Секрет, который нам не разгадать - Барбара Фритти

– Нет. Если бы я решился сказать, то только тебе. – Шейн взял руку Лорен в свою и заглянул ей в глаза. – Затем я высадил Эбби на стоянке возле школы. Она обняла меня и сказала, что я должен найти тебя, потому что ты наверняка поднимешь мне настроение.

Его слова задели Лорен за живое. Она тотчас представила себе Эбби, мысленно услышала ее голос. Боже, то были последние мгновения в жизни ее сестры, когда той было хорошо.

– Похоже, Эбби не догадывалась о том, что ей что-то угрожает.

– Она была слегка вздернутой, но в остальном все как обычно. По крайней мере, мне так показалось. Потом я задавался вопросом, может, я что-то упустил – что-то такое, что мне полагалось заметить. Я корил себя за то, что оставил ее одну на автостоянке и ничего не сказал тебе. Теперь я тащил на себе не только груз лжи, который взвалила на меня мать, но и свой собственный. Мне хотелось поддержать тебя, но ты была зла на меня. А потом поползли слухи про меня и Эбби. В общем, я не знал, что мне делать. Я пытался говорить как можно меньше, но от этого было еще хуже. А потом ты уехала.

Лорен шумно выдохнула. И тотчас поймала себя на том, что слушала его затаив дыхание.

– Никогда не думала, что у твоей лжи такие глубокие корни. Мне же требовалось возложить на кого-то ответственность за тот ужас, в который превратилась моя жизнь. И я возложила. На тебя. Ты не разговаривал со мной, и это сводило меня с ума. В последний день я едва не набросилась на тебя с кулаками.

– Кто знает, может, так было бы даже лучше.

– Я ненавидела тебя, даже уехав в Сан-Франциско. Я долго цеплялась за эту ненависть, потому что, ненавидя тебя, я сходила с ума от тоски по тебе. Я внушала себе, что я просто дура, что ты пытался приударить за моей сестрой, что ты лжец и обманщик, но вторая половина моего «я» отказывалась в это верить. Я искала оправдания своему бегству, я ходила кругами.

– Удивительно, что ты так много обо мне думала. Мне казалось, с глаз долой – из сердца вон.

– Как видишь, ты ошибся. Наши отношения не были однодневкой. По крайней мере, для меня.

– И для меня, – перебил он ее. – Я не мог забыть тебя, Лорен, не мог выбросить из головы. Днем я пытался забыться в делах, но ночами думал о тебе и горько сожалел о том, как все получилось.

Ей хотелось верить, что он не менее сильно переживал их разрыв, но верилось в это с трудом. Она никогда не скрывала своих чувств, в то время как Шейн предпочитал прятать свои. С другой стороны, чего можно требовать от подростков, впервые изведавших горькую сторону любви. Ведь их разрыв пришелся на время трагедии. Тогда смерть Эбби обострила все ее чувства, все переживания – любовь, ненависть, чувство вины. Она несколько месяцев изводила себя, прежде чем боль притупилась и она смогла жить дальше. С Шейном было то же самое.

– Значит, ты так и не выяснил, кто твой отец? – спросила она.

Шейн покачал головой:

– Нет, после смерти Эбби я попал под подозрение. Я не мог даже вздохнуть, чтобы кто-то не взял это на заметку. За мной следили. Ты не поверишь, но в какой-то момент я подумал о том, а не нанять ли мне адвоката, может, даже Харригана или Миллера, но отец замолвил за меня словечко перед кем-то еще. Уезжая из города, я думал, что больше никогда сюда не вернусь.

– Я тоже, – призналась Лорен. – Но вот мы здесь.

– Да, вот мы здесь.

Они посмотрели друг на друга, и между ними как будто пробежал электрический разряд. Лорен чувствовала, что ее как магнитом тянет к нему, и пыталась сопротивляться. Увы, это было бесполезно.

Она протянула руки и взяла его лицо в свои ладони. Что ни говори, а Шейн действительно был этакой паршивой овцой, чужаком, изгоем. Неудивительно, что он стал вести себя под стать своей репутации. Она нежно поцеловала его в губы, пытаясь вложить в этот поцелуй все, что не могла выразить словами.

– Спасибо, что рассказал мне, – сказала Лорен, отрываясь от его губ. Наконец она получила от него то, чего ей всегда не хватало – доверие. – Ты не боишься, что я могу что-то сказать и тем самым разрушу твою семью?

– Нет, – улыбнулся Шейн. – Ведь я тебя знаю. У тебя большое, доброе и щедрое сердце.

Ее глаза затуманились слезами.

– Почему ты решил рассказать мне это сейчас? Ты ведь сам только что сказал, что это касается лишь твоей матери и никак не связано со смертью Эбби. Ты мог бы и не рассказывать.

– Не хотел, чтобы между нами оставались какие-то секреты.

– Неужели?

Ее пульс участился от предвкушения и страха. События развивались столь стремительно, что она не успевала понять, в каком направлении. Она почти слышала слова, которые ждала от него много лет, они были готовы вот-вот сорваться с его губ… Но она не дала ему произнести их. Не сейчас. Она еще не готова.

Она поднялась на ноги и уже почти спустилась с дерева, когда он окликнул ее:

– Лорен, подожди.

Она не ответила на его просьбу и быстро зашагала прочь. Он догнал ее в конце дорожки.

– Я подкину тебя до дома.

– Я могу и пешком, здесь идти всего пару кварталов.

– Я не отпущу тебя пешком одну, тем более после того, что случилось с Марком Девлином.

– Со мной все будет в порядке, – сказала она, но Шейн не собирался от нее отставать. – Эрика Соренсен под арестом.

– Эрика, но не ее муж. Черт подери, Лорен. Ты убегаешь от меня?

– Никуда я не убегаю. Я просто иду домой.

Он схватил ее за руку и насильно остановил.

– Ты порешь чушь и сама это знаешь. Признавайся, что ты там себе думаешь?

Его требование ее обескуражило и слегка насмешило.

– Ты помнишь, сколько раз я просила тебя сказать мне, что ты думаешь, просила произнести три простых слова: «Я тебя люблю». Но ты так этого и не сделал. А когда я говорила тебе, что люблю тебя, ты смеялся, или целовал меня, или менял тему разговора. Ты не желал брать на себя никаких обязательств.

– Мне было всего восемнадцать.

– А теперь? Ты давно уже не подросток. Но что поменялось? Ты живешь на лодке. Своего дома у тебя нет. Ты можешь в любой момент, никого не предупредив, уехать снова и, наверное, так и сделаешь.

– Или же могу остаться здесь навсегда, – не согласился с ней Шейн.

– Неужели? И это говорит законченный бродяга? Не верю!

– Послушай, может, хватит обо мне? Давай лучше поговорим о тебе. Ты сама хотя бы знаешь, чего хочешь от этой жизни? – спросил он.

– Наверное, нет, – честно призналась Лорен. – Я готова остаться здесь, тем более что я нужна отцу. К тому же я вновь подружилась с Шарлоттой и Карой. Как ни странно, я вновь чувствую себя здесь как дома.

– А я? – спросил Шейн. – Как вписываюсь в твои планы я?