Госпожа Болотной Равнины 2 - Ольга Шах

Суд всё так же тоскливо продолжался. Как раз до того момента, покуда на трибуну не поднялся этот одуван. Наша семья внутренне подобралась – неспроста его сюда принесло, да ещё на стороне обвинения! Так вот, этот старичок всё тем же тоном заботливого дедушки стал рассказывать о том, что в ночь погрома он застал свою супругу с господином Робер, последний был крайне расстроен этим обстоятельством, был очень зол, и покинул негостеприимный дом супруга своей подружки, прихватив и её по дороге. Ну а кроме всего прочего, утверждал, мол, что нынче же ночью учинит самосуд и страшное беззаконие на местном рынке.

Я ушам своим не поверила, повернулась к родичам… но судя по их лицам, они слышали тоже самое! Вот так дед! Я дала себе обет непременно запомнить его имя.

Первым пришёл в себя Стефан.

- А ведь врёт старикан! Никакого любовника он в день погрома не видел! – я посмотрела на этот вопрос под всеми углами и молча пожала кузену руку. Осталось только теперь выяснить, для чего старичок стал клятвопреступником.

- Так всё и было, уважаемый суд! С тех пор я мою разлюбезную супругу и не видел боле! И ни капли не удивлюсь, ежели он и мою ласточку убил, а тело закопал неподалёку! С такого станется, душегуб! А ранее заявить о пропаже моей супруги не мог, так как сильно занемог, и не в состояниях даже и говорить-то был, не то, что писать о пропаже жены! – пожилой гражданин аккуратно добавил слезы в голос, и вежливо высморкался в огромный клетчатый платок.

Робер задёргался, закричал, что это всё ложь, и поклёп на невинного человека, а любовницу свою так и вовсе седьмицу не видел, кабы не больше, но… обвинения от имени благородного лица имели свой вес.

Одним словом, теперь у Робера не было не единого шанса выйти сухим из воды. За избиения, разбой и убийство дали ему десять лет каторги в каменоломнях. То есть было мало шансов, что он покинет место заключения здоровым человеком в полном расцвете сил. Это вам не ГУЛАГ, но тоже несладко…

После того, как заседание завершилось, я решилась догнать главного свидетеля обвинения и спросить, неужто так и было на самом деле.

- Милая, Ванга всегда относилась к вам с глубоким уважением, она говорила, что вы весьма неглупа, так не заставляйте меня думать иначе! Я последний раз видел это ничтожество на том приёме, где вы были так очаровательно голодны, а моя покойная супруга потрясающе беспутна!

Я уцепилась за последнюю фразу и стояла, раскрыв рот.

- А если она всё-же жива? – выпучив глаза, спросила я.

Старичок огорчённо посмотрел на меня, как не оказавшую его доверия, и сообщил:

- Господь с вами, душенька! Как же так «жива»?! Когда я знаю точно, что она похоронена в общественном саду? Я думаю, что не сегодня- завтра её обязательно найдут! Да и опознать труда не составит – она была в своём любимом платье, вы его ещё видели на ней на балу… и добавят нашему убийце ещё годов десять…

Дедушка внимательно посмотрел в моё лицо и понял, что мне требуются пояснения:

- Видите ли, голубушка, моя супруга очень любила одинокие прогулки в парке, то есть я так думал, а оказалось, что она гуляла очень даже не одна, да и ещё на постоянной, так сказать, основе! А для меня прогулки были вредны – врачи запретили по состоянию здоровья, ничего уж тут не попишешь…

- Ага – только и смогла вымолвить я.

Я побрела к своей карете, где меня терпеливо дожидалась моя семья. Первое время мы ехали молча, я крепилась какое-то время, но не смогла долго держать в себе.

- Марко, если ты больше не сможешь прогуливаться по медицинским показателям, я потерплю, правда. Гулять одной крайне опасно, и даже может стоить жизни!

Мой супруг внимательно посмотрел на меня, потом обернулся к Стефу. Тот сделал движение пальцем у виска, которое было вполне конкретно и однозначно… после чего твёрдо пообещал мне, что не позволит гулять одной!

Итак, наша затянувшаяся поездка в Ораховац подошла к концу. Обратно в поместье мы возвращались в усечённом, так сказать, формате, ведь большая часть наших людей давно вернулась в Дубовую Рощу, поскольку осеннюю ярмарку в Подуево никто не отменял! А то с этими обстоятельствами и она могла пройти без нашего участия.

Наша карета проезжала мимо тёмных окон особняка Альвер. В городе говорили, будто после смерти старой госпожи дом совсем переменился. Возможно, это и так, поскольку мне, как управляющей собственностью, больше не приходили космические счета за обслуживание дома, содержание конюшен и карточные долги Филипа Альвер. Баба Ванга умерла, а с ней ушла целая эпоха, так что я думаю, в Ораховаце скоро появится другая семья, с которой все мечтают быть в хороших отношениях и выдать своих дочек за одного из её членов, и мнения уже другого человека будут опасаться и ждать похвалы.

Только мне больше вспоминался острый нос, вечно сползающий парик и дикие вопли: «Божка! Божка! Да где тебя носит? Вечно не дозовёшься, когда нужна!» Я грустно улыбнулась своим мыслям…. Мы медленно проезжали по городу, а я до сих пор надеялась увидеть где-нибудь маленькую лохматую собачку со смешной чёлкой.

Глава 36

Глава 36

Ах, ярмарка свела меня с ума!

Мне нравится такая кутерьма!

У всех сияют счастьем лица,

Всё мелькает и кружится,

Будто сказка к нам пришла сама.

Посмотришь - пропадёшь!

Любой товар хорош!

И тут, и тут, и тут

Тебя сюрпризы ждут!

Песня из кф Мама

Дорога до поместья заняла у нас немного меньше времени, чем обычно – сказывалось отсутствие сопровождающих людей и качественное улучшение дорожного полотна, причём последнее происходило по большей части благодаря нашим совместным усилиям с владельцем Зелёных Холмов. Однако, сейчас нам приходилось спешить – до нашего собственного бизнес-проекта оставалось не так много времени, и будет весьма забавно, если мы не успеем побывать на грандиозном открытии сезонной ярмарки в Подуево.

Вот так, ни больше, ни меньше! Я дала Милинке разбег её творческой