Исцеление сердца - Сьюзен Фанетти

— Я ходил в зал. Я сказал, что не покину Карлсу без тебя. Даже если ты не хочешь видеть меня, я останусь. Я буду любить и защищать тебя и ребенка до конца дней.

— Но ты правишь Гетландом. Ты должен вернуться.

— Если ты не поедешь со мной ко мне домой, значит, мой дом больше не в Гетланде.

Она свернулась калачиком у его груди, и Леиф притянул ее к себе на колени, чтобы обнять.

— oOo~

Ульву не терпелось вернуться обратно в Гетланд. Они путешествовали две недели, чтобы добраться до Карлсы, и пробыли в городе больше месяца. Чума прошла, и они могли возвращаться домой без страха заразить других людей.

Кроме всего прочего, зима тоже начала отступать. Солнце стало ярче, светило дольше. Снег и лед стали тоньше.

Ольга полностью восстановилась, но барьеры никуда не делись. Она не собиралась ехать с ним.

Леиф, Ульв и Вали стояли на пирсе и смотрели на море, на солнце, играющее на воде.

Настало время, когда Леиф должен был передать через Ульва весть о том, что место ярла Гетланда свободно.

Вали был более чем недоволен таким решением, как и сам Леиф. Карлсе был нужен союзник, сильное плечо, которое могло бы поддержать ее, пока она восстанавливалась. Решение Леифа остаться с Ольгой могло навредить и владению Вали тоже. Если ярлом станет враг, Карлса окажется в опасности.

Мужчины обсуждали это и так, и эдак, но Вали не пытался изменить решение Леифа. Он понимал, хоть и был очень обеспокоен. Леиф тоже переживал, но другого выхода не было. Он не мог снова оставить Ольгу. Он признавал, что в Эстландии ставил на первое место Вали и Бренну; но теперь они уже не могли быть первыми, хоть это и могло означать опасность для целого города… и для самой Ольги.

Он понимал, что рискует, но клятву нарушать не собирался.

— Если ты подождешь еще несколько дней или неделю, — предложил Вали, — море успокоится, и можно будет доплыть на корабле. В Гетланде ты будешь через несколько дней, а не через недели.

— У нас нет кораблей, — сказал Ульв. — И нам надо ехать.

— У нас есть судно, которое ты, Леиф, одолжил нам в наше последнее плавание из Гетланда. Когда вода станет безопасной, мы можем спустить его на воду. С тобой поплывут те, кто пойдет летом в поход из Гетланда. Как мы и говорили.

Ульв повернулся к ярлам.

— Говорили?

Он не знал, что Леиф не поплывет с ним в Гетланд, и Леиф пока не решался сказать. В любом случае, корабль, о котором он забыл, мог помочь выиграть время, а если времени не хватит, возможно, Ульву все же придется вернуться домой с вестью о том, что теперь каждый может претендовать на место Леифа.

— Мы поведем людей Карлсы в поход этим летом. Мы поделим добычу, чтобы Карлса могла восстановиться для похода на запад следующим летом.

Ульв молчал, глядя на море.

Леиф был его ярлом, и он устал от разговора.

— Ты остался, когда я сказал, что ты можешь уехать, Ульв. Теперь ты останешься, пока я не скажу это снова.

Леиф не часто использовал свою власть, но выдерживать осуждение двадцатилетнего щенка он не собирался.

Выражение лица парня изменилось с удивленного на упрямое и покорное в промежуток между двумя ударами сердца.

— Как пожелаешь. Ты мой ярл.

Да, он был ярлом. Пока.

— oOo~

Фрида снова жила у Ольги, и Леиф теперь не мог оставаться в доме. Теперь он спал в большом зале, но вскоре сможет занять свой собственный дом в Карлсе, если все же решит остаться. Он пока не был готов. Он все еще надеялся. Почти потерял надежду, но все же.

Несмотря на то, что спать в доме Ольги он больше не мог, навещал он ее каждый день. Он помогал ей по дому, они говорили о том, о сем. Он не давил на нее, не пытался заставить поверить. Она или поверит сама, или вообще не поверит, и если время выйдет, ему придется отправить Ульва в Гетланд с вестью о том, что он больше не ярл. Решение принято. Теперь только время имело значение.

Оставив Вали и Ульва на пирсе, Леиф направился в дом Ольги. Она и Фрида были заняты работой, сидели за столом, готовя какое-то снадобье.

Когда он вошел, Ольга хмуро и подозрительно на него посмотрела и отослала Фриду прочь. Ничего не понимая, Леиф просто стоял и ждал, пока девочка выйдет из дома. Та, проходя мимо, тоже посмотрела на него — так же подозрительно, как Ольга.

— Что случилось?

— Я видела тебя на пирсе с Вали и еще кем-то.

— Ульв.

Напряженный кивок дал понять, что Ольге все равно, кто это.

— Ты уплываешь.

— Что?

— Ты собираешься вернуться в Гетланд. Jah?

Гнев, тлеющий на задворках его сознания, в мгновение ока превратился в пламя, и Леиф шагнул вперед и движением руки смел со стола все, что там стояло. Ольга подскочила со стула и отступила назад, ее темные глаза стали большими от ужаса.

— Нет, я не собираюсь. Я уже сто раз сказал тебе, что не собираюсь уезжать без тебя. Если ты не поедешь со мной в Гетланд, я откажусь от него и останусь здесь. Я сделаю это для тебя, нужен я тебе или нет. Я люблю тебя! Ты носишь моего ребенка! Ты всегда думаешь о том, что потеряла ты, но как насчет моих потерь? Я потерял семь детей! Как ты думаешь, смогу я отвернуться от этого ребенка или нет?

Переполненный злостью, накопившейся в нем за месяцы, он ударил кулаками по столу, а потом замер, наклонившись, впиваясь пальцами в дерево. Дыхание его было тяжелым, волосы спадали по обеим сторонам лица.

— Я не уеду без тебя. Я жертвовал всем для тех, кого люблю. И для тебя пожертвую. Если тебе я не нужен, пусть. Но ты не будешь растить моего ребенка без меня. Я останусь с вами, чего бы мне это ни стоило.

Он посмотрел в ее прекрасное лицо, снова наполненное красками жизни, и гнев стал утихать.

— Я не уеду без тебя.

И не дав Ольге возможности сказать что-то в ответ, Леиф ушел.

— oOo~

Леиф собирался усесться у стены в длинном доме ярла и напиться до полусмерти. Он почти выбежал из дома Ольги, намереваясь сразу же приступить к выполнению плана. Слишком много гнева в нем было, слишком много