Преданная - Мария Анатольевна Акулова

Конечно же, предупредят. Кто-то предупредит, а я не должна.

Я совсем не опытная. Я ни черта не мудрая. Я понятия не имею, что под водой прячет верхушка айсберга прямо по курсу.

Мой максимум — нарваться на насмешку или злость, но… Господи, конверт-то я ему не верну!

Я больше не буду пользоваться анонимностью, которую давало общение со Спорттоварами. Спорттоваров больше нет. Мы вдвоем знаем, что и там, и здесь — одинаковые мы.

А меня до сих пор тянет помогать негодяю.

Открываю переписку с Тарнавским. Он мелькает в сети — то уходит, то возвращается.

Общается с кем-то, наверное. Это из-за обысков или?

Неважно.

Собравшись с духом, пишу:

«Вячеслав Евгеньевич, будьте осторожны»

Отправив, пугаюсь не меньше, чем от вспышки фар за спиной однажды ночью.

За отправкой следует быстрое прочтение и заметная пауза. Дальше: «?».

Его манера взаимодействия бесит до одури. Ну будь ты, блять, человеком! Будь ты, блять, не таким снисходительным! Ты же все прекрасно понимаешь. Я тебе помочь хочу. Вопреки всему.

Сглатываю, сжимаю зубы:

«В чате аппарата написали, что на фирме вашего отца — обыски. А у вас в кабинете»… Мне сложно дописать правду, но я беру себя в руки и заканчиваю: «кое-что может вызвать вопросы. Я думаю, вам стоит что-то сделать с содержимым сейфа».

Собственная, облаченная в деликатные формулировки, бесцеремонность, саму же поражает. И вроде бы что я еще жду от самого настоящего подлеца, правда же? Но его:

«Снова сплетни собираешь, Юля?», — бьет наотмашь.

Отбрасываю мобильный, как будто это слизкая жаба или ядовитая змея.

— Пошел ты к черту… — Произношу себе под нос, мотая головой. — Просто пошел ты к черту…

Не знаю, как можно быть настолько отбитым.

Встав с пола, успеваю сделать еще один круг по комнате, когда телефон начинает звонить.

Для входящих поздно, но я не удивилась бы увидеть на экране ни Лизу, ни ее отца, ни кого-то из любопытных сотрудников аппарата суда, ни маму. Но вижу Тарнавского.

Кривлюсь. Первый порыв — проигнорировать. Дальше — всплеск злости. Хочется вычитать, как пацана. Придурошного. Самоуверенного.

Дальше — стыд и страх. Может он настолько в себе уверен, потому что думает, что в понедельник я верну конверт. А в понедельник… Будет плохо.

Тяну на себя покрывало вместе с телефоном и беру трубку.

— Алло, — мой голос звучит одновременно сорвано-истерично и сдавлено. До ушей доносится приглушенные звуки клубной музыки. Басистые, раскачивающие биты.

— Вечер свободный, я так понимаю, Юлия Александровна? — Спокойный тон Тарнавского совсем не пляшет с окружающим его вайбом. Обыски. Угрозы. Надвигающийся пиздец. И он… Какой-то не такой.

— Нет, — вру и слышу, что усмехается.

— Сплетни собирать успеваешь. Значит, и поработать сможешь.

Возмущение мешает сделать вдох вовремя. Нет. Ни черта.

— Вячеслав Евгеньевич, я… — Начиню говорить, но он меня просто не слушает.

— У тебя есть полчаса, Юля. Оденься красиво. Можешь в то же… Платье. — Мы оба знаем, что за «то же». Как и то, что вместо паузы должно быть произнесено «блядское».

Лицо покрывается ярким румянцем. Сердце взводится бешено. Его настойчивость и требовательность гасят зародившейся протест. Для этого Тарнавскому не нужно даже личное присутствие.

Он «щедро» объясняет:

— Мне нужна переводчица.

— Я не переводчица.

— Ты знаешь английский.

— Вы знаете английский лучше меня…

Мой аргумент разбивается пенистой волной об острые скалы его эгоистичных желаний. В ответ летит усмешка и:

— Я все знаю лучше тебя, Юля. Но тебе я плачу деньги. Так что соберись.

Тарнавский не ждет от меня согласия. Скидывает, прерывая разговор четко тогда, когда хочет сам.

Градус ненависти к нему снова повышается. Ты его жалела, Юль? Ну умница. Получай теперь.

В чат падает адрес и приказ: «соберешься — бери такси».

Я копирую его в гугл-карты и определяю, что это — мужской клуб.

Супер, блять. Просто супер.

Виски. Тёлки. Я.

Переводчица.

Строчу: «Я не приеду».

Сама не знаю, откуда во мне вот сейчас силы бодаться, но кажется, что даже трактор с места не сдвинет.

Только Тарнавский — не трактор. Он намного хуже.

«Собирайся, Юля. Иначе приеду к тебе. Точно хочешь?»

* * *

Он не просто рубит на корню любое мое благое намерение, он заставляет ненавидеть себя за то, что сделала шаг навстречу и получила граблями по носу.

Раз за разом. Раз, блять, за разом, я его «спасаю», а потом обтекаю.

Оказавшись внутри здания с красноречивой вывеской Men's Club, попадаю в заботливые (если можно так сказать) руки вежливой девушки-хостес.

Я не хочу ни находиться здесь, ни куда-то двигаться, но заставляю себя делать шаги за приятной сотрудницей пугающего заведения.

Я никогда не бывала в подобных местах. Проходя по большому залу, в котором неоновые подиумы-дорожки, исполняющие роль замысловатой сцены, извиваются между ложами и столиками, стараюсь не всматриваться в людей и обстановку, но любопытство берет верх.

Это похоже на дорогой ночной клуб. Здесь тоже есть бар, за столами — преимущественно мужчины, но бывают и смешанные компании. Женщины в них на равных или «обслуживают», стараюсь не думать. Есть место для танцев.

Не пялюсь ни на кого открыто, но на себе взгляды ловлю. Иногда с кем-то перекрещиваюсь и тут же ускоряюсь.

Лучше не думать, кем они считают меня.

То самое блядское платье Тарнавский может при желании надеть сам, но куда более скромные топ и не слишком короткая юбка все равно получают свою порцию ненужного мне внимания.

Мы поднимаемся на второй этаж. Передо мной открывают темную дверь с подсвеченным неоном ободком.

Первой в глаза бросается противоположная стена уменьшенной копии зала на первом этаже. Она абсолютно прозрачна. За ней, как бы под ногами, все то, что я видела несколько минут назад.

Дальше я считаю людей. Много мужчин, но девушек чуть ли не в два раза больше. Это какая-то большая вечеринка.

Кто-то подходит ко мне и тянет за запястье. Пугаюсь, скольжу взглядом по руке девушки с аккуратным безликим френчем на ногтях. На ее запястье несколько золотых браслетов. Я поднимаю взгляд и встречаюсь с яркими голубыми глазами незнакомки. Она обладает модельной внешностью. Идеально причесана и накрашена. В глазах — не пустота.

Я уверена, что именно так должно выглядеть дорогое «сопровождение». Эскортница.

Снова веду взглядом по комнате. И здесь таких… Становится душно.

— Вячеслав попросил тебя встретить. Проходи…

Не знаю тут никого и знать не хочу, но тоже ловлю на себе чужой интерес. Он бежит мурашками по коже. В голове почему-то крутится, что меня оценивают, как… Свежея