Коварство и любовь - Бертрис Смолл

– Иностранка? – Граф Лэнгфорд несколько встревожился. – Ей потребуется солидное приданое, парень, чтобы возместить отсутствие земель в Англии. Я надеялся, ты выберешь одну из дочерей наших соседей, но мы можем все обсудить.

– Благодарю вас, сэр! – воскликнул виконт Уиндхем, и они с отцом также направились в дом.

За ними следом пошел и Вариан де Уинтер. Его поразил главный зал Риверс-Эдж, наполненный теплом и очарованием. Уходящий ввысь потолок с резными балками, украшенными позолоченными завитками. Комнату заливал яркий солнечный свет, проникающий сквозь высокие стрельчатые окна. Каминов было четыре; день был жаркий, поэтому огонь не разжигали. Возвышение в дальнем конце зала, из золотистого, тщательно отполированного дуба, излучало сияющее тепло – исключительная примета времени и неустанных забот. В центре возвышения стояли два величественных стула.

Вышколенные слуги, которые появились словно из-под земли, предложили гостям вина и печенья. Опрятные, в аккуратной одежде, они говорили вполголоса и демонстрировали отличные манеры. Интересно, подумал граф Марч, что скажет Нисса о пожилых, кряхтящих слугах, которых ей предстояло встретить в Уинтерхейвене?

И вот тут Блейз Уиндхем повернулась и взглянула на Вариана.

– Нисса, кто этот джентльмен?

– Мама, позволь представить тебе Вариана де Уинтера, графа Марча… моего супруга, – тихо сказала она.

Готово! Слова были сказаны.

– Что? – это единственное слово граф Лэнгфорд буквально выкрикнул. – Ты не могла выйти замуж без моего дозволения. Но, если брак был все-таки заключен, он будет немедленно аннулирован. Вот так, девочка моя! Я этого не допущу. Ты поняла?

– Тони, – умоляюще произнесла его жена, – прекрати кричать и позволь мне узнать правду. – Она обернулась к сестре и зятю: – Какова твоя роль в этом деле, Блисс? Почему ты мне не написала? – Блейз повернулась к дочери: – В самом деле, Нисса, почему ты не написала нам с отцом?

Но заговорил Оуэн Фицхью.

– Блейз, Нисса сама должна все рассказать. Потом, если будет что добавить, мы с Блисс с радостью сделаем это. Мы очень старались беречь Ниссу.

– Как видно, не очень, – сурово заявил граф Лэнгфордский. – Моя дочь явилась домой и привезла с собой новоявленного супруга, чертова охотника за приданым, которого мы даже не знаем! Отличное дельце. Вы мне за это ответите, Оуэн!

– Милорд, – вмешался Вариан де Уинтер. – Я не охотник за приданым, а ваш сосед с другого берега реки. Уинтерхейвен – мой фамильный дом. Возможно, вы знали моего покойного отца, Генри де Уинтера. Я уехал из Уинтерхейвена, когда мне было шесть; я воспитывался в доме дедушки.

– А он кто такой, черт подери?! – воскликнул Энтони Уиндхем, багровый от ярости. Какой дьявол овладел Ниссой, заставив ее выйти за этого господина без согласия отца? Даже не поставив его в известность? Нисса никогда не была взбалмошной девицей.

– Моего дедушку, – спокойно ответил Вариан, – зовут Томас Говард.

– Герцог Норфолк? – Граф Лэнгфорд был заметно поражен, но его все еще терзали сомнения.

– Я хотела бы послушать, что скажет моя дочь! Чем она объяснит свое столь безрассудное поведение, – тихо сказала Блейз.

Она сказала – «моя», отметил ее супруг.

– Если вы прекратите кричать и обвинять друг друга, я с удовольствием расскажу, как получилось, что я вышла замуж за этого джентльмена, – вмешалась Нисса.

– Филипп! – крикнул граф Лэнгфорд. – А ты где был, черт возьми? Почему не уберег сестру?

