Нежданно-негаданно - Дженнифер Эшли

– Ты предлагал ей выйти за тебя замуж?!

– Я решил, что это лучший способ сделать ему больно. Он выживет, да еще и будет обречен на страдания.

– И она согласилась?

– Да, но мне самому это уже не нравилось. Александра вела себя так, словно она агнец для заклания, от чего я очень скоро устал.

Диана сжала в кулаке салфетку, которую схватила, поднявшись из-за стола.

– Полагаю, Александра опомнилась и вовремя отвергла тебя?

– Нет, я сам. – Он был спокоен, но с некоторой опаской поглядывал на нее. – Они были так одержимы друг другом, что я уже не мог ничего поделать.

– Одержимы? – Диана сильнее скрутила салфетку.

– Да, с готовностью растерзать обидчика, если кого-то из них обидят. Мне стало скучно, надоело играть в злодея, и я не стал препятствовать их страстной любви. Очень романтичный поступок с моей стороны.

Джеймс отпил еще вина, словно чувствовал себя королем Вселенной.

– Романтичный?! – вскипая, переспросила Диана. – Да ты самый неромантичный из всех, кого я имела несчастье повстречать в этой жизни!

– Тише, Диана. Мы не одни в доме – люди пытаются уснуть.

– Ты получаешь то, чего хочешь! Какая же тут романтика? Ты, видите ли, разрешил Александре и Финли быть вместе, потому что не смог перетянуть ее на свою сторону! Хотел узнать о моем отце – похитил меня! А сюда привез – только потому, что боялся, как бы королевский флот не узнал от меня чего лишнего!

– Нет, ты должна согласиться, – сказал Джеймс раздраженно, – что мой дом гораздо удобнее, чем таверна в деревне или мокрые пещеры в Хейвене. Отличная кровать после сытной еды – я думал, тебе понравится.

Диана взяла в руку бисквит с маслом.

– Хочешь обвинить меня в неблагодарности?

Джеймс понял, что ситуация накаляется.

– Даже не смей кидать его в меня!

– Боишься испачкать свой жалкий костюм? Отлично. Тогда отвечай – ты любил ее?

– Нет.

– Звучит убедительно.

– Конечно, ведь это правда. Ни одна женщина не достойна моей любви, пока она не бросит в меня хлебом. То есть я хочу сказать… повторения не нужно, это называется «плохие манеры». Моя сестра придет в ужас!

– Не заговаривай мне зубы! Похоже, вы с Александрой обожаете друг друга.

– Я восхищаюсь ею. И уважаю. Не всякая женщина может позволить себе встать на моем пути и указать, что я сделал не так, особенно если она закована в цепи. Александра была до смерти напугана, но это не помешало ей сказать все, что она обо мне думает.

– Мне ты особого уважения не выказывал.

– Дорогая, ты все еще жива, – деловито сказал он. – Мне кажется, это уже кое-что.

– Ты надменный, гордый мерзавец! Поверить не могу, что позволила себе влюбиться в тебя! Я могла бы мирно жить с отцом в Хейвене, а вместо этого тащилась за тобой через полсвета, помогала охотиться за пиратами и смотреть, как тебя избивают! Причем люди, которых я должна уважать! Я чуть не умерла, переживая за тебя, думая, что ты погиб! И какая жизнь ждет меня дальше? Сплошное безумство – вот все, что я получу! И все только потому, что я имела глупость влюбиться.

– Но я чертовски рад этому.

Она замолчала. Почему-то его ответ, такой искренний и мягкий, невероятно разозлил ее. Диана бросила бисквит, затем еще кусок, следом за которым полетела тарелка с супом. Джеймс встал, и раковый деликатес, хлюпнув, шлепнулся на его черный кашемировый сюртук и шелковую жилетку.

– Диана, милая, – он говорил спокойно и ровно, – ты же потом не расплатишься.

Она нервно отступила.

– Твоя сестра будет очень зла, если хоть что-нибудь случится с этим платьем.

– Тогда тебе лучше снять его.

Диана уже видела этот огонь в его глазах – как раз перед тем как он собирался уничтожить пиратов.

– Нет, оно останется на мне!

Он сделал шаг вперед.

– Ну, тогда мне придется тебе помочь.

– Нет, ни в коем случае! – Диана быстро начала сама расстегивать корсет. – Ты порвешь его в лоскуты.

– Вот и я о том же.

Диана отстегнула все крючки, понимая, что если замешкается, Джеймс действительно сдержит слово – и платью конец. Она сняла наряд и аккуратно сложила его в пахнувший шерстью и хлопком шкаф Джеймса, где лежали его рубашки и куртки.

К тому времени как она повернулась, Джеймс уже успел вооружиться. Диана вздрогнула, но было слишком поздно: кукуруза с маслом попала точно ей в плечо, оказавшись прекрасным оружием. Он засмеялся, но тут же был награжден ответным ударом – целой ложкой супа.

Битва длилась недолго. Джеймс ловко скрутил Диане запястья и, повалив ее на кровать, рухнул сверху, покрывая ее губы неистовыми поцелуями.

– Диана, я люблю тебя, – хрипло сказал он. – Я никогда не думал, что способен на такие чувства. До боли, понимаешь! Никто в моей жизни не…

Руки горели, губы не уставали целовать. Диана обвила ногой его икры.

– Да, я тебя слушаю, – сказала она, изображая невинность.

– Никто так не злил меня и не делал таким счастливым. И все это одновременно! Демон, а не женщина. Ой… у тебя крупинки в волосах.

Диана рассмеялась и лизнула его щеку, на которой осталось немного супа.

– Ты очень вкусный.

– Ты вкуснее. – Он поспешил продемонстрировать, как сильно она ему нравилась. – Диана, черт возьми, люблю! – Он еще раз поцеловал ее – уже неторопливо. – Ты вернула меня домой.

Она погладила его по волосам.

– Кажется, мы становимся сентиментальными, капитан Ардмор. Почему бы нам не отдаться любви?

– Полностью поддерживаю, миссис Ардмор.

– Будем заниматься любовью, пока совсем не выдохнемся, верно? Правда, скоро утро и нас будут ждать к завтраку.

– Тогда нам стоит поторопиться, – ответил Джеймс, расплываясь в улыбке.

Решительно порвав на Диане тоненькую сорочку от шеи до самой талии, он опустил голову и принялся медленно целовать ее грудь, обжигая пламенным дыханием.

Смеясь, Диана обвила его руками, прижимая к себе. Она любила его.