Изгнание и объятия - Кира Коул

Я следую за ней, не желая выпускать ее из виду ни на секунду.

Мое сердце бешено колотится, когда она исчезает за очередными дверями.

Медсестра встает у меня на пути, уперев руки в бока. — Сэр, вы должны остаться здесь. Пожалуйста, посидите в комнате ожидания, и я найду вас, как только врачи узнают, что происходит. Вам тоже следует обследоваться.

— Я в порядке. Просто позаботься о ней. — Я смотрю на двери, за которыми она снова исчезла, прежде чем сесть в комнате ожидания.

Я чуть не потерял ее.

Попытка удержать ее подальше была самой большой ошибкой в моей жизни, и я никогда не прощу себе, если с Авой что-то случится.

Пару часов спустя в приемной меня встречает врач.

Я вскакиваю на ноги, как только его взгляд встречается с моим.

Я скрещиваю руки на груди, стараясь говорить ровным голосом. — С Авой все в порядке? Она выживет? Я не знаю, что с ней случилось, но, пожалуйста, скажи мне, что с ней все будет в порядке.

Доктор мгновение смотрит на меня, прежде чем кивнуть. — Следуй за мной. С ней все будет в порядке. Есть несколько порезов, которые нужно перевязать и наложить швы. Их придется менять каждые несколько часов. Швы должны начать рассасываться в течение недели, но для их полного исчезновения может потребоваться больше времени.

— Но с ней все в порядке?

— Да. — Доктор останавливается перед открытой дверью. — Я попрошу кого-нибудь принести тебе документы о выписке в течение часа.

Я оглядываю комнату, и у меня внутри все переворачивается от того, какой маленькой выглядит Ава на кровати.

Когда она поднимает взгляд и видит меня, ее глаза наполняются слезами. — Финн, что происходит? Почему ты здесь? Где моя сестра?

— Зои собирается встретить нас дома. — Я вхожу в комнату и сажусь на стул рядом с ее кроватью. — Доусон будет здесь через пару минут, чтобы присмотреть за нами, пока ты не будешь готова к выписке.

Ава кивает, ее кулаки сжимают тонкое больничное одеяло, которым она укрыта. — Спасибо, что пришел за мной. Мне жаль, что тебе пришлось убить свою семью.

— Я бы ни за что не позволил им продолжать причинять тебе боль, Ав.

— Спасибо. Теперь я в порядке. Ты можешь возвращаться в Орегон.

— Я не вернусь. Пока не скажу то, что должен сказать. — Я беру ее за руку, но она отстраняется.

Мое сердце разрывается от того, что она находится на расстоянии.

— Нам не нужно разговаривать. Ты уже все сказал. Я думала, между нами, что-то есть. Ты сказал мне, что это не так. Что еще можно сказать?

— Прости, Ав. Типа, мне очень жаль. Мне так жаль, что я не приехал раньше. Мне так жаль, что я позвонил. Ав, ты должна знать, что я не имел в виду, то что сказал.

Комок встает у меня в горле. Я заправляю прядь ее волос за ухо. — Я должен был сказать все это. Я думал, что если ты не вернешься, с тобой все будет в порядке. Папа оставил бы тебя в покое, если бы думал, что ты ничего для меня не значишь.

— И как это у тебя получилось? — Она смахивает слезы, которые осмеливаются пролиться, когда в коридоре раздается стук сапог по полу.

Я оглядываюсь через плечо, когда в дверях появляется Доусон и кивает мне. Он поворачивается к нам спиной, засунув руки в карманы.

Несмотря на то, что я хочу поговорить об этом наедине, ясно, что он не собирается уходить.

— Ав. Я никогда не хотел, чтобы тебе причинили боль. Я думал, что защищаю тебя.

— Спасибо, но я действительно больше не нуждаюсь в твоей защите. Как ты сказал, наша сделка расторгнута.

Слышать мои же слова, брошенные в лицо, когда она лежит на больничной койке, так близко ко мне, но так далеко, — это как удар ножом в сердце.

— Да, наша сделка окончена, но мы — нет. Этого не может быть. Это уже так давно не касалось нашей сделки.

— Это больше не имеет значения, Финн. — Она отворачивает от меня голову.

Я теряю ее. Я не могу. Я не смогу жить без нее.

— Я начал работать на Киллиана, чтобы попытаться свергнуть его ради моего отца. В то время я думал, что это было правильно, но потом передумал. Киллиан сделал мне предложение о лучшей жизни, и я принял его. Ради нас. Я хотел, чтобы у нас была хорошая жизнь. Ты и я, Ав. Как пара.

Никакой реакции. Я хочу, чтобы она посмотрела на меня, заглянула в мои глаза. Мне нужно, чтобы она увидела, как много она для меня значит.

— Я позвонил, потому что папа узнал, что я настроен против него, и он угрожал тебе.

Челюсть Авы сжимается. — Итак, ты решил, что? Сделать это игрой в то, кто может причинить больше боли и разбить мое чертово сердце?

— Нет, конечно, нет, я делал то, что считал лучшим для тебя. Теперь я знаю, что лучшее для нас — быть вместе. Всегда. — Я снова нахожу ее руку. Мне нужно почувствовать ее. На этот раз она не отстраняется. — Ава, пожалуйста, посмотри на меня.

Я не думаю, что она согласится за пару секунд, но я буду ждать столько, сколько потребуется.

Затем ее прекрасные темные глаза встречаются с моими.

— Я люблю тебя, Ав. Так чертовски сильно. Ты должна это знать. В тот момент я верил, что причинить тебе боль — это единственный способ сохранить тебя в безопасности, но я действительно люблю тебя. Я хочу провести остаток своей жизни, заглаживая свою вину перед тобой. Пожалуйста, просто дай нам еще один шанс.

— Почему? Ты был довольно убедителен во время своего звонка. Я думала, что ты меня не любишь. Я думала, что ты использовал меня все это время. Как мне прикажешь жить дальше после этого?

— Я ненавидел себя, когда звонил. Я был так напуган и опустошен. Я знал, что это означало потерять тебя, Ав. Я знал это, и я все равно прошел через это, потому что иметь тебя дома, в безопасности со своей сестрой было лучше, чем позволить моему отцу убить тебя. Я думал, что, оттолкнув тебя, он подумает, что ты ничего для меня не значишь. Но я не смог обмануть его. Я не смог обмануть никого. — Я качаю головой. — Кроме тебя, очевидно. И я ненавижу себя за это. Что