Магия лета - Кэтрин Коултер

Отис был посвящен в план бегства Фрэнсис и очень сочувствовал ей, но готов был язык себе откусить за последнюю фразу! С чего он взял, что ее светлость хоть словом обмолвилась о своих планах мужу? Его светлость был так страшен в этот миг — непонятно чем, потому что он не двинул даже бровью. Отис выразил свои ощущения тем, что одеревенел с макушки до пят.

— В какой гостинице она собиралась остановиться? — спросил Хок ласково.

Отис не обманулся, просто спросил себя, не пора ли спрятаться за карточным столиком.

— Мне это неизвестно, милорд, — ответил он, собравшись с духом.

— А сколько всего гостиниц в Йорке?

— Я точно не знаю, милорд, но могу предположить, что их немало.

— Разумное предположение, — одобрил Хок все так же ласково. — Пригласи Маркуса составить мне компанию за ужином, если только он не вошел в число сопровождающих леди Фрэнсис.

— Мистер Карутерс здесь, милорд. Осмелюсь заметить, он надеялся быть приглашенным к ужину.

— По распоряжению леди Фрэнсис?

— Я полагаю, именно так, милорд.

Стоит ли упоминать, до какой степени Маркусу Карутерсу не улыбался ужин наедине с хозяином? Он надеялся, что тот решит не ужинать вовсе. В самом худшем случае его ожидал немедленный расчет и высылка из поместья за то, что он имел глупость подвернуться под горячую руку. К великому облегчению управляющего, Хок приветствовал его если не тепло, то любезно.

— Как жаль, что Фрэнсис не сможет к нам присоединиться, — заметил он, усаживаясь. — Уж эти ее заботы по хозяйству!

— М-м… вы правы, — пролепетал Маркус.

Как только лакей разлил лапшу с курятиной, он схватился за ложку, как за магический талисман.

— Насколько мне известно, — сказал Хок, не спуская глаз с трясущейся руки управляющего, — следующей переменой будет фрикасе из телятины, а затем отбивные из омара.

— Суп восхитителен, милорд.

Маркус проглотил еще ложку лапши, не чувствуя вкуса.

— Ее светлость посвятила меня в ваши совместные планы, Маркус, — сообщил Хок скучным голосом, поднимая бокал с вином и рассматривая его. — Надеюсь, отец ссудил вам деньги под благоразумные проценты?

— Милорд! — воскликнул управляющий и закашлялся, подавившись лапшой. — Маркиз вовсе не требовал процентов, он… э-э… выразил большой энтузиазм и… э-э…

— Понимаю, — кивнул Хок, продолжая напряженно вглядываться в рубиновую глубину вина. — Ее светлость перечислила все произведенные затраты: ограда вы гонов, тренерский состав и прочее… я забыл, что именно, но это не важно.

Маркус, который до этого барахтался в пустоте, почувствовал себя снова на твердой земле. Он перечислил все статьи расходов, медленно и подробно, и добавил торжествующе, заметив кивок Хока и сочтя его благосклонным:

— Кроме того, леди Фрэнсис поместила объявление о том, что предлагает услуги племенных жеребцов.

Тонкая ножка бокала с хрустом переломилась под пальцами Хока. — Что?!

— Не в «Газетт» и не в местных изданиях, милорд! — зачастил Маркус, глядя на расползающееся по скатерти красное винное пятно (лакей бросился было к столу, но замер на полушаге, глянув графу в лицо). — Объявление было опубликовано в «Альманахе коневода» и «Скаковой дорожке».

— Боже милостивый! — взорвался Хок. — Она превратит Десборо-Холл в купеческую лавку! В бордель для скота!

Он треснул кулаком по столу, так что кусок телятины, густо покрытый соусом, подпрыгнул и свалился прямо в центр винного пятна. Вместо того чтобы устремиться на помощь, лакей отступил еще на пару шагов.

Перевернув стул, Хок вскочил на ноги. Трудно сказать, что он сделал бы в следующую минуту, но его отрезвил вид перепуганного лакея. Дверь распахнулась. Отис ступил в столовую, прямой и чопорный, как обычно. Это положило конец очередному припадку бешенства.

— Вот что, мы не нуждаемся ни в вашем присутствии, ни в присутствии этого малого, — сказал Хок, возвращаясь к неприятно-ласковому тону. — Когда понадобитесь, вас позовут.

— Как вам будет угодно, — провозгласил дворецкий и вышел, не преминув бросить на Маркуса Карутерса взгляд, исполненный жалости.

Лакей устремился за ним рысцой.

— А теперь, — начал Хок, упирая ладони в стол и нависая над ним разгневанным утесом, — я хочу слышать заверения, что вы приложите все усилия, чтобы отговорить

Ее светлость от этого безобразия.

Маркус нервно облизнул губы, ощутив в животе внезапный болезненный спазм.

— Дело в том, милорд, что уже завтра прибудет первый клиент, лорд Денвере, с племенной кобылой. Он выразил желание случить ее с Джентльменом Дэном и готов заплатить за это запрошенные двести фунтов. — Маркус бросил на Хока робкий взгляд, но названная сумма не заставила лицо графа проясниться. — Лорд Денвере откликнулся на объявление сразу после того, как оно появилось в «Альманахе коневода». Он написал, что счастлив узнать о племенном заводе Десборо-Холл. За прошедшие две недели было получено несколько таких писем.

— Понимаю, — повторил Хок, уставившись в пространство.

Он сидел так некоторое время, показавшееся Маркусу очень долгим, потом сказал задумчиво:

— Интересно, отправят ли меня на виселицу, если я убью ее?

— Милорд!

— Что, Маркус?

— Леди Фрэнсис — редкая жен… редкий человек, милорд! Она принимает горячее участие… ее заботит… э-э… милорд, она…

— Вам, дорогой мой Маркус, — прервал его бессвязные излияния Хок, — не выпало счастья быть связанным узами брака с этой «редкой женщиной». Возможно, мне стоит подложить в ее утренний чай хорошую порцию яда… или в ее булочку. Булочки она просто обожает.

— Милорд! Вы, конечно…

— Шучу? Не знаю, Маркус, не знаю. Яд… хм… нет, разумнее будет придушить ее подушкой, а потом представить дело так, что ее сбросила лошадь. Тогда и на шее не останется синяков… какой простор для фантазии!

Мысли Маркуса окончательно разбежались. Он встретил холодный взгляд Хока и стал быстро вспоминать подзабытые с детства молитвы.

— Завтра она вернется, — продолжал между тем Хок, — вот тогда и посмотрим.

Управляющий подумал, что не хотел бы он завтра утром оказаться на месте леди Фрэнсис.