Теперь мы квиты - Виолетта Роман

– Были спорные вопросы. Я уже возвращаюсь обратно.

– Лука, зря ты на бой не пришел, Огинский сегодня – монстр, – произносит с улыбкой Мирон. – Сделал противника за полминуты.

С Демой уже поговорили по телефону. В последнее время я решил давать ему больше свободы. Огинский тот еще дикий олень, не может в одном стойле быть постоянно. А терять его как брата я не хочу.

– Ну че, пошли накатим нормально? – раздается голос Амира. Вижу, что парни уже у двери.

– Не, пацаны, я домой. Меня там ждут,

– Когда это ты решил переехать из квартиры на больничную койку? – ржет Мирон, но тут же осекается под взглядом Исая.

Пропускаю мимо ушей его треп. На сегодня драк достаточно. Я хочу спать.

– А ты уверен? – раздается за спиной ее голос.

Элис сидит, подобрав под себя ноги, отчего подол ее юбки поднимается настолько, что я могу рассмотреть цвет ее нижнего белья. Она знает, как много открыто моему взору сейчас, более того, Элис делает это специально. Она ведет наманикюренным пальцем вдоль бедра, наверх.

– Тебе больше не к кому возвращаться…

Я уже было хочу пройти мимо, но от ее слов что—то щелкает внутри. Где—то в глубине, под ребрами.

– Что ты сказала?

На ее губах наглая улыбка, и я понимаю, что это пизд*ц. Действую прежде, чем успеваю остановить себя. Хватаю ее за шкварник, и с дивана поднимаю, словно куклу тряпичную.

– Что ты сказала?!

Ей больно, она шипит. А в следующий момент меня начинают оттаскивать. Я слышу проклятья Гессов в свой адрес, но, вцепившись мертвой хваткой, смотрю в ее глаза. Знаю, даже если руку сейчас отрежут, пальцы не выпустят ее.

– Больно! Мне больно!

– Отвали от нее, Лука!

Удар в спину. С ревом пру вперед, пытаясь скинуть с себя руки Гессов.

Они тянут меня, а мои пальцы смыкаются на ее шее. Удушу, суку, если сейчас же не скажет правду. В ее глазах слезы.

– Оскар! Ее забрал Оскар!

Эти слова оглушают. Пальцы сами по себе выпускают ее, меня оттаскивают к противоположной стене. Мирон удерживает за шею, в то время как Гесс—старший, подходит к сестре, наклонившись над ней.

– Элис, ты вообще, бл*ть, о чем?

Она смотрит испуганно на брата, лицо в слезах. Убирает назад упавшие на лицо волосы.

– Элис, я тебя сам сейчас высеку, говори! – Исай на взводе.

А у меня пелена перед глазами. Пытаюсь скинуть с себя Мирона, но у этого м*дака слишком крепкий захват.

– Мы с Мироном в больнице были, я узнала, что Лука там со своей этой… – слышу ее вой, перевожу бешеный взгляд на Элис.

– Оскар вышел на меня несколько дней назад, подсел в кафе, где мы с девчонками были. Попросил помочь ему, взамен обещал, что Луку не тронет. Ему эта девка нужна была, вот я и воспользовалась…

– Сука! – рев рвется из глотки. Я отшвыриваю Мирона в сторону. Гнев разрывает на куски. Я убью эту тварь!

– Что ты сделала, мразь?! Он же убьет ее! – не достаю до нее. Гесс закрывает ее собой, сзади тут же подлетает еще двое братьев. Мирон снова берет в захват, а я пру на нее. Убью мразь. И следа от нее не оставлю! Хватаю ее за волосы, но в этот момент прилетает удар в голову. Перед глазами на секунду темнеет. И мое замешательство позволяет им оттащить меня от девки.

Мотаю головой, злясь на себя, и когда немного проясняется в глазах, я снова к ней срываюсь.

– Стой! – Исай закрывает ее собой, поднимает на меня ствол. – Мы найдем твою девушку. Найдем Оскара и грохнем его.

– Пусть говорит, где он, или я ей кишки выпушу!

Мирон и Амир держат с двух сторон, распяв меня у стены. Исай подходит вплотную, упирая пистолет мне в лоб.

– Я не дам даже прикоснуться к ней, Варламов. Только попробуй, и ты труп. Но я помогу тебе, слышишь? Даю слово, мы найдем эту мразь и заберем твою девочку.

Элис всхлипывает. Сползает на пол, обнимая свои колени. И следа не остается от наглой и дерзкой стервы. Мелкая, подлая, завистливая сука – вот ее настоящее лицо. Исай подходит к ней, наклоняется.

– Когда он забрал ее?

– Лука сегодня снова нагрубил мне, там у больницы. Я разозлилась, – плачет. А мне ее удавить хочется. – А когда ты сказал, что Лука все—таки едет с тобой на объект, я позвонила Оскару и сказала адрес больницы, где она лежит.

Исай что—то шипит себе под нос, а я снова пытаюсь вырваться из рук братьев.

– Ты хоть понимаешь, что сделала, Элис?!

Она переводит на него обиженный взгляд.

– Мне плевать на нее! Я никогда ничего не имела своего, Исай, а он мне нужен! Я люблю его! Чем я хуже нее?! Скажи, почему он со мной так?! Она с ним как с дерьмом, а он все равно ее выбрал!

С моих губ рвется смех. Поверить не могу, что слышу этот бред. Бред эгоистичной избалованной девки.

– Ты совсем ох*ела?! – я не могу сдержаться, я хочу, чтобы от нее и мокрого места не осталось! Раздавлю, вот бы только добраться до этой мрази.

– Иди сюда, – Исай притягивает ее к себе. Она плачет, а он обнимает ее. Словно, бл*ть, так и надо.

– Идем, милая. Я дам кое—что и тебе будет легче. Мы совсем разберемся, ясно тебе? – убирает волосы с ее лица, целует ее. Она кивает, судорожно хватаясь за руки брата. Не могу понять, что с ней за херня творится, но она явно нездорова.

Исай обнимает ее за плечи, помогая подняться, и выводит из кабинета. И только когда за ними закрывается дверь, Мирон выпускает меня.

– Это че сейчас было?! Вашей сестре нужна помощь врача… она неадекватная, бл*ть, – подхожу к окну, открывая его нараспашку. Мне нужно вдохнуть воздуха, чтобы хоть на толику ослабить узел, стягивающий грудь. Нужно понять, как действовать и куда ехать. Где искать Ию?!

– Давай мы сами решим, что ей нужно, – голос Мирона заставляет обернуться. – Прости, Варламов, но это наша семья, и каждый из нас прошел такое дерьмо, которое вам и не снилось. Не тебе судить мою сестру.

Еб*ть, еще одно слово, и я разъ*бу всех и каждого здесь.

– Она подвергла опасности мою женщину! Она отдала Ию этому ублюдку! Думаешь, меня интересует тяжелая судьба твоей сестры?!

Он не отвечает. Походит к столу и открывает