Училка и мажор - Юлианна Орлова

А сейчас я сижу и обтекаю тем количеством дерьма, каким меня облили, и ведь в ее словах по факту нет ничего такого. Я и правда смотрюсь старше, черт возьми, потому что я старше! И правда старше же. Если даже сейчас это настолько заметно, то дальше будет только хуже. И кто я? Кто он? Понятно, что дело не только в неравенстве по социальной лестнице, но и в целом…мы такие разные, совершенно! И все равно же вместе, но это пока, пока в нем говорит физика и химия. А потом. Я буду же стареть, я буду дурнеть, и эта разница будет видна разительнее…

Рустам моментально тускнеет, а я, наоборот, стараюсь не дать ни единого шанса этой дуре увидеть плоды своих стараний. Нет, она не получит от меня ни единой гребанной эмоции, потому что семейные дела решаются семьей дома, а не при ненужных свидетелях. Я понимаю, что по факту, мне даже предъявить Рустаму нечего и не могу я ничего ему предъявлять, хотя бы просто потому, что очевиден тот факт, что он не девственник, да и я не девочка. Это все понятно…все ясно.

Но Альбина эта младше него, и смотрелись они явно органичнее, хотя бы просто потому, что одного возраста и одного круга общения. Думать об этом больно, но я ведь все понимаю и осознаю. Во мне мудрости побольше будет, и я уже не так легка на подъем, хотя многие могли бы улыбнуться, мол не такая уж и значительная разница, но она есть и это неопровержимый факт, с которым придётся считаться.

Сердце колотится как сумасшедшее, но я продолжаю создавать видимость прекрасного настроения, однако с уходом Ксюши и Егора ситуация несколько обостряется, и этот фарс дается мне все сложнее. Рустам словно решает меня пришить к себе, постоянно притягивая ближе и ближе, между нами уже и сантиметра нет, так плотно я прижимаюсь к нему пока внутри агония.

Но я гордо поднимаю подбородок и поддерживаю беседу, а стрелки часов тем временем переваливают за полночь.

—Алан, мы поедем, Васе завтра на работу, а мне, собственно, тоже, но ей все-таки раньше. Так что бывай, братуха. Спасибо за подарок, — как-то обреченно выдает Рустам, явно намекая на совсем другой «подарок».

—Спокойной ночи, малыши, детсад, штаны на лямках.

Алан аккуратно берет меня за руку, предварительно взглядом спросив разрешения у Рустама. И, видимо, не углядев в реакции парня ничего эдакого, притягивает руку к губам и целует.

—Василиса, вы прекрасны и спору нет, спасибо, что у меня появилась возможность наконец-то увидеть парня с девушкой, а это, скажу я вам, настоящее чудо чудное и диво дивное. Грешным делом, я уже было думал, что он не в нашей лиге, — последнюю фразу парень произносит совсем тихо, но так, что даже сквозь нетихие басы я могу различить эту шутку. Да уж, в нашей он лиге, еще как в нашей.

Каждую ночь показывает, в какой он команде.

—Приятно снова увидеть старых друзей, — подгавкивает Альбина не слишком уж дружелюбным голосом, а я просто киваю на очередной выброс, пока Рустам жмет руку брату, полностью игнорируя его спутницу.

Скорее бы убраться отсюда. Подхватив шарики, я иду вперед, пробираясь сквозь толпу уже хорошо выпившей молодежи. Рустам двигается сзади, я чувствую его всеми фибрами своей души, словно ну меня на него радар.

Парень молча вызывает такси, берет меня крепко за руку, будто бы опасаясь, что я убегу. Так и стоим, а мимо пьяные мужики и бабы, и все это смотрится мерзко, хотя Рустам тоже выпил, но к нему таких чувств у меня нет, скорее наоборот. Парень притягивает меня к себе, придерживая за голову и шепчет в висок так нежно, так ласково, что у меня сердце на мгновение останавливается.

—Я люблю …тебя, малыш, не злись только, я ведь не знаю, как правильно и что сейчас мне делать. Но кажется, что ты так далеко и проваливаешься как песок сквозь пальцы. А я ради тебя на все готов. Вообще на все, мне море по колено, я не думал, что так бывает, малыш. Ик, — парень икает и сильнее прижимается ко мне, слегка пошатываясь.

Срази меня сейчас молния, я бы меньше удивилась. Стою и понимаю, что все конечности начинают вибрировать. Не могу оторваться от Рустама, только поворачиваю голову так, чтобы губами касаться непокрытой одеждой шеи.

Господи, как мне приятно и страшно это слышать. На газа слезы наворачиваются, и это явно сейчас происходит от счастья. Внутри все делает не один кульбит, пока я обветренными губами шепчу в ответ:

—Я тоже тебя люблю, Рустам, — не верю, что произношу это, но это первое, что возникает в моей голове, первое и единственно верное, потому что я уже давно живу только этим чувством, удивляясь, что такое вообще возможно. Что можно так быстро влюбиться, так всепоглощающе и опрометчиво потерять голову, чтобы окунуться в омут с головой.

—Ну вот, а ты глупые мысли в голову закинула, я же видел твою реакцию. Ну не девственник я у тебя, не девственник, но и не была она мне девушкой.

—Я не спрашиваю тебя об этом и спрашивать не буду, не мое это дело.

И хотя я так и говорю, но все поджилки сжимаются от непринятия этого факта. НО как бы неприятно ни было, я не имею права сейчас устраивать скандалы из-за его бывшей, о появлении которой он даже не знал. Это по меньшей мере, глупо и недальновидно.

—Нет, ты послушай. Я просто с ней переспал один раз, она себе там в голову забила что-то, что я ее единственный, хотя таких, как я, там полдвора было. Пойми, это вообще для меня был просто первый секс. Все. Ну и все оговорили на берегу, так сказать. Она мелочная стерва, еще тесты мне таскала, что мол беременна. Только я тоже не дурак, пальцем вторую полоску стер. Женить она меня на себе хотела, потому что я кто? Выгодный женишок. Но, видимо, теперь она на Алана переключилась, но с ним вообще разговор короткий.

Мерзость какая. Придумывать беременность, чтобы заарканить кого-то. Гадость, это как нужно себя не уважать?

—Я правда…и не думала об этом говорить, и мне жаль, что