– Милорд, я ничего не знал. А потом уже было поздно, – смело ответил отцу Филипп.

– Мы поженились в королевской церкви двенадцатого апреля, и обряд свершили архиепископ Кентерберийский и епископ Гардинер, – тихо начала Нисса. – И там был король. Собственно, это он приказал мне выйти за Вариана.

– Почему? – спросила Блейз.

– Нужно начать все с самого начала, – сказала матери Нисса. – До вас наверняка доходили слухи, что принцесса Клевская не понравилась королю? Это правда, хотя никто на самом деле не может понять, почему так вышло. Леди Анна – добрая и достойная женщина. Тем не менее королю не оставалось ничего другого, как отделаться от этого брака. Девятого числа сего месяца брак был аннулирован под предлогом того, что не был консуммирован.

– Не был консуммирован? – фыркнул граф Лэнгфорд. – Этот чертов сатир вонзает свое копье куда только может!

– Нет, папа, – мягко сказала Нисса. – Он не спал с Анной Клевской. Я знаю.

– Но при чем здесь это? – спросила у дочери Блейз. – Не понимаю!

И Нисса рассказала о событиях той роковой ночи…

– И вы согласились в этом участвовать, сэр? – презрительно сказал граф Лэнгфорд Вариану. – Вы низкий человек!

– А что мне оставалось делать? – со злостью ответил граф Марч. – Моему деду было наплевать, в чьей постели ее обнаружат. Пусть лучше будет человек, который ее любит! – Вариан смотрел на тестя, и его глаза гневно сверкали.

На шее Энтони Уиндхема вздулись вены, но Блейз услышала то, чего не услышал ее супруг. «Пусть будет человек, который ее любит». Блейз взглянула на графа и все поняла. Да, этот человек действительно любил ее дочь. Своей яростью и желанием защитить Ниссу он напоминал Энтони. Блейз предостерегающе коснулась руки мужа.

– Тони, он любит ее. Неужели не видишь? Уйми свой гнев и посмотри на него. Он ее любит! – мягко убеждала она.

– Но любит ли она его? Мы всегда говорили Ниссе, что она выйдет за того, кого полюбит, – возразил лорд Уиндхем. Он взглянул на девушку. – Нисса, ты любишь его? Скажи мне правду, малышка. Если ты несчастна, если этот брак против твоего желания, я переверну небо и землю, но избавлю тебя от этого человека! Я не допущу, чтобы ты горевала всю жизнь, Нисса. Ни я, ни твоя мать этого не хотим.

– Не знаю, люблю ли я Вариана, – честно ответила Нисса. – Да и полюблю ли когда-нибудь? Но разве не обычное это дело, когда вступают в брак люди нашего круга? Когда ты женился на маме, тоже не знал, полюбит ли она тебя когда-нибудь. Вариан – достойный человек, и не думаю, что могу требовать чего-то большего, папа. – Она поцеловала отчима в щеку. – А теперь в знак дружбы подай руку моему мужу! И, кстати, благослови нас.

– Но, – пытался возразить он, – я всегда говорил, Нисса, что ты сама выберешь себе супруга. Мне кажется, я тебя подвел! Не нужно было отпускать тебя ко двору. Я знал это с самого начала, но позволил уговорить себя, потому что сам король обещал беречь и защищать тебя! Блисс, ты клялась, что глаз не спустишь с моей дочери! Ты меня подвела, и вот моя девочка оказалась в ловушке…

– Энтони, – сурово перебила жена, – Нисса не обделена любовью! Ее муж любит ее не меньше, чем ты любил меня, когда мы только поженились. Взгляни-ка на своего зятя! С какой нежностью смотрит он на нашу девочку! Или ты просто не хочешь, чтобы в ее жизни появился другой мужчина, кроме тебя? Ты никогда не поощрял здешних молодых джентльменов, которые добивались внимания Ниссы. Что ж, теперь ты над ней не властен. Нисса – замужняя женщина. И, если этого не сделаешь ты, то сейчас сделаю я – приветствую появление графа Марча в нашей семье.