Конфетка для отпрыска - АрмИя Бога

— Богдан, ты сейчас шутишь так? Может ты конечно и крутой вырос, но со мной тягаться все-таки кишка тонка. Да и Иру я тебе просто так не отдам, договор она подписала, но не выполняет.

— Какой договор? — наигранно спрашиваю.

Он сейчас похож на испуганного зверька, который не понимает, что происходит и в чем подвох.

— Ты совсем дурак или прикидываешься? Сильно головой ударился в аварии? Договор, по которому Ира принадлежит мне до тех пор, пока я сам его не расторгну. По которому, она должна оказывать мне интимные услуги и выполнять все предъявленные мной требования. Ты это хотел услышать