Наваждение генерала драконов - Мария Лунёва

— Да... — высвободив свою ладонь, успокаивающе, погладила его по голове. — Но его больше нет.

— Ты в этом уверена?

— Если бы мой... — я замолчала, имя Оуэна не смогло сорваться с губ. Тяжело. Все это вспоминать невыносимо больно. — Если бы он был жив, то нашел меня. Я знаю. Он бы землю перевернул, но нашел. Но этого так и не случилось. Значит, его нет...

— И хорошо, — процедил сквозь зубы мой дракон, — иначе...

— Что иначе? — шепнула я растерянно.

— Я бы не отдал тебя никому, Айла... — он мотнул головой. — Не отдал бы.

— Я не твоя. — с каким-то детским упрямством выдохнула и тут же провела рукой по его влажным волосам.

— Моя... Ты с самого первого дня, когда я увидел тебя здесь в ночной рубашке, стала моей. Остальное дело нескольких битв.

Повисло молчание... Я поежилась, но виду не подала, что холодно.

— Я завидую тебе, моя Айла, — голос Хэйла стал спокойнее. — У меня во снах совсем по-иному. Все, что я вижу — река. Я ищу кого-то, зову, срывая голос. И не нахожу. Не помню ни имени, ни лица того, кого потерял. Пустота и тьма. Холод. А я все зову, не слыша собственного голоса.

— Кто-то важный для тебя? — тихо произнесла, ощущая укол неуместной ревности.

— Я не знаю, — он пожал плечами, — ничего не помню. Совсем ничего. Уж лучше знать в лицо свои страхи, чем вот так, слепым котенком... Но ты, моя девочка, все еще без куртки.

Его руки сжали меня сильнее, мужчина потерся лбом о мое бедро и нехотя отстранил.

— Я думала лечь спать, — произнесла и отступила к двери.

А самой хотелось обратно в его жаркие, даже горячие объятья.

— Да, сегодня совсем холодно, моя девочка, — он снова откинулся на стену, уперевшись в нее затылком. — Тогда иди, не мерзни.

— Не пойду без тебя, — эта фраза вырвалась прежде, чем я поняла, что говорю.

Он тихо рассмеялся.

— Думаю, сначала я надену на тебя свой браслет, красавица, а уж потом объятья и мягкие перины.

— Ах ты, невыносимый дракон, — я покачала головой. — Ты ведь прекрасно понял меня. Я не смогу спокойно спать, зная, что ты сидишь здесь совсем один.

— Здесь я не один, огонек, — прохрипел он севшим голосом, — я рядом с тобой и от этого мне становится легче. Я заметил это еще тогда, в первую ночь. Ты мой островок спокойствия и умиротворения. Моя тихая гавань, которую я искал всю жизнь.

— И все же, Хэйл, нужно спать...

— Можно я тебя поцелую, Айла? — он вскинул голову и заглянул мне в глаза.

Дракон, зверь. И в его серых, как грозовое облако очах было столько ранимости и нежности, что сердце дрогнуло.

— Это не прилично, — улыбаясь шепнула. — Ты губишь мою репутацию, генерал.

— Я в щечку, это ведь не считается, — взгляд мужчины вновь стал человеческим. — Одно касание губ, невинное. Честно.

— Что значит не считается, дракон?! Это, по-твоему, не поцелуй?

И пока мужчина обдумывал ответ, я воспользовалась заминкой и, быстренько подойдя к нему ближе, склонилась и сама коснулась губами его покрытой легкой щетиной щеки.

— Пусть твой сон будет крепкий и безмятежный, мой ты упрямый ящер.

Заглянув в его полные удивления глаза, засмеялась и убежала в свою комнату.

Достав его куртку, обняла ее и укрывшись одеялом крепко уснула.

Но прежде услышала его тихие шаги. Он тоже вернулся в свою постель.

Невыносимый мужчина.

— Подъем, ора! — резкий, но уже знакомый голос врезался в мое сознание. — Вы так счастье брата проспите!

— Маника, — простонала я, щурясь от внезапно хлынувшего в комнату света. — Ты хуже Токи. Оставь занавески в покое.

— Токи? — в голосе Маники послышались нотки любопытства. — А кто это?

— Мой пес... — выдохнула, натягивая подушку на голову.

Рань такая, ну чего им всем не спится.

— Хм... нелестное сравнение. Ну да и ладно, — пробасила она надо мной. — Просыпайтесь, уже позднее утро, а у нас с вами дела. Вам еще брата осчастливить женой, а мне на приданное заработать. Уж больно хочется тоже кого-нибудь собой порадовать. Ора, ну вы что там нежитесь? Подъем!!!

Мне в лицо полетели брызги холодной воды. Немного опешив, распахнула глаза, откинула подушку и уставилась на лист бумаги, который тут же возник передо мной.

Хм... На неровно оторванном клочке корявым почерком были выведены какие-то женские имена.

— Я, ора, не очень грамотная, но как получилось, — немного смутившись прощебетала служанка.

— Это что? — со сна я все не могла сообразить, что это за каракули и к чему они мне?

— Как что? — Маника деловито потрясла листком. — Список всех красавиц. Орин Сэтт вроде как собирается отправить гостей домой раньше запланированного, так что времени все меньше. И еще...- она запнулась и недовольно покосилась на меня. — Вы проснулись? Мне можно продолжать?

Закатив глаза, я широко зевнула и прикрыла рот рукой. Ну что она тут официоз разводит?! Пришла и четко по делу выдала все сплетни, вставляя при этом свое важное личное мнение по поводу всего происходящего вокруг.

— Ой, Маника, давай уж на ты, и дай это сюда!

Я выхватила у нее лист и бегло по нему прошлась взглядом, ни одного знакомого имени. Кто это вообще все такие?

— Так вот... — девушка хитро стрельнула в меня глазками. — Тогда рассказываю дальше. Я сегодня совершенно случайно крутилась в картинной галерее и своими ушами слышала, как ора Надия, пока ее тетка где-то носилась, расхваливала девушкам вашего брата. И умный, говорит, и начитанный. Хотя по мне это одно и то же. В общем, кажется, молодой красавец и правда пришелся ей по душе.

Хм... Я растерла глаза и замерла. Ага, значит, наша тихоня все-таки что-то чувствует к нему.

— Так прямо и расхваливала?! — довольно расплылась я в хищном оскале.

Раз так, значит, нужен новый план, как их свести вместе. Он должен рассмотреть ее как следует, за ручку подержать, и что там еще ботаники на свиданиях делают...

— Ну, конечно, ора Айла, хотя положа руку на сердце, я не понимаю, как умопомрачительный Ульви Уолш может не