Пленница - Бренда Джойс

Алекс не сразу могла поверить новости, которую только что принес Мурад.

— Коммодор Моррис согласен им помочь?!

— Нильсен получил известие сегодня утром, — кивнул он.

— Но как ты узнал? — воскликнула Алекс.

— Алекс, разве ты еще не поняла, что для тебя я луну с неба достану?

Она замолчала. Ведь это по ее просьбе Мурад стал интересоваться всем, что касалось Блэкуэлла. Пришлось подкупить едва ли не половину заключенных в тюрьме, чтобы установить постоянную слежку. И хотя Алекс не хотела шпионить за Ксавье, выбора у нее не было. Она боялась, что он сбежит из Триполи без нее.

— Нильсен снова виделся с Блэкуэллом, — продолжал Мурад, — правда, очень недолго. Мне пока неизвестны детали их плана. Но судя по всему, побег назначен через две недели — то есть на первую неделю сентября.

— Я обязательно должна знать точную дату. Иначе я могу остаться здесь навеки, — взволнованно сказала она.

— Ты будешь несчастна, если останешься здесь? — Мурад пытливо заглянул ей в глаза.

Алекс кивнула. Сердце учащенно забилось. Она все еще злилась на Блэкуэлла за хамское поведение позапрошлым вечером, однако перспектива быть навсегда разлученной с ним была для нее равносильна концу света. Ведь она перенеслась сквозь время, чтобы отыскать Ксавье, чтобы вырвать его жизнь и свободу у жестокой судьбы. А теперь в один прекрасный день может проснуться и узнать, что капитан бежал — без нее. И тогда она останется в этой гадкой стране навсегда: пленница, жена мусульманского принца.

— Может быть, мне стоит с ним снова увидеться, — рассуждала она вслух. — Может быть, на этот раз он прислушается ко мне. Может быть, если я проявлю настойчивость, то сумею сломить его недоверие.

О, конечно, на этот раз и речи быть не может ни о каких поцелуях. В тот вечер она допустила серьезную ошибку. Ведь и теперь она не могла выкинуть из головы память о том, что почувствовала в его объятиях…

— И думать об этом не смей! — одернул ее Мурад. — Он же ясно дал понять, что не хочет тебя, — и не раз. А твое появление в тюрьме сейчас, накануне побега, будет самой большой глупостью. Ты поставишь под угрозу весь план, и ради чего? Ради того, чтобы попытаться заставить его тебе поверить? Или, может, ради того, чтобы удовлетворить собственную похоть?

— Это нечестно! — обиделась Алекс.

Но Мурад лишь гневно смотрел на нее.

Она потупилась. Раб был прав. Новая вылазка в тюрьму будет только глупой выходкой. К тому же она может помешать побегу. И черт бы побрал этого Мурада с его проницательностью. Ибо Алекс не могла не признать, что в тюрьму она хочет пойти, чтобы только увидеть Блэкуэлла.

Но ведь это так ужасно — быть совсем рядом с ним и не иметь возможности встретиться!

Ну ничего. Надо успокоиться. Через две недели они с Блэкуэллом вырвутся из Триполи, чтобы рука об руку начать свой путь, не только к свободе, но и к новой жизни — если удастся развеять его подозрения и доказать, что никакая она не шпионка. Но уже через минуту эти радужные мысли померкли.

— В его плане слишком много уязвимых мест, — заметила она.

— Если кто-то и может в таком деле добиться успеха, так это именно Блэкуэлл, ну и ты тоже. — Мурад нервно комкал в руках пояс.

— Ничего себе комплимент!

— Какой уж есть.

— Я не доверяю Моррису. Ты не знаешь, какая роль отводится ему в плане побега?

— Нет. Блэкуэлл очень скрытен. Он общается только с Таббсом и писарем. — Мурад сел на край кровати и продолжал: — А что, коммодор действительно такой пустомеля, как про него толкуют?

— Да. — Алекс тревожилась все больше. — Если бы только он поручил прикрывать наше бегство Декатуру. Этот капитан станет национальным героем во время штурма Триполи. А штурм состоится будущим летом.

— Мне не нравится, когда ты вот так толкуешь о будущем, — пробормотал Мурад.

— Послушай, я не ведьма!

— Знаю. Но у тебя бывают видения. И меня страшит это.