Техасская звезда - Элейн Барбьери

– Ваша супруга плохо себя чувствует, – заявила она. – Она только что помылась и собирается лечь поспать.

– Она заболела? – озабоченно спросил Бак и попытался войти в спальню, но Маделейн не собиралась уступать ему дорогу.

– Селеста хочет спать, – твердым тоном заявила она.

– Уйди с дороги, Маделейн! – нахмурившись, приказал Бак.

– Селеста нездорова, – продолжала негритянка, не желая пропускать его.

– Пусть мой муж войдет, – слабым голосом промолвила Селеста. – Я всегда рада видеть его. Он поднимет мне настроение, и мое самочувствие улучшится.

Селеста медленно опустилась на краешек кровати, и Бак вошел в комнату.

– Я так счастлива, что ты вернулся, милый, – пролепетала она, приложив ладонь ко лбу.

– Что случилось, дорогая? – с беспокойством глядя на жену, спросил Бак.

– Сама не знаю, – прошептала Селеста, делая вид, что ей стало еще хуже. – Мы с Маделейн возвращались из города, когда мне вдруг стало плохо.

– Я вызову Мэгги.

– Нет!

– Но…

– Это все пустяки. Через пару дней я поправлюсь, вот увидишь.

– Док Мэгги с удовольствием навестит тебя.

– Бак, пожалуйста… – Селеста подавила вздох. – Я просто расстроилась, именно поэтому мне стало нехорошо…

– Ты расстроилась? Из-за чего?

– Из-за слухов, которые ходят в городе о Кэле.

– И что же это за слухи?

– Люди судачат о событиях, которые произошли в округе после возвращения Кэла.

– Не понимаю.

– Речь идет о набегах похитителей скота.

– И что именно говорят люди?

Селеста ничего не ответила, закрыв лицо дрожащими руками. Бак нахмурился.

– Я слушаю, Селеста, – промолвил он. – Говори все без утайки.

Она всхлипнула.

– Я не хочу расстраивать тебя.

– Ничего, я не боюсь сплетен. Говори, что ты узнала. Селеста убрала руки от лица и взглянула на мужа влажными от слез глазами.

– Люди говорят, что… – она сделала драматическую паузу и продолжала с наигранным ужасом, – что Кэл связан с ворами.

– Какая глупость! Кэл застрелил четырех членов шайки!

– Я лишь повторяю слухи, которые ходят в городе. Люди ссылаются на то, что до приезда Кэла никто не заставал воров на месте преступления. Вернувшись, Кэл тут же застрелил двоих преступников, а потом на пути к железной дороге расправился еще с двумя налетчиками.

– Ну и что? Я не вижу причины обвинять его в связи с ворами!

– Я то же самое заявила сплетникам! Но они ответили мне, что Кэл ведет двойную игру. Являясь членом шайки, он в то же время предает своих приятелей, стремясь выглядеть героем в глазах местных жителей и завоевать твое расположение.

– Признайся, кто распространяет эти грязные сплетни? – недовольным тоном спросил Бак.

Селеста молча отвернулась от него.

– Прошу тебя, Селеста…

– Не спрашивай меня, Бак, я не хочу, чтобы ты огорчался.

– И все же я настаиваю на том, чтобы ты рассказала мне все до конца.

– Но я не знаю, кто первый пустил этот слух! Кроме того, я уверена, что никто никогда не признается тебе, что слышал эту сплетню. Впрочем, мне тоже никто не посмел бы сказать в глаза, что твой сын – вор. Кстати, все это я узнала из разговора двух парней, болтавших у магазина. Не выдержав, я стала возражать им…

– И что это были за парни?

– Не знаю, я их никогда прежде не видела.

– Да это наверняка были какие-то лодыри и пройдохи, – возмущенно сказа Бак. – Только они могли подхватить такую нелепую сплетню.

– Так ты, Бак, не веришь, что это правда?

– Конечно, не верю! – воскликнул он и, помолчав, заявил твердым тоном: – У моего сына много недостатков, но он никогда не стал бы вором. И уж тем более не убил бы четырех человек ради того, чтобы снискать мое расположение.

– Ты совершенно прав, – сказала Селеста. – Надеюсь, ты не сердишься на меня зато, что я повторяю глупые слухи?

– Конечно, нет, дорогая. И мне очень не хочется, чтобы ты расстраивалась из-за пустяков. Вот увидишь, я заткну рот грязным сплетникам.

– Нет, Бак, я не хочу, чтобы ты вмешивался в это дело!

– Но я не могу не вмешаться, Селеста. Ведь Кэл – мой сын.

– Ты его плохо знаешь, Бак. С тех пор как он уехал, прошло много лет. Кэл изменился.

– Он носит мою фамилию, Селеста. Это о многом говорит.

– Это ни о чем не говорит! Ты не знаешь, как он жил последние годы. Кэл чужой человек для нас. Что бы он ни натворил, никто не станет обвинять тебя в этом.

– Да, никто… Кроме моей совести.

– Я не желаю это слышать! – закричала Селеста. Она была на грани истерики. – Ты только начал поправляться после тяжелой болезни. Я не хочу, чтобы тебе опять стало хуже!

– Я прекрасно себя чувствую.

– Неправда!

– Селеста…

– Пожалуйста, Бак… Обещай, что не будешь преследовать тех, кто распространяет эти слухи.

– Прошу тебя, Селеста, ложись. Тебе необходим отдых.

– Я не лягу, пока ты не дашь мне слово, что не будешь вмешиваться в это дело.

– Я не могу обещать тебе это.

– В таком случае я не выполню твою просьбу! – вспылила Селеста, обхватив голову руками.

Бак сел рядом с ней и обнял за плечи.

– Селеста, умоляю тебя, ложись, тебе необходимо отдохнуть.

– Я не лягу, покаты не скажешь, что не будешь никого расспрашивать о сплетнях, которые ходят по городу.

Бак тяжело вздохнул.

– Ты же знаешь, что для меня ты – самый дорогой человек на свете…

– Нет, я этого не знаю, – капризным тоном заявила Селеста.

– Но, дорогая!

– Я больше не уверена в тебе, Бак, – горячо заговорила Селеста. – С тех пор как Кэл вернулся в родные края, ты очень переменился. Я хочу, чтобы ты стал прежним, тем человеком, которого я полюбила и за которого вышла замуж.

– Я ничуть не изменился, дорогая. Я все так же сильно люблю тебя.

– Тогда докажи мне это! Обещай, что не будешь вникать в проблемы Кэла.

– Но, дорогая…

– Так я и знала! – воскликнула Селеста и, закрыв глаза, зарыдала.

– Ну хорошо, хорошо, обещаю, – испугавшись, сказал Бак. – Перестань плакать. Все будет по-твоему.

Селеста всхлипнула и, прижавшись к плечу мужа, прошептала: