Любовь без дресс-кода - Ашира Хаан

— Что за предрассудки! Я тоже могу намекать и обидеться. Но вместо этого я поменял наш номер в отеле на президентский люкс и попросил насыпать на кровать розовых лепестков. Твой подарок тоже будет ждать тебя там после приема.

— Давай я брошусь тебе на шею чуть попозже, у меня руки грязные?

— Ты как всегда, — вздохнул Вадим и нагнулся еще сильнее, чтобы поймать мои губы. Но едва я попробовала его обнять, резво отскочил: — Рубашку испачкаешь.

— Знаешь, обычно когда в кино хотят показать, что люди действительно нашли свое счастье, то через год у них ребенок, общее дело, мимими и какая-нибудь смешная проблема, — посетовала я, возвращаясь к самокату.

— Хочешь спросить, почему мы не такие? — лениво проговорил мой муж, пристально вглядываясь в зеркало. Его волосы лежали безупречно, но он пытался добиться более крутого эффекта «почти безупречно». Это было сложно.

— К нынешнему моменту я могла бы уже рожать нашего ребенка, попутно разруливая дела фирмы, в которой всем управляю. Вместо этого я сижу на полу в прихожей и чиню чертов самокат, — вздохнула я.

— Могла бы купить новый.

— Неть! Этот самокат со мной дольше чем ты, я лучше тебя нового куплю!

— Тогда чини быстрее, нам через полчаса выезжать в аэропорт, — посоветовал Вадим, еще раз поправляя манжеты.

— Потому что я опять должна появиться на очередной тусовке с полезными людьми… — уныло пробормотала я. Про тусовки я каждый раз усиленно старалась забыть, но Вадим был слишком организованным, чтобы позволить мне это.

— Давай уточним только, что это твоя тусовка, а я там аксессуар, — засмеялся он.

— Красивый аксессуар… — облизнулась я. Серые глаза встретили мой взгляд в зеркале, и мне как-то резко стало жарко. Эх, времени нет…

— Ну спасибо, наверное, — насмешливо сказала Вадим.

— Инга вот уже третьего за год подающего надежды молодого политика меняет, а у меня все один ты. Скоро девчонки засмеют.

— Думаешь, мне пора сделать парочку операций для сохранения молодости и красоты? — поднял он бровь.

— Мальчики делают совсем другие операции, — намекнула я.

— Ты чем-то недовольна, милая моя? — угрожающе поинтересовался Вадим, присаживаясь передо мной на корточки.

— Я просто хотела сказать, что ты, наверное, ее уже сделал? — я похлопала глазами.

— Выкрутилась.

— В тот день когда я не выкручусь, мы разведемся.

— Перебьешься. У меня нервов столько нет, снова с тобой расходиться. У меня на работе стресс, у меня новый контракт в этом месяце, нет уж. Делай что хочешь, но чтобы была со мной, ясно?

— А в зеленый покрасишься? — я сощурилась.

Вадим закашлялся.

— В зеленый? — прохрипел он.

— Нет, передумала. В темно-красный.

— Яна, блин!

— А Герард бы покрасился!

— А Лиза бы уже оделась, накрасилась и ждала меня в машине, мы на самолет опоздаем, давай в темпе!

— Ты тиран!

— Мы уже давно выяснили, что это называется доминант. Божечки-кошечки, да возьми ты этот чертов самокат уже с собой!

— Аааааа! Я знала, что я тебя однажды заражу кошечками! Все, уже закончила, — я поднялась с пола и отправилась мыть руки. Уже и в самом деле было пора.

В машине Вадим долго смотрел за окно и о чем-то думал. Я расслабленно следила за мелькающими за окном огнями и наслаждалась последними минутами покоя перед аэропортом, самолетом, встречей и прочей суетой.

— Слушай, ну вот с ребенком и фирмой мне кажется хорошая идея, — вдруг сказал он. — Давай так — через год ты и правда доберешься до места главы филиала и будешь на родах между схватками орать на всех в трубку, что твой новорожденный сын умнее их.

— Дочь, — зевнула я.

— Ловлю на слове, — быстро сказал Вадим и положил руку мне на коленку.

— Ах ты! — я рассмеялась. И правда — расслабилась и пропустила подачу. Ну ничего, рожу я ему дочь, пусть мучается с нами обоими. Нахмурилась: — С филиалом сложнее.

— Просто подойди к Мартину. Тебя эта должность давно уже ждет. Он принципиальный — пока сотрудник не посчитал себя готовым, на ключевые места не назначает. Иначе ты бы там была еще год назад.

— Не могу, — я пожала плечами. — До сих пор думаю, что без тебя фиг бы меня кто продвинул. А сама я ничего не сделала.

— Угу, не сделала, совсем ничего не сделала, — фыркнул Вадим. — Это добрые гномики придумали интеграцию нашей сети с государственными, лесные феи нарисовали всю систему алгоритмов знакомства пользователей друг с другом, а заколдованные жаворонки принесли в клювиках контракты с разработчиками.

— Подписывал их ты.

— Потому что ты обещала выцарапать Виталику глаза, а других руководителей департамента образования нам пока не завезли? — в голосе Вадима мелькнуло легкое раздражение.

Ой, как мы тогда поругались! Прямо насмерть. Часа три молчали, а потом встретились на лестнице с первого этажа на второй, оба как дураки с чашками кофе — он мне нес латте, я ему эспрессо.

— Ладно, в понедельник подойду, — я вздохнула.

Вообще, что изменит формальная должность? Ну стану равна ему по статусу. Если ему это важно, мне в принципе несложно.

— Кстати! — очнулась я. — Помнишь то танго? Которым ты меня мучил?

— Помню, конечно.

— Я нашла перевод!

— Молодец какая. Года не прошло. О, нет, постой, прошло! — щелкнул Вадим пальцами.

— Знаешь, что мне сказали? Что это единственное танго золотого века, в котором поется про абсолютно счастливую любовь без измен и драм. «Тысячу раз я влюблялся, но все это было фальшивкой, и только ты вернула меня к жизни, направила на тот путь, который я уже не покину», — я прижалась к Вадиму, не обращая внимания на его ехидство и уткнулась носом в его шею.

— И мое сердце поет от счастья… — прошептал он, целуя меня и пропуская между пальцами пряди моих ярко-розовых волос.