Горячая помощница для Морозко - Виктория Свободина

- Алена? Аленушка?

Пользуясь тем, что я все еще ошеломлена, Лев наклоняется и целует в шею. Гладит, а затем крепко хватает бедра, а после и вовсе начинает вновь осторожно во мне двигаться. Наглость - второе счастье. Причем самое почему-то обидное во всей этой ситуации, что ощущения все равно захватывающие. Болезненно-приятно.

Хочу потребовать остановиться, и не могу, голос куда-то пропал, руки и ноги как ватные, и Лев продолжает бесчинствовать.

Кажется специально, чтобы не дать прийти в себя, Лев творит со мной такое, что глаза мои широко распахиваются, а дыхание вновь становится тяжелым, прерывистым и горячим. Очень жарко, я задыхаюсь. Выгибаюсь навстречу мужчине. Паника, боль, наслаждение, стыд, растерянность. Все смешалось воедино, и я не в силах прекратить происходящее.

Лев двигается все быстрее. резче, жестче. Это что-то дикое, первобытное. В какой-то момент заглянула начальнику в глаза, и увидела там безумное пламя желания.

И совсем уж неожиданно меня с головой, будто волной, вдруг накрыло куда большее наслаждение. Волны накатывают одна за другой, такие яркие, острые, всепоглощающие.

Лев двигается еще быстрее, кажется, скамья под нами уже трещит и вот-вот сломается, и вдруг также резко, в казалось бы пиковый момент, Лев быстро от меня отстраняется замирает на некоторое время, а потом расслабленно опускается на меня же. Ласково гладит мои мокрые волосы, целует в висок, щеки, губы, увлекается этим занятием, а я так и лежу под ним молча и вся дрожу от пережитых ощущений.  

- Алена, - наконец, перестав меня целовать, Лев поднимает голову и внимательно на меня смотрит. - Ну ты как? Испугалась? Больно?.. Хорошо? Плохо? Ты ведь знаешь, что очень красивая и такая чувствительная.

Словно в доказательство своих слов, Лев проводит подушечками пальцев по моему животу, и кожа там тут же покрывается мурашками.

Дрожащими руками нащупываю под собой предательски сбежавшее от меня полотенце, пытаюсь им прикрыться.

- Алена! - кажется, Лев злится.

- Мне нужно выйти, здесь жарко, - каким-то чудом тихо, почти беззвучно произношу я, но Лев меня услышал, встал сам и помог подняться мне. Ватные ноги держат с трудом.

На мгновение обернулась на скамью и тут же отвернулась.

Начальник следует за мной в душ, где я, совершенно не обращая на него внимания, встаю под ледяные струи. Теперь я ощущаю спасительный обжигающий холод, наполняющий мое тело легкостью, а мысли ясностью.

Выключаю душ, берусь за полотенце…

- Испачканное, - опять еле шевеля губами, тихо говорю я и зависаю. Полотенце испачкано моей же кровью.

Подарив мне колючий взгляд, Лев молча забирает полотенце и уходит, возвращается быстро и с новым полотенцем.

- Алена, я предлагаю сейчас сесть и поговорить, идем.

Мужчина берет меня за руку и ведет за собой. Я следую за ним, но стоит нам выйти из душевой, и наши пути расходятся, я иду не в гостевую комнату.

- Куда ты?

- В раздевалку.

- Зачем?

- Одеться.

- Здесь и так тепло, ни к чему.

- Я не хочу здесь больше находится.

Благо, Лев не возражает и не останавливает. Спокойно оделась, волосы кое-как вытерла полотенцем, сейчас мне не до поиска фена, и натянув шапку на мокрые волосы, отправилась на выход.

Также успевший одеться Лев, молча идет рядом, вместе мы выходим на стоянку, где ожидает машина с водителем. Босс лично распахивает передо мной дверь, но я, обогнув его, быстро прохожу мимо.

Лев быстро нагоняет меня и берет под руку, останавливая и разворачивая к себе.

- Алена, ну куда ты?

Пожала плечами.

- Садись в машину, темно, холодно, поздно у тебя голова мокрая. Время не для прогулок. Едем домой.

- Нет.

Вырываю руку и иду дальше. Лев нагоняет и идет рядом, не отставая.

- Куда ты идешь?

- Это не важно.

- Почему это? Алена, ты можешь сказать, что у тебя там в голове?