Цветок и камень - Александра Иванова

Врач улыбнулся.

— Пускай приезжает, он у нее и так тут чуть не ночевать оставался.

Илин сузила глаза и с недовольной миной скрылась за дверью.

— Говорю же, терпеть ее не могу.

Настала моя очередь улыбаться.

— Часто за «шестерками» приезжают сюда посреди ночи?

Доктор покачал головой.

— Один из десяти, вы видимо с Крисом друзья. Ты вроде до отбора с его сестрой была знакома.

Я кивнула. Джозес Мо нарочно назвал это дружбой.

Он пожелал мне спокойной ночи и удалился восвояси. Я осталась одна и стала ждать Криса.

Сидя на больничной койке и глядя на отвратительные белые стены я начала перебирать в голове последние воспоминания. Чарна стреляет в голову Саболе, Руди под ногами мужика и, наконец, ураган из тел и металла. Мне снова стало страшно, когда я вдруг осознала, что совершенно не в силах была использовать телекинез. Дело не только в том, что слишком большой масштаб, но и в том, что я не могла физически делать это. Крис не разрешил. Руки задрожали, и я сжалась в комок под одеялом.

Мой хозяин влетел в палату минут через сорок. Я подняла голову и протянула к нему руки. Через мгновение я была прижата к груди и могла, наконец, расслабиться.

— Как ты? — прошептал хозяин.

Я втянула всей грудью его запах. Опять табак, слабый аромат дезодоранта, уличная свежесть и что-то еще, что-то, чем пах именно Крис. Мой Крис.

— Нормально. Что там произошло? Я ведь сознание потеряла…

Мой рот закрылся сам собой, и я поймала озабоченный взгляд Криса.

— Денни, что ты помнишь?

Я закусила губу, но тут же выпалила все, что знала. Плавящаяся железка из спины паука, Руди, истекающий кровью, мачете, Нинет и, наконец, как все вокруг стало вихрем.

— Руди… он жив? — озабоченно пролепетала я.

— Без сознания, но жив. Он в больнице.

Криса видимо мало заботила судьба иллюзиониста, и я разозлилась. Говорить мне ничего не пришлось, мой хозяин сам все понял и просто устало покачал головой, призывая забросить гиблое дело его переубеждать. Я гневно сузила глаза, как он может, парень чуть не умер.

— Как и ты — вкрадчиво произнес Крис.

— Я жива.

— Как и он.

Я умолкла, сил спорить не было.

— Ты не разрешал мне использовать способность.

Крис поднял на меня глаза.

— Прости — на его лице отобразилась такая невообразимая мука и сожаление, что мой гнев как рукой сняло.

Я притянула его голову к себе и поцеловала. В палатах камер нет, а мне это необходимо.

— Я чуть тебя не угробил.

— Ну не угробил же — я улыбнулась и ласково посмотрела на него — Крис, что именно я там сделала?

В удивительно зеленых глазах Криса мелькнуло замешательство.

— Ты обратила в пыль всю верфь, включая каждого паука.

Я что? Верфь? Это же гигантское расстояние…

— Знаю тебе страшно…

Слабо сказано.

— Послушай, солнышко, я люблю тебя, и все будет хорошо. Мы остались живы, когда, казалось, все уже решено. Да случилось что-то странное, но я сказал, что все случилось по моему приказу, тебе ничего не сделают — Крис читал мои мысли и отвечал на невысказанные вопросы с такой скоростью, что я даже не замечала, как начала потихоньку расслабляться.

Я кивала и пыталась даже улыбнуться, но тут же вспоминала, насколько огромна та самая верфь. Никогда прежде я не делала ничего подобного, но как у меня получилось под запретом извлечь такую силу? И без запрета у меня не получалось подобное, а что сейчас? Если кто-нибудь узнает нам обоим несдобровать. Как это случилось, почему не подействовал запрет? Что за чертовщина там была?

Воспоминание в голове вспыхнуло молнией, и внутренний голос произнес: «Но ты раньше никогда и никого не боялась так потерять».

Правда. Тот леденящий душу страх, когда Крис в паре метров от меня проигрывал паукам. То ощущение безысходности, что мы не выберемся, что он не выберется. Раньше никогда такого не было. Раньше не было повода.

Я вспомнила эйфорию, теперь я смогла понять ее природу. Я была счастлива, потому что Крис в безопасности.

Мой хозяин тем временем поглаживал костяшками пальцев мою скулу, и я невольно снова подняла на него глаза.

— Я так испугалась, что потеряю тебя — хрипло произнесла я.

Крис напрягся.

— Я знаю, почувствовал.

Глаза уткнулись в потолок, от которого лился неприятно яркий белый свет. Крис, уловив мои ощущения, выключил лампы и теперь в палате воцарился полумрак, нарушаемый лишь желтоватым светом из-под жалюзей на окошке в коридор. Они были прикрыты, так что мы оставались одни.

Я протянула руку к Крису и схватила рукав его пальто. Он озадаченно посмотрел на меня, а я уже мысленно наплевала на правила и место где мы находимся.

Он скинул на пол верхнюю одежду и растянулся рядом со мной на кровати. Он прижимал меня к себе, а я пыталась запомнить каждый изгиб его тела, каждый вдох и выдох.

— Денни, я должен был разрешить тебе использовать способность, ты чуть не погибла — пробормотал Крис.

Моя голова покоилась у него на груди, а правая рука рассеяно гладила его тело.

— Прекрати себя обвинять, все было сумбурно, так что…

Я умолкла, потому что Крис накрыл мои губы своими. Я тихонько застонала, жаль, что в больнице нельзя шуметь. Я почувствовала, как рот Криса изогнулся в улыбке.

— Действительно жаль.

Я прижималась к нему, он ко мне. Тело все еще болело и движения казались мне слишком скованными и неуклюжими, но рядом с Крисом этого как будто и не замечаешь. Тепло от его тела, от его дыхания, все это было таким родным и знакомым, что непонятно как я жила до этого без него.

Так мы и пролежали до утра. То, что было между нами в эту ночь, это было даже интимнее физической близости, это было сродни единению душ. Звучит фраза пафоснее чем лепет третьесортного репера, но по-другому я вряд ли смогу описать это ощущение. Я испытывала безграничное счастье уже от того, что могу прикасаться к нему, что он рядом.

Утром перед обходом Крис предусмотрительно встал и сел на стул возле меня. Ни к чему Илин или Джозесу видеть нас в обнимку на кровати. Ночь мы почти не спали, так что у нас у обоих были темные круги под глазами, но чувствовала я себя куда лучше, чем накануне.

Илин зашла в палату, держа на руках поднос с отвратительной больничной едой. Липкая