Неукротимый горец - Донна Грант

— Точно не знаю, — ответил Хейден.

Позади него Йен сказал:

— Она пожаловалась на головную боль, а когда вышла на солнце, ей, похоже, стало еще хуже.

— Соня поможет ей, — сказал Брок. — Соня вылечит что угодно.

Хейден видел магию Сони, но все равно сомневался. Особенно когда дело касалось Дейрдре.

— Будем надеяться, что ты прав.

— Я предупрежу Соню и остальных.

С этими словами Брок подпрыгнул и полетел к замку.

Айла тихо застонала.

— Со мной все будет в порядке. Мне просто нужно уйти с солнца.

Хейден не стал отвечать ей. Она может считать, что с ней все будет хорошо, но он должен убедиться. Он не стал останавливаться и гадать, почему готов пойти на край света, чтобы помочь Айле, он просто знал, что сделает это.

Хейден видел, как ей больно, и все, что имело для него значение, — это она.

К тому времени, когда он добрался до замкового двора, Лукан и Фэллон уже ждали его. Хейден подошел к Фэллону, готовый умолять его использовать его силу.

— Готов? — спросил Фэллон в тот же момент, как положил руку на плечо Хейдена.

В мгновение ока они все трое оказались в башне. Хейден почувствовал, что Айла расслабилась в его руках. Он был уже готов положить ее на кровать, но остановился. Из окна падал солнечный свет, и кровать была просто залита им.

— Я все сделаю, — сказал Брок.

Хейден даже не знал, что Брок в спальне. Он смотрел, как Брок взял одеяло и полетел к окну. Крылья Брока держали его в воздухе, пока он закрывал ставни и набрасывал на них одеяло, чтобы блокировать свет.

Айла приподняла голову и вздохнула. Хотя Хейдену ужасно не хотелось отпускать ее, он знал, что ее нужно положить на кровать, чтобы Соня имела возможность помочь.

Пока Хейден укладывал Айлу, она подняла голову и прошептала:

— Не подпускай Маркейл близко ко мне. Она может попытаться забрать боль, а я не хочу, чтобы она или ее ребенок как-то пострадали.

— Обещаю, — сказал Хейден и посмотрел в ее глаза, все еще затуманенные болью. — А теперь позволь Соне помочь.

Хейден отступил на шаг, потом еще на один. Ему пришлось заставить себя освободить место для Сони и Кары. Это оказалось так трудно, когда все, чего ему хотелось, — это обнять Айлу и попытаться помочь ей.

Вскоре в башне появились Куин и Маркейл. Как только Хейден увидел, что Маркейл направилась к кровати, он схватил ее за руку.

— Я могу помочь, — сказала Маркейл, когда попыталась высвободить руку и не смогла.

— Хейден! — угрожающе произнес Куин позади него.

Хейден посмотрел на них.

— Я обещал Айле, что не позволю Маркейл подойти к ней. Айла боится, что Маркейл попытается помочь ей, а она не хочет, чтобы ты или твой ребенок пострадали.

Маркейл вздохнула, а потом согласно кивнула:

— Хорошо. Я побуду в стороне, но если я понадоблюсь, больше не пытайся остановить меня.

Хейден вернул свое внимание к кровати. Айла свернулась калачиком на боку, спиной к нему, ее губы были сжаты в тонкую линию, а лицо стало даже бледнее, чем раньше.

Соня склонилась над ней, тихонько бормоча. Время от времени Хейден видел, что губы Айлы шевелятся в ответ.

Он же Воитель. Бессмертный. С силой древнего бога, с которой невозможно соперничать. Но он не в состоянии помочь Айле. Хейден ненавидел это чувство, это отчаяние от бессилия что-то сделать.

Хейден позволил своим когтям удлиниться и сжал кулаки. Когти вонзились в кожу, и он почувствовал, как кровь побежала между пальцами. Но это не успокоило бурю в его душе.

— Соня поможет ей, — сказал Фэллон. — Дай ей время.

Хейден взглянул на старшего Маклауда.

— А если нет? Что, если никто не сможет помочь Айле?

— Тогда мы придумаем что-нибудь.

— Ты ведь думаешь, что это Дейрдре, да?

Челюсти Фэллона сжались, и он едва заметно кивнул:

— Скорее всего.

Хейден не хотел это слышать, даже если знал, что это правда. Он не мог потерять Айлу. И он не потеряет ее.

— Ты не убьешь ее, — услышал Хейден свой голос. — Если придется это делать, это сделаю я.

Фэллон вопросительно поднял бровь.

— Я дал ей слово.

— Так же как и я прошлой ночью. Это сделаю я.

Это убьет его самого, но именно он станет тем, кто даст ей свободу, о которой она так мечтает.

— Ты уверен, что сможешь? — спросил Фэллон.

Это будет самое трудное, что Хейден когда-либо делал в жизни, но он должен Айле, по меньшей мере, это.

— Да.

— Пусть будет так.

Фэллон отошел, но Хейден недолго оставался один. Брок скрестил руки на груди, его взгляд был так же прикован к кровати, как взгляд Хейдена.

— Твоя кровь капает на пол, — сказал Брок, как будто говорил о погоде. — Уверен, Айла этого не одобрит.

Хейден разжал кулаки.

— Ну как же это так, мы можем все, но не можем остановить боль других?

— У меня нет для тебя ответа. Я просто рад, что у нас есть друид с такой сильной магией. Без Сони мы бы уже потеряли Малькольма, Ларину, Куина и Маркейл.

Хейден посмотрел на свои ладони, которые уже зажили.

— Я без раздумий забрал столько жизней.

— Хейден, это были Воители и вирраны Дейрдре. Это не считается.

— Разве? — спросил он. — Я пролил столько крови. А драу, которых я убил? Кто я такой, чтобы просить для кого-то пощады?

Брок глубоко вдохнул.

— Такое право имеет каждый. Если Айле можно помочь, она в правильном месте.

Хейден молился, чтобы он оказался прав. Его желудок сжимался каждый раз, когда он думал о том, чтобы отрубить Айле голову. Сколько драу он убил? Он потерял счет, так их было много.

— Ты наконец-то признался себе, что любишь Айлу? — спросил Брок.

Хейден поднял глаза и увидел, что темно-карие глаза Брока смотрят на него.

— Это так очевидно?

— Любому.

— Да, я признался в этом себе. А теперь и тебе.

— Айла знает?

Хейден покачал головой.

— Когда я рядом с ней, все почему-то выходит из‑под контроля. Она так завораживает меня, что я не могу опомниться.

— А-а, — только и произнес Брок, выразив понимание в одном этом звуке.

— Я никогда не хотел этого.

— Те, кто ищет это, редко находят. А к тем, кто не хочет, оно приходит само.