Неукротимый горец - Донна Грант

Хейден думал о словах Брока еще долго после того, как Воитель покинул башню.

Айла хотела, чтобы ее просто оставили одну. Сейчас, когда она укрылась от солнца, она могла попытаться справиться с болью.

— Скажи мне, где болит? — уговаривала Соня.

Айла предпочла бы игнорировать ее, но Соня была настойчива. Она не уйдет, пока не постарается помочь Айле.

— Она началась у меня в висках, а теперь спустилась в шею.

Прохладные пальцы Сони подняли косу Айлы и стали мягко массировать ее затылок.

— У тебя часто болит голова?

— Нет.

— Но такое случается?

Айла не хотела, чтобы кто-то догадался, что причиной этой боли была Дейрдре. Айла не была уверена даже в себе самой, почему и хотела остаться одна и все обдумать.

— Время от времени.

— Сейчас я попытаюсь исцелить тебя, — сказала Соня.

Айла крепко зажмурила глаза. Даже без солнца свечи, зажженные, чтобы остальные могли видеть ее, заставляли голову болеть сильнее.

Каждый раз, когда кто-то хотя бы дотрагивался до кровати, ей приходилось сдерживать стон. Айла не хотела, чтобы кто-то, особенно Хейден, видел, насколько ей плохо.

Магия Сони заструилась вокруг Айлы, ощущение ее было прекрасно и сладко. Эта магия была сильная и чистая. Айле казалось, будто ветви деревьев нежно касаются ее, успокаивая боль. Эту прекрасную иллюзию Сониной магии могли замечать только друиды, и это было чудесно и помогало Айле успокоиться.

Мгновение спустя Айла почувствовала другую магию. На этот раз она была земной и напоминала корень, обвивающий ее и дарящий исцеляющую энергию. Кара, поняла Айла.

Вместе друиды сделали все возможное, чтобы забрать боль из головы Айлы, но им удалось только немного уменьшить ее. Но и этого оказалось достаточно, чтобы Айла смогла открыть глаза.

— Поберегите свою магию, — сказала она Соне и Каре. — Мне просто нужно отдохнуть.

Айла услышала, как Хейден рявкнул имя Маркейл. Через мгновение Маркейл опустилась на колени у кровати, ее голова оказалась рядом с головой Айлы.

— Нет, — сказала Айла. — Не надо.

— Ш‑ш, — прошептала Маркейл. — Я не заберу боль, хотя сделала бы это, если бы ты мне позволила.

— Это повредит твоему ребенку.

Маркейл улыбнулась, ее улыбка светилась любовью и мудростью.

— Я уже чувствую магию моего ребенка. Не думаю, что это повредит малышу.

— Нет, — снова сказала Айла.

— Я так и думала, что ты так скажешь. Если ты не позволяешь мне забрать боль, ты можешь попытаться сделать кое-что еще. У тебя больше магии, чем у любого из нас здесь, поэтому если кто-то и сможет сделать это, то только ты.

Айла почувствовала холодную тряпку у себя на лбу.

— Что это?

— Когда я забираю чьи-то эмоции, я должна позволить моей магии окружить меня. Если я этого не сделаю, эти эмоции могут убить меня.

— Я так и знал.

Айла услышала, как где-то в башне Куин скрипнул зубами.

Маркейл не отрывала взгляд от Айлы.

— Призови свою магию и позволь ей наполнить тебя, позволь ей защитить тебя.

— И ты думаешь, это заставит боль остановиться?

— Это помогает уменьшить мои страдания, когда я забираю чужие эмоции.

По крайней мере, стоило попытаться.

— Ты можешь попросить всех уйти?

— Конечно. — Маркейл встала. — Айле нужно побыть одной.

Кара снова вытерла лицо Айлы.

— Я скоро вернусь проведать тебя.

Айла улыбнулась и закрыла глаза.

— Я не уйду, — твердо сказал Хейден.

Айлу охватил восторг. Его присутствие утешало ее, как ничто другое. Она нашла руку Кары, прежде чем та ушла.

— Он может остаться.

Улыбка Кары медленно осветила лицо.

— Фэллон. Куин. Оставьте Хейдена. Айла попросила, чтобы он остался.

Пальцы Кары на мгновение сжали руку Айлы, и она ушла. Вскоре дверь закрылась. Айла лежала спиной к двери, поэтому не знала, где Хейден, и боялась обернуться, чтобы не усилить боль.

— Ничего не помогло, да?

Его голос был теплым, глубоким и нежным, когда долетел до нее.

— Немножко.

Айла хотела снова почувствовать на себе его руки, чтобы его сила окружила ее. Было так приятно, когда он нес ее. Хейден укрывал ее от солнца и защищал, как мог. Он мог говорить, что ему все равно, но она знала, что это не так. Глубоко в душе он заботился о ней.

И это была проблема. Он действительно заботился. О драу. Хотя он хотел презирать ее, избегать ее, она слышала тревогу в его голосе, чувствовала нежность в его руках.

Если бы она умерла прямо сейчас, этого было бы достаточно. Она познала теплоту опытного любовника, нежность яростного Воителя. И это все предназначалось для нее одной.

Сердце Айлы переполняло это осознание.