорист, как Родуэлл, но настойчив. И знаешь, я ему благодарна. За то, что не позволил мне убежать. Спрятаться. Снова закрыться. За то, что доказывал, снова и снова, раз за разом, что я могу ему доверять. За… вас.

Я покачала головой, с трудом сдерживая слезы. И это меня Хьяртан назвал достойной стать герцогиней? Если кому-то и вручать этот титул, так это моей маме. Моей маленькой храброй маме, которая через столько прошла! Хотя ей и титул не нужен, он у нее есть. Она – княжна Фолькона!

– Но как же получилось, что Родуэлл тебя нашел?

– Сама не знаю, – мама нахмурилась. – Видимо, что-то произошло с заклятием. Я и сама не поняла что. Не почувствовала, как оно пало, а Родуэлл появился так внезапно, что я не смогла уберечь нашу семью. Не успела…

Она закрыла лицо руками, и я обняла ее, прижимая к себе.

Молчала, пока мама сидела так, неподвижно, а когда она подняла заплаканное лицо, достала платок и мягко стерла слезы с ее щек.

– Кхм… прошу прощения.

Голос лекаря раздался так неожиданно, что я подскочила и повернулась к нему.

– Каэтан! Давно вы здесь стоите?

– Разумеется, нет. Только что вошел. Мне очень нужно поговорить с вами, Ливия. Наедине.

– Это касается Фабиана? – встревоженно вскинула голову мама.

– Нет. Вопрос лично к вам, нэри Селланд.

– Хорошо. Я сейчас вернусь, – коснулась маминой руки и, спрыгнув с кровати, поспешно вышла вслед за Каэтаном.

– Что случилось? – спросила, стоило оказаться в коридоре.

– Пойдемте.

Мы все-таки пошли. К Фабиану!

– Не хотел волновать норру Селланд… Оллину, – поправился он. Фабиан, хмурый как туча, сидел в своем кресле, вцепившись в подлокотники, и мне стало не по себе.

– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?! – невольно повысила голос.

Каэтан прикрыл за собой дверь и только после ответил:

– На вашем брате заклятие. Сильное. Темное. Судя по всему, оно было наложено не на него, а перешло с кого-то. Именно поэтому я не смог сразу его распознать. Не смог увидеть: оно маскировалось, потому что было нацелено на другие живые контуры, не на вашего брата. Тем не менее именно его темная сила мешает Фабиану восстановиться.

Я перевела взгляд на брата. Похоже, целитель решил не скрывать от него правду, и я не представляю, какие чувства испытываю по этому поводу. С одной стороны, Фабиан понимал, что дело не в нем, – против магии, сильной темной магии нет ни малейших шансов. С другой… сколько еще соберется в ближайшее время тех, кто хочет навредить моей семье? Моим близким! Да и за что?

Почему?!

– Это поправимо? – спросила первым делом.

Брат понуро опустил взгляд, Каэтан нахмурился.

– В целом возможно, но мне нужно понять, на кого изначально было направлено заклятие, чтобы воспроизвести его и сделать контрзаклинание с помощью целительских методик.

– И как нам это понять? – ногти вонзились в ладони, но я не чувствовала боли. – Кто вообще мог наложить это ларгово заклятие? Почему оно перенеслось на Фабиана? Когда?!

В голове вспыхнула картина того вечера, когда я отпустила брата на горку, но в той картине не было ни малейших зацепок. Там каталось столько детей, столько людей… Мог ли кто-то избавиться от заклятия, чтобы спасти себя? Но разве это делается так просто?!

– Это могло произойти в тот день, когда Фабиан катался на горке? – голос прозвучал хрипло, взволнованно.

Каэтан покачал головой.

– Нет. Заклятие более старое.

– Более старое? Насколько?!

– Этим чарам не менее десяти лет.

– Сколько? – Я вскинула брови. – Вы хотите сказать, что Фабиан с ним родился?!

Или…

– Его величество как-то обмолвился, что почувствовал тьму в вашем доме, Ливия. – Целитель смотрел на меня с сочувствием, и перед глазами пронеслись старые, давно забытые воспоминания. О том, как исчезла мама и как вскоре в нашем доме появилась… эта гадина. – В вашей семье.

От пронзившей сердце догадки по позвоночнику прокатилась волна холода.

– Стелла! Это ее рук дело?

Мужчина неуверенно кивнул.

– Я плохо знаком с вашей мачехой, нэри Селланд, но рискнул бы предположить, что она на такое способна. Возможно, она пыталась избавиться от лишнего рта, а может, что-то еще – мотивы таких людей мне не понять. Но я позвал вас сюда в том числе и за этим. Вы помните, что произошло в прошлый раз, когда арестовали вашего сводного брата. Я не хочу повторения истории, поэтому решил сначала поговорить с вами.

– А я хочу! – запальчиво выкрикнул Фабиан дрожащим от подступающих слез и ярости голосом. – Пусть ее накажут!

Повторения истории? Да если выяснится, что Стелла чуть не убила моего брата, я своими руками утоплю ее во Вдовьей реке!

Я не успела представить казнь мерзавки во всех подробностях и красках, потому что дверь в комнату брата неожиданно распахнулась, и на пороге появился Дойнарт. Мгновение, и комната наполнилась едким режущим морозным воздухом, и Фабиан, схватившись за голову, сжался в кресле, а Каэтан как подкошенный рухнул на пол. Я же почувствовала себя так, словно снова вдохнула тот яд, но это точно был не он. Это вязкая магия Дойнарта, лишающая меня сил.

– Забавно, – с усмешкой сказал он. – По моим расчетам ты тоже должна