Путь. Книга первая - Анюта Соколова

За ними скрывалась чуткая, живая тишина. У Дэрэка возникло ощущение, что там находится нечто огромное, тёплое, дышащее тяжело и размеренно. Огонёк над плечом Джэда мигнул и раздвоился, затем ещё и ещё, и вскоре целый их рой кружился над Кежгери. Свет отразился от поверхности воды, настолько прозрачной, что просматривались малейшие детали дна.

Нуки, никогда не видевшая воды в таком количестве, вскрикнула, торопливо присела и опустила в неё раскрытые ладони, словно опасаясь, что она сейчас исчезнет. Дэриэн хотел улыбнуться, но, глядя, с каким благоговением смотрят на Кежгери обитатели Пещеры, сдержался. Вода давала жизнь во время Прохождения, шутить над этим было бы бестактностью.

Огоньки разлетались дальше, освещая колышущуюся гладь озера, своды с колоннами над ним и узкую полоску берега по бокам. Там, где колонны выходили из воды, их покрывали цветы, мясистые и крупные, белые лепестки их глянцевито блестели.

– Они искусственные? – спросил Гезу Дэрэк, указав на них рукой.

– Нет, – качнула та головой. – Это изир, наш первый друг. Он чистит воду. Мы принесли его из Старого Города, очень боясь, что случайный свет убьёт его. Солнца для него губительны.

– Леки подметила, что там, где растёт изир, вода чище и вкуснее, – вставил Скиж. – Эти цветы как память о Городе… и о ней.

Он помолчал, затем встряхнулся и потрепал Нуки по плечу:

– Ничего! Тут тоже неплохо, а через пару Прохождений станет ещё лучше. Вот доберёмся до древних рудников… Ты не пожалеешь, что присоединилась к нам, Нуки.

– Здесь хорошо, – откликнулась девушка, вставая и обнимая Гезу, но глядя на Джэда.

«Саор, Земля, Мариник, – с досадой подумал Дэриэн, – везде одно и то же. На него все смотрят – кто тайно, кто открыто, но все – с единственной целью… Надоело! Вот сейчас возьму и скажу…»

– Дэрэк, я тоже замёрз чего-то. Пошли к костру.

Юноша просиял и стиснул протянутую руку.

***

Устраиваясь на ночь в отведённой им комнате и уминая поудобнее ворох одеял на кровати, Дэриэн тихонько вздохнул:

– И всё-таки как это раздражает!

Синеглазый глянул на него весело и лукаво:

– Что именно?

Он лежал на спине, закинув руки за голову. Огонёк над ним освещал смягчившееся гордое лицо, чёртовщинку в глазах, озорной изгиб губ.

– То, что все они пялятся на тебя! Пожирают взглядами. Неужели ты не замечаешь?

Джэд рассмеялся:

– Дэрэк, ты преувеличиваешь. Я несъедобный! Жёсткий, костлявый и ядовитый. Так, пару раз взглянуть.

– Пару раз?! Геза весь вечер от тебя не отходила! А Нуки вообще дырку прожгла… всё Эльги расскажу!

– Моя королева мудрая девочка. На ерунду внимания не обращает… не то, что некоторые!

– Это не ерунда! – Дэрэк пнул в сердцах подушку. – Не представляю, как у неё хватает терпения выносить всё это!

– Эльги знает, что, кроме неё, мне не нужна ни одна женщина.

Юноша подозрительно уставился на него:

– Ты как-то странно это сказал. Так, как будто это правда и неправда одновременно. Ну-ка, повтори!

Глаза Дэйкена странно блеснули, но он уверенно произнёс:

– Кроме Эльги, я не люблю и не полюблю никакую другую женщину.

Дэрэк сидел, повторяя про себя каждое слово, ища в чём подвох. Джэд смотрел на него с улыбкой, и принц готов был поклясться, что, ответив предельно честно, Синеглазый сказал ему не всё… или он сам не всё понял?

– Ненавижу, когда ты так делаешь! – выпалил Дэриэн, злясь на свою недогадливость.

– Делаю – что?

– Играешь словами.

– Дэрэк… с чего ты взял, что я… играю?

Вот теперь юноша точно уловил необычную интонацию. Он замер, не зная, как реагировать. В голосе Джэда прозвучала нежность. Робость. Тоска. Обречённость.

«Спроси! – шептал ему внутренний голос. – Почему ты в который раз упускаешь момент? Неужели ты так боишься ответа?» Дэрэк уже было решился – и вдруг понял, что не должен этого делать. Не потому, что его мог напугать ответ. Потому, что тот, кого он порывался спросить, отчаянно боялся услышать вопрос, на который ему придётся ответить.

И Дэриэн поступил так, как сотню раз делал сам Джэд, – перевёл всё в шутку, запустив в Дэйкена подушкой:

– Ну тебя! Синеглазое совершенство!

– О, спасибо! Я только хотел попросить! – Джэд поймал подушку, с удовольствием подпихнул под голову и удовлетворённо расслабился.

В его глазах читалось откровенное облегчение.

– Эй, верни!

– И не подумаю. У тебя и так три… Давай спать. Здесь рано встают, а нам придётся подняться ещё раньше, чтобы ускользнуть тайком. Иначе Скиж ни за что нас не отпустит.

Он отвернулся к стене и затих, огонёк над ним погас.

Дэрэк долго ворочался в темноте. Сон, как назло, не шёл. Тишина Пещер давила, угнетала.

Хорошо, он не должен задавать «тот» вопрос. Но у него столько их накопилось!

– Синеглазый! – позвал он.

– У-у?

– Что нас ждёт?

– В каком смысле?

– Завтра, послезавтра… в будущем.

– Ранний подъём и дурное настроение.

– Я серьёзно. Мы найдём сына Мэйлин?

– Найдём.

– Он окажется хорошим королём?

– Дэрэк, я спать хочу.

– Что тебе стоит ответить? Просто «да» или «нет».

– Отсутствие подобных слов в ответе на твой вопрос.

– Тогда ответь на другой. Ты злишься на Зэльтэн?

– Нет.

– Но ты её не простил?

– Слушай, я правда очень хочу спать!

– Думаешь, я тебе поверю? Когда знаю, что ты способен обходиться без сна неделями? Мне бабушка недавно рассказала.

– О Лэнгиэх?

– Да. А что стало с Кенчи?

– Круг заставил его год прожить в том аду, что он создал. Потом простил. Сейчас он уединённо живёт на Одике. Лэнгиэх не одного меня лишил сна! Почему Соркен вспомнила именно о нём?

– Не она, а я – как пример твоей невероятной выносливости. Бабушка мне многое рассказывает. Да и без неё я постоянно слышу легенды о твоих подвигах.

– Выражения у тебя! Легенды, подвиги… Обычные события, говорить не о чем.

– Больше, чем о тебе, вспоминают только о Сархе. Кстати, вас часто сравнивают.

– Глупости, Дэрэк. Сарх был великий король. Мне до него далеко.

– Не скромничай, Синеглазый. Вы похожи – не характером, разумеется, а тем, что сделали для Саора.

Огонёк вновь вспыхнул, ярко осветив комнату. Джэд рывком приподнялся на локте:

– Сарх – величайший из наших королей! Я не иду с ним ни в какое сравнение! Он был добр, мягок, терпелив… не мне чета! Его воспитывал Тор!

– Он и тебя воспитывал.

– И бросил, – горько добавил Дэйкен. – А Сарха вёл до конца!

– Тем не менее он разочаровался в нём.

– С чего ты решил?!

– Он собирался сделать его своим преемником, но передумал.

– Кто это тебе сказал?

– Гэсса как-то обмолвилась.

Джэд пронзительно глянул на брата и тут же отвёл взгляд:

– А знаешь почему?

– Откуда?!

– Ты слышал о Нириэль?

– Если не ошибаюсь, это дочь Арима? Девушка, что бросилась в Океан, нечаянно уничтожив сады в Арли? Как это связано с Сархом и тем более с Тором? Ладно, Сарх в то время правил и утвердил приговор, вынесенный Кругом, но при чём здесь Хранитель?

– Значит, тебе неизвестна настоящая причина её поступка?

– Ты такие вопросы задаёшь! – возмутился Дэрэк. – На них даже Эдра не ответит!

– А она не знает. Мало кто знал, что Сарх любил Нириэль, а та платила ему взаимностью.