С тобой сквозь века - Анастасия Аристова

Я отстранилась, чтоб еще раз увидеть его лицо – те же морщинки у глаз, та же улыбка. И вдруг заметила, как его взгляд скользнул вниз, к животу.

– Это... – голос его сорвался.

– Это, – я улыбнулась. А следующий его вопрос смутил меня.

– Дрейя, ты беременна?

Я сделала шаг назад, внимательно посмотрев на него и тихо утвердительно отвечая на вопрос, который никогда не мог бы сорваться с губ Одриана.

– От меня?

Тишина повисла между нами. Одриан никогда бы не спросил меня об этом. Над нами резко каркнул ворон Каира. Одриан, если это был он, нахмурился.

– Конечно, – вымолвила я.

В его глазах мелькнуло что-то чужое – осторожное, выжидающее.

Я улыбнулась, стараясь не выдать себя.

– Идем, Одриан. Домой. - произнесла я, думая о том, что дома Каир, в случае чего он поможет.

Лже Одриан кивнул.

Мы молча шли к дому, и каждое прикосновение его руки к моей отзывалось неприятными ощущениями. Ворон Каира летел следом, то садясь на крыши построек, то снова взмывая в небо. Его черные глаза неотрывно следили за нами.

– Неужели ты не рад? - спросила я, останавливаясь у крыльца и кладя руку на живот. – Нашему ребенку?

Лже-Одриан застыл на мгновение, его пальцы дрогнули на дверной ручке.

– Конечно рад, – его улыбка была слишком широкой, неестественной. - Просто... все так неожиданно.

Я толкнула дверь, пропуская его вперед. Раздевшись, мы прошли в столовую.

– Чай? – предложила я, направляясь на кухню, но мужчина сорвался и в два шага преодолев расстояние, был уже около меня. Он схватил меня за руки и смотря мне в глаза, произнес:

– Ну что ты, Дрейя, словно не родная? Я так люблю тебя. А ну, поцелуй меня! – Он прижал меня к стене, его пальцы впились в мои запястья с непривычной грубостью. В его дыхании чувствовался горьковатый привкус полыни. Очередная мысль о том, что это не Одриан, возникла в голове. Ярость захлестнула меня, и я выплеснула тьму.

Лже-Одриан отшатнулся, его черты поплыли и исказились. Передо мной стоял братец Одриана.

– Стар, - прошипела я, ощущая, как тьма пульсирует в жилах.

Из моих пальцев вырвались черные жгуты энергии, обвивая обманщика. Он завыл нечеловеческим голосом, пытаясь вырваться, но мои путы лишь сжимались крепче.

– Как ты посмел... принять его облик...– каждое слово обжигало губы. – Использовать мои чувства…, – я сжимала и сжимала его, борясь с чувством уничтожить. Мне надо было успокоиться, но как это сделать, если я желала убить того, кто отнял у меня все.

– Дрейя, – дверь в столовую резко распахнулась. На пороге стоял Каир.

– Не стоит ма…, – он осекся, – Дрейя, не стоит, ты будешь потом жалеть об этом. Не от твоей руки он должен умереть. – Ладонь Каира легла на мое плечо, – Подумай о малыше.

Сжав зубы, я призвала свою тьму к себе.

– Почему... – голос мой дрожал. – я опустилась на колени, – так долго сдерживаемое рыдание вырвалось наружу. Я обхватила себя руками. Подняла заплаканные глаза:

– Каир, – обратилась я к мужчине, – сделай так, чтобы я никогда больше его не увидела. И сообщи воинам по периметру, чтобы были внимательнее! Как они впустили того, кто притворяется бывшим правителем? Наказать. Слышишь? Я больше так не хочу! Я не хочу этого чувствовать!

Каир молча поднял изможденного Стара за шиворот и выволок за дверь.

Я осталась одна, если не считать ворона, который уселся на спинку моего кресла. Его черные глаза наблюдали за мной с безмолвным пониманием.

Я протянула руку:

– Иди сюда…

Ворон тихо слетел и уселся возле меня. Я обняла его, погладила темные магические перья. А слезы все катились и катились по моим щекам. Я оплакивала того, кто мне был так любим.

Глава 70. Приказ никого не впускать

Одриан

…еще 4 месяца спустя…

Летнее солнце стояло в зените, поблескивая холодным отблеском меча, приставленного к моей груди. Я замер, медленно переводя взгляд с клинка на воина – его карие глаза горели непоколебимой уверенностью, но пальцы судорожно сжимали рукоять. Я знал этого воина, так же как и он знал меня.

– Эдгар, будь другом, пропусти нас, – я плавно отвел острие в сторону, – ты же наверняка понял, кто перед тобой стоит. Там, на турнире, меня оклеветали, но потом казнили не меня. Я остался жив и вернулся.

– В том-то и дело, что я не знаю, кто передо мной, – Эдгар снова направил на меня лезвие меча, и я видел, что он сжал рукоять сильнее, – уходите. У меня приказ никого не впускать.

– И кто же этот приказ отдал? – спросил я все также стоя на месте.

Он открыл было рот, но в этот миг над нами раздалось громкое, хриплое "Карр!". На частоколе сидел огромный черный ворон. Птица уставилась на воина своими бусинками-глазами, будто оценивая обстановку. Эдгар покосился на него и, замахнувшись, выкрикнул:

– Это вам знать не положено! – прошипел он, резко махнув мечом, словно отгоняя не столько меня, сколько собственные сомнения.

– Говорю, уходите! Его голос дрогнул, и стало ясно – он боится не меня. Он боится того, кто отдал приказ. Неужели Дрейя? Я улыбнулся. Хорошо, если бы это было так.

– Я понял тебя Эд, я уйду, – сказал я спокойно и сделал шаг назад, всё ещё не отрывая взгляда от воина. Его пальцы наконец ослабили хватку, в глазах читалось облегчение, – но я вернусь.

Я развернулся и, кивнув Лархану и Фэру, вскочил на коня. Фэр — как всегда невозмутимый – лишь приподнял бровь, оценивая частокол. Лархан же нервно перебирал пальцами по гарде меча. Мы тронулись прочь, оставляя за спиной частокол, ворона и воина, который когда-то сражался со мной бок о бок.

– Похоже, тебя здесь не жалуют, Одриан, – Фэр был как всегда прямолинеен.

– Да уж.

– И что теперь? – спросил Лархан.

Я несколько секунд молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию, а затем ответил:

– Сначала разберемся, кто здесь заправляет, – я пришпорил коня, направляясь к знакомой тропе вдоль реки. – Старик Вольк знает все. Я надеюсь, он до сих пор ходит рыбачить на свою любимую заводь.

Перейдя в