Брат жениха. Цена измены - Иман Кальби

Я переехала к жениху на радость деду.

«Вот теперь я по-настоящему спокоен. Теперь не надо думать, как ты там одна в городе ночами»…

Классно, дедуль. Ночами я классно. Не всеми, конечно, но определенно, за последний месяц есть что вспомнить.

Игорь, будучи сообразительным и предприимчивым мужчиной, тоже решил не тянуть кота за причинные места.

В один из дней я вернулась с работы и обнаружила на комоде конверт с его свежими анализами, в том числе на половые заболевания…

Вопросительно посмотрела на него, не зная, что на это и подумать… Обычно мужчины сдают такие от девушек дискретно, после какой-нибудь неудачной или наоборот удачной гулянки…

- Малыш, я специально их сделал на днях. И все думал, как тебя настроить и тоже отправить…

-В смысле?-спросила у него и голос, как показалось, слегка дрогнул…

Как и всем лгунам, мне все время мерещилось, что меня хотят разоблачить. Жених подошел и обнял за плечи.

-Дан, а что нам тянуть, а? Мы почти муж и жена. Нам не по двадцать лет. Такие дела быстро не делаются, а мои родаки и твой дед не школьники… Давай пока начнем без резинки… Посмотрим, когда получится…

Его слова доходили до меня с опозданием. Я сейчас все время такая была. Приторможенная.

Смотрю на него, хлопаю глазами- и ничего понять не могу… Потом доходит…

-Да, малыш,- продолжает он, когда я озвучила свою догадку,- хочу нам с тобой сынишку подарить… или доченьку… с твоими глазами…

Я молча кивнула и прям почувствовала, как к лицу приливает жар. Он хотел. А хотела ли я?

Как назло, именно в тот же вечер я узнала в разговорах жениха между делом, что Алекс вернулся.

Услышала его имя и в сердце больно кольнуло…

Ночью долго не могла заснуть, уже по привычке таращась в темный потолок. Предложенное Игорем было логичным и закономерным. Как крайне продуманный человек, он рассуждал совершенно верно…

Утром я вызвала курьера, передала ему прямо на парковке завернутую в газету картину и приложила к ней написанное заранее письмо.

«Нам больше не следует видеться. Прости меня. И спасибо…»

Никогда еще всего несколько слов на бумаге не давались мне так тяжело. Никогда еще написанное собственноручно не вырывало у меня из груди сердце. Это было больно. Больно и правильно…

Я бы столько всего еще хотела ему добавить. Столько еще сказать. Объясниться, выговориться, оправдаться что ли… Но я промолчала. Просто потому, что «между нами и так всегда было слишком много слов» и… в то же время, слишком много оставалось недосказанного… Мы спорили, ругались, соревновались в остроте и остроумии, иступлено выкрикивали друг другу самые пошлые и самые нежные слова во время секса, но… главного так и не сказали. Просто сделали вид, что и не было его, самого главного…

К моему величайшему облегчению, Алекс мне не писал и в целом не пытался выйти на связь. И хотя время от времени я продолжала ощущать на себе это необъяснимое параноидальное внимание словно бы со стороны, успокаивала себя, что это мои домыслы и переживания и он как взрослый сознательный и тем более гордый мужчина не будет заниматься сталкерством...

Ничего, время пройдет и моя душа успокоится. Я не буду больше в каждом входящем в помещение мужчине пытаться увидеть его. Не буду перебирать в голове наше время вместе, расщепляя его на атомы и частички. Не буду думать о том, чего не могло бы быть по определению. Вернусь к своему нормальному спокойному состоянию. Смогу. Да, я смогу…

Прошло дней десять. Москва неумолимо приближалась к Новому году. Город охватила предпраздничная лихорадка с многокилометровыми пробками, выдуманными заботами, скупкой нужных и ненужных подарков не только для родных и близких, но даже для тренеров по джиу-джитсу и любимых барриста в знакомых кафешках… Всем остро понадобилось кому-то что-то подарить. Красные носки с оленем или безвкусную кружку с Сантой, чтобы этот скарб занял ненужное место в ожидании момента, когда его можно будет кому-то пристроить точно так же в виде «веселого новогоднего сувенира».

И все равно я любила ощущение праздника. Любила убегать от этой вездесущей суеты на дачу, в уют высоких синих елей, покрытых щедрой россыпью снега. Но в этом году поездок на дачу, к деду, сознательно сторонилась. Дело было не только в том, что после того пресловутого утреннего разговора за завтраком не хотела с ним говорить.

Один на один с природой всегда тяжелее переживать боль, запрятанную внутри. Природа искренна с тобой. И тебе приходится отвечать ей тем же. В блеске огней города - фальшивом, созданном для того, чтобы заставлять тебя бездумно тратить деньги на ненужные новогодние прихоти, гораздо легче убежать от самой себя.

Да и какая-то постоянная дикая усталость не отступала. Я старалась как можно больше спать, делегировав все дела на работе Кате. Игорь работал много, но все равно исправно поспевал к ужину. Он тоже казалось, решил максимально компенсировать тот провал, что происходил в наших отношениях с его дня рождения. Мы имитировали идеальные отношения. Наверное, у нас даже получалось. Как минимум, один из нас точно в них верил.

Сегодня мы решили не ужинать дома, а выбраться в один из облюбованных ресторанчиков в центре. У каждого из нас там было любимое блюдо, каждый из нас безошибочно назвал именно это место из вариантов, куда бы хотел поехать. А я вдруг поймала себя на мысли, сколько же между нами общего, сколько всего мы делим из совместных воспоминаний, впечатлений и одинаковых взглядов на мир… В конечном счете это и останется. Не страсть, не похоть, не сумасшедшее влечение. Общее между вами.

Ужин был ожидаемо вкусным, обслуживание как всегда на высоте. И даже народу для вечера четверга не так много… Мы уже собирались на выход, попросив счет, как я вдруг почувствовала, как к горлу подступает неприятное ощущение. Словно бы внутри всё горело, рвалось вырваться наружу.

Резко подорвалась с