Счастье по контракту - Джорджет Хейер

– Да мне бы такое никогда в голову не пришло… – Впрочем, это не мое дело!

– Нет? Вы меня разочаровываете!

– Не понимаю почему, – ответила она, оправдываясь.

– Нет, нет, не лукавьте со, мной! Я убежден, что мы прекрасно друг друга поняли. Вы, естественно, были бы рады видеть мисс Оверсли замужем – и у меня есть твердое намерение оказать вам эту услугу!

Она помедлила у входа в розарий и хмуро посмотрела на него.

– Почему вы мне обо всем этом рассказываете? – спросила она.

– Ну, видите ли, вы мне нравитесь, леди Линтон, – ответил Рокхилл. – Вы снискали мое уважение и мою благодарность во время нашей первой-встречи. Неловкая, можно сказать, почти катастрофическая ситуация свелась тогда к банальной., благодаря вашему присутствию духа и тактичному поведению, столь же великодушному, сколь и умелому.

– Ах, пустяки! – сказала она небрежно и, зардевшись, прошла в сад с розами.

Он засмеялся и последовал за ней.

– Как вам будет угодно! Но позвольте мне быть благодарным – и вернуть свой долг, если хотите! Вы испытали некоторое смятение, когда увидели, кто приехал к вам в гости, не так ли? Полагаю, вы сочли меня совершеннейшим болваном, раз я дал себя втянуть в эту авантюрную поездку. Но я вовсе не болван. Наоборот, более или менее уверен, мэм, что ни вам, ни мне нечего бояться при виде того, как обхаживают друг друга при встрече наши возлюбленные.

– Вы очень странный человек! – воскликнула она. – Как вы можете хотеть жениться на Джулии, если знаете, что она любит Линтона? Ведь вы это знаете, правда?

– Ну конечно! Я был ее самым благожелательным наперсником, и совершенно искренне. Человек вспоминает свою собственную первую любовь с легким покалыванием и с такой безграничной благодарностью! Я не стану корить Джулию за ее прелестные ностальгические воспоминания и не буду настолько отвратительно вульгарен, чтобы внушать ей, что ее трогательный маленький роман был не более реален, чем сказочная история. Она не так часто будет им предаваться – только когда случится нечто, способное повергнуть ее в меланхолию! А потом она, бедняжка, совершенно забудет про свое мучительное открытие, что Линтон на самом деле имеет очень мало сходства с прекрасным принцем в ее воображении – создание, которое я нахожу слегка тошнотворным, – но, пожалуйста, не говорите ей о моих словах! Дженни улыбнулась и нервно сказала:

– О, Джулия ничего не знает о Линтоне! Я не понимаю ее – никогда не понимала! Конечно, я надеюсь, что, возможно, вы поймете, но мне всегда казалось, что она из тех, чье сердце с такой же легкостью надрывается из-за воробья, найденного мертвым в канаве, как оно надрывалось из-за Линтона. И не сомневаюсь, что она отойдет достаточно скоро, потому что считаю: она внушила себе, что любит Адама, так же как внушала мне, у меня на глазах, что у нее жар…

Она умолкла, плотно сжав губы, и после короткой паузы сменила тему.

Он не делал никаких попыток вернуть ее к прежней, а весело разговаривал о множестве других досужих предметов до тех пор, пока передвижение по саду не вывело их снова к дому. Они пошли на голоса, к развалинам часовни, где и обнаружили всех остальных. Джулия сидела на фрагменте обрушившейся Каменной кладки под своим легкомысленным зонтиком, чтобы защитить лицо от солнца, не сводя меланхолически-удивленного взгляда с Адама, который стоял в нескольких шагах от нее, беседуя с мистером Килверли. Мисс Килверли бродила по развалинам и время от времени отпускала оценивающие замечания, обнаружив кусочек собачьего зуба или поросшую лишайником надгробную плиту. Мистер Килверли, похоже, стал на удивление красноречив, и, когда Дженни и Рокхилл оказались в пределах слышимости, доносившиеся до них слова, такие, как «десять кумов на акр» , «улучшенный севооборот», дали им понять, что познания мистера Килверли не ограничивались лошадьми и собаками: он был еще и страстный агроном.

– Ах, бедняжка! – негромко воскликнул Рокхилл. – Сознайтесь, леди Линтон, что, видя эту картину, даже каменное сердце сожмется от сострадания!

Услышав приближающиеся шаги, Джулия повернула голову и улыбнулась. Ее улыбка всегда была прелестной, а сейчас она выражала истинное блаженство и совершенно очевидное облегчение. Ее мягкий взгляд был устремлен на лицо Рокхилла, пока он шел к ней, а когда протянул руку, она вложила в нее свою и поднялась, дав ему увести себя чуть в сторону. Когда они медленно прогуливались вокруг развалин и Рокхилл держал Джулию под руку, она, вздохнув, сказала:

– До чего красиво, правда? Эта груда камней навевает такие раздумья! Я однажды видела ее при лунном свете – такая спокойная, такая загадочная, безмолвно хранящая тайны прошлого! Как можно смотреть на эти руины и думать лишь о том, что это всего-навсего прекрасная площадка для игры в прятки?

Его глаза весело заблестели, но он ответил подобающим образом.

После горестной паузы она вздохнула:

– Так о них говорит Шарлотта, но я не ожидала услышать такое от Адама… – Она не закончила фразу и опять вздохнула, сказав вместо этого:

– Полагаю, будучи женатым на Дженни… Она такая прозаичная! Очень добрая и очень хорошая, конечно, но… ах, жаль, что она так изменила Адама! Раньше он никогда так не говорил!

– Возможно, – тактично предположил его светлость, – он просто хотел, чтобы молодой Килверли почувствовал себя непринужденнее.

– Да, возможно… Но называть Орландо Девериля болваном!..

– Это, – согласился его светлость, – было, конечно, очень нехорошо, но нужно помнить, что Линтон – человек военный и способен смотреть на поведение человека, которое нам кажется высшей степенью доблести, совсем другими глазами.

Они медленно шли, пока она обдумывала только что услышанное.

– Рокхилл! – внезапно сказала она. – Что такое кум?

– Полагаю, – ответил он осторожно, – что это какая-то единица измерения, но, прошу вас, не спрашивайте меня, какая именно, поскольку я не имею ни малейшего понятия!

– Думаю, это что-то связанное с пшеницей, – предположила она.

– Я совсем не удивлюсь, если вы окажетесь правы: оно звучит так, как будто имеет какое-то отношение к пшенице.

При этих словах она подняла взгляд на его лицо, глаза ее искрились от смеха.

– Ах, Рокхилл! Вы такой забавный – и мне так уютно с вами! Я уверена, что вы не можете не знать: у вас ведь тоже есть фермы, правда?

– Кажется, есть несколько, но, стыдно признаться, я никогда не утруждал себя управлением ими.

– У вас есть управляющий, как у папы, хотя папа все-таки немного и сам интересуется. Не так, как Адам! Помогать фермерам! Должен ли он так поступать? Это просто ужасно! Я думала, когда он женится на Дженни, у него будет огромное состояние.

Рокхилл улыбнулся тревоге, промелькнувшей на ее лице.

– Но это вовсе не ужасно, прелесть моя! Разве вы не слышали, как леди Линтон говорила: он находит в этом удовольствие? И я в этом не сомневаюсь – это у него в крови. Уверяю вас, на поля его приводит собственный выбор, а не необходимость. Кок из Норфолка делает то же самое, и, насколько я знаю, десятки других тоже.