Принцесса Восточного леса - Ануша Захаревич

голове, сковывая все мои мысли и всю мою кровь, поселился страх за дядю. Я прекрасно знала, что мистер Брайтон не лукавит, ведь дядю должны были арестовать ровно в день нашего побега из дворца. К тому же, если Габи здесь, то скорее всего дала клятву верности и просить ее о помощи бессмысленно. Еще может и вовсе на цепь меня посадят.

Без особой нежности служанка помогла мне помыться, промыла мне волосы и помогла вылезти из ванны. Просушила их полотенцем и дала халат, который нашелся в небольшом чемодане здесь же. Затем она достала из шкафа белое платье. Не пышное, простое. Но для венчания, видимо, достаточно в понимании этого психа.

Все это время я мысленно искала пути побега и никак не находила. За моей дверью стояло еще два таких громилы как тот, что приносил воду. Даже под грязным окном дежурило несколько человек. Проклятье, он все предусмотрел.

На какое-то время Габи меня оставила одну, и я села на кровать, погрузившись в свои невеселые мысли. Я так стремилась попасть в этот дом. Ради чего? Ради чего был весь этот поход? Что я хотела здесь найти? Задавала себе вопросы и сейчас, в этой патовой ситуации, не находила ответа. Ожерелье было все еще на мне, как и браслеты, блокирующие магию. Одна надежда была на непредсказуемый выход брачной руны. А что потом? Воспользуюсь общим замешательством. План так себе, согласна. Но другого выхода я не видела.

Габи вернулась. Помогла мне надеть платье и сделала легкую прическу с еще влажными волосами. Все это время она молчала. И как будто злилась на меня. Я не понимала, почему, но и спрашивать времени не было. Солнце быстро опускалось за горизонт, и церемония должна была вот-вот начаться.

Когда все было готово, она еще раз на меня посмотрела и жестом указала следовать за ней. Мы вышли из комнаты и пошли по коридору усадьбы, которая была заброшена много лет. Не обращая внимание на коридор, наполненный охранниками, я начала рассматривать все, что попадалось на моем пути. Мебель, которая сгнила и провалилась, разбросанные предметы быта, мусор, сухие листья. На одной стене висел практически полностью почерневший портрет семьи. Наверно, моей семьи. Но остановиться и рассмотреть внимательнее мне не дали. В голове в очередной раз всплыл вопрос: зачем я сюда так сильно стремилась?

Мы вышли из дверей на крыльцо усадьбы, которое покосилось от времени, и я ахнула. В десяти метрах от входа виднелась неглубокая, но большая черная воронка. Видимо, та самая, где произошел тот ужасный взрыв, в котором погибла моя семья. К глазам подкатили обжигающие слезы, но я их задушила. Потому что именно в этой воронке стоял какой-то седой священник с мистером Брайтоном, больше дюжины его охранников и столько же сопровождало меня.

Подойдя ближе, я увидела, что за священником через пару метров воронка заканчивается, и начинается обрыв. Огромный обрыв. Только сейчас я поняла, что это и было то самое Великое ущелье, возле которого находился дом моей семьи. Вокруг были одни скалы, которые утопали в закатных лучах, а снизу поднимался густой туман. А там только непроглядная бездна и невероятная глубина самого огромного ущелья во всей Империи.

По моей коже бегали мурашки от ужаса. Устрашающая бездна, место гибели родных и перспектива женитьбы на ненавистном человеке или смерть. Какой простой и понятной была моя жизнь всего несколько месяцев назад! И ради чего мне все это? О небо, ради чего?

Я стала напротив мистера Брайтона и подняла на него глаза. Сложно было сказать, что он в них увидел, но ко всему моему ужасу, ко всем моим душевным ранам он решил добавить еще немного соли.

– Какая ирония судьбы, дорогая Розалия. Я так искал ту самую необычную девочку, Принцессу леса, о которой писали древние друиды, что упустил вас именно здесь. На этом месте 15 лет назад.

– Не понимаю, о чем вы…

– Видишь ли, птичка на хвосте принесла, что необычная девочка родилась у славной дворянской семьи-отшельников по фамилии Эстван, которые жили на краю Великого ущелья. Я навел справки и выяснил, что предки матери девочки действительно были связаны с друидами, за что и попали в немилость несколько веков назад. А совсем рядом оказался старинный храм друидов, о котором никому не было известно. Не просто старинный, а первых друидов. Причем всех четырех стихий. И я подумал, что слишком много совпадений в одном месте.

Он на минуту замолчал, хотел поправить прядь волос, которую растрепал холодный ветер, но я отвернулась и не дала к себе прикоснуться. Он снисходительно опустил руку и продолжил свой рассказ. Краем глаза я заметила, как еще больше помрачнел взгляд Габи, которая стояла черной тенью за его спиной.

– Я приехал сначала с дружеским визитом от лица императора. Пообщался с милой парой и подросшей малышкой. Знаешь, в детстве ты была очаровательна. Очаровательна и совершенно открыта. Никакая магия тебя еще не прятала. И все мои артефакты просто кричали о том, как зашкаливает рядом с тобой магический фон. Тогда я не знал об удивительно мощном артефакте Ожерелье души, который должна была собрать именно ты, и я сразу решил, что будет лучше всего тебя просто уничтожить.

Я ненавидела его всей душой. От меня каждым его словом как будто отрезали по куску живой кожи. Мне было больно слушать про детство, родителей и понимать, что это правда. Но мистер Брайтон не собирался быть милостивым и продолжал свой рассказ:

– Я нашел нужный мне артефакт для уничтожения и вернулся через некоторое время. Дождался, пока вся семья выйдет на это самое место и активировал взрывной механизм. Результаты моих трудов ты видишь вокруг. Он не только уничтожил с лица земли семью Эстван, но и высосал жизнь из части близлежащего леса. Но что поделать, такова цена магии.

Слезы катились по моим щекам, я зло их вытерла и продолжала смотреть на него. Мистер Брайтон упивался моей реакцией, той болью, что причинил, убив родных, и той болью, которую причинял сейчас, рассказывая об этом.

– Ваш гениальный план дал трещину, ведь вы сейчас здесь и жаждете взять меня в жены! – выплюнула я ему.

– Да, к сожалению, мистер Эстван каким-то образом меня обхитрил. Но оно и к лучшему. Только так по законам природы я смогу получить доступ к силе, которая притаилась у тебя на шее, дорогая. Ведь получить ее иначе я мог бы только с твоего согласия, а ты ни в какую не хочешь добровольно