Исцеление сердца - Сьюзен Фанетти

простым; не было времени сшить что-то другое, да и живот вырос настолько, что на Ольгу теперь могла налезать только очень свободная одежда. Для нее погода была еще прохладной, так что она надела поверх платья обычную светло-голубую шерстяную тунику с широкими рукавами и яркой вышивкой — она сама вышила узор несколько дней назад — на груди. Линия выреза — говоря о «голой» — была ниже, чем она думала; груди выступали вперед. Дагмар задрапировала ее кружевом, спускающимся по груди и спадающим на живот почти до самого пола.

В ее мире невеста была бы одета в белое, цвет единения и равновесия, но в этом мире цвет не имел значения. Ольга была теперь частью этого мира, и выбрала голубое — потому что это был цвет спокойствия.

— Я замерзну, — пожаловалась она. Они должны были пожениться на берегу, и хоть зима и прошла, для Ольги все еще было слишком холодно.

— Думаю, нет, — улыбнулась Бренна, обмениваясь взглядом с матерью. Дагмар стояла позади Ольги, и та не видела выражения ее лица.

— Вот, — сказала Фрида, перекидывая волосы Ольги на спину. — Еще одна вещь и ты будешь настоящим совершенством.

Решительный стук в дверь прервал женщин. Вали приоткрыл дверь и заглянул, и Ольга улыбнулась его непривычной застенчивости.

— Я помешаю?

— Нет, — сказала Бренна, поднимаясь и усаживая дочь на бедро. — Ты вовремя. Ольга боится, что замерзнет на собственной свадьбе.

Вали вошел внутрь, и Ольга увидела в его руках большую шкуру. Она была такого бледного цвета, что казалась снежно-белой. Ольга знала только одно животное с мехом такого цвета. Редкое животное. Белый волк.

Вали направился прямо к ней, и женщины расступились единым, словно отрепетированным движением. Только она была удивлена появлением Вали, остальные, как видно, ждали его. Ярл Карлсы остановился рядом с ней, и Ольге пришлось выгнуть шею, чтобы посмотреть в его улыбающееся лицо.

Держа шкуру в руках, он обернул ее вокруг плеч Ольги.

— Ты — друг моего сердца, Ольга, и я буду скучать по тебе каждый день. Мы столько пережили с тобой. Ты выходишь замуж за хорошего человека. Думаю, Бренна права. Он — великий воин, и он будет защищать тебя и твоего ребенка, и будет любить тебя. Но я дарю тебе шкуру белого волка, чтобы ты всегда помнила о том, что у тебя есть не только его защита, но и моя — защита Грозового Волка.

Закончив свою прекрасную речь, он наклонился и поцеловал Ольгу в лоб.

Она спросила себя, а помнит ли, знает ли Вали о том, что значит белый волк в ее мире. В мире Ольги это животное было воплощением знаний об элементах. Воплощением мудрости и понимания. Воплощением равновесия. И теперь она была окутана им, защищена им.

Ольга поднесла шкуру к лицу и заплакала. И когда Вали притянул ее к себе, она позволила себе плакать, пока не кончились слезы.

— oOo~

Они стояли на берегу, окруженные людьми Карлсы: всеми, кто выжил. Леиф надел ярко-голубую шерстяную тунику и темного цвета бриджи. Его волосы развевались на ветру. Фрида подарила Ольге красивый венок из сушеной травы, и она надела его на голову.

Когда Ольга подошла к Леифу и Вали, с Яаном и Георгом, сопровождающими каждый ее шаг, выражение его лица было серьезным. Она ожидала, что он будет улыбаться, и на мгновение ей показалось, что что-то не так, и страх обуял ее — но она прогнала его прочь. Когда она приблизилась, он протянул руку. Ольга вложила в нее свою, и Леиф притянул ее к себе, поднес к губам пальцы и поцеловал их, закрыв глаза.

Вали пришлось кашлянуть, чтобы Леиф отпустил ее руку.

— Мы собрались здесь вместе, — начал ярл Карлсы, — чтобы связать узами брака этих двоих людей. Ольгу, которая так далеко от места, которое называла домом, и Леифа, который тоже покинул свой дом. Сегодня начало их ритуалов. Мы стоим здесь, перед лицами богов, и приветствуем их среди нас, но Ольга и Леиф дадут им клятвы в Гетланде, где ритуалы будут свершены, как положено.

Леиф улыбнулся, и Ольга вернула улыбку, сжав его руку.

Вали поднял две веревки — сплетенные вместе нити белого и золотого шелка, и вытянул руки вперед, произнося слова, которым его научила Ольга:

— Воздух — это дыхание, невесомое и непреодолимое. Любовь тоже не преодолеть. Огонь — это жар, страсть и свет. Любовь освещается страстью. Вода — это чувство, покой и буря. Любовь глубока как море. Земля — это связь, кормящая грудь, гнездо птиц. Любовь — это дом.

Он поднял их соединенные руки.

— Будете ли вы уважать друг друга, доверять и хранить доверие?

Леиф решительно посмотрел ей в глаза, и она ответила таким же взглядом. Этот вопрос был самым важным для них, и она знала, что именно ее ответ должен быть первым.

— Да.

Леиф кивнул:

— И я.

Вали обмотал их руки веревкой.

— И вот я сплетаю ваши судьбы. Будете ли вы разделять боль друг друга и помогать друг другу облегчить ее?

Вместе они ответили:

— Будем.

Вали обмотал их руки другой веревкой, поверх первой.

— И вот я сплетаю ваши судьбы. Вы… — Вали замолчал, и Ольга взглянула на него. Она видела, как он изо всех сил пытался вспомнить слова, но как только она собралась подсказать, он улыбнулся ей. — Будете ли вы делиться друг с другом своими тревогами, чтобы ваш дух становился крепче?

— Будем, — улыбаясь, ответили Ольга и Леиф.

Он обернул веревку вокруг их рук снова.

— И вот я сплетаю ваши судьбы. Будете ли вы искать свое счастье вместе и хранить ваши сердца в радости и легкости?

— Будем.

Вали связал веревки в сложный морской узел.

— Леиф и Ольга, вы теперь связаны вместе, жизнью и духом. Пусть ваша любовь будет такой же огромной и вечной, как ночное небо, и ваша вера друг в друга — такой же крепкой, как земля, на которой мы стоим. Желаю вам всего хорошего в жизни, мои друзья.

— oOo~

Празднование их свадьбы стало первым радостным событием в Карлсе со дня зимнего солнцестояния — с ночи, которая стала предвестником долгих недель страданий и смерти. Так что Ольга и Леиф принесли городу радость.

Ольга была при смерти всего несколько недель назад, и к тому времени, когда Леиф и она смогли, наконец, скрыться от толпы поздравляющих, чувствовала себя вымотанной до предела.

Но это была ночь их свадьбы, и они не были вместе со времени той странной, болезненной, ужасной ночи, когда он пришел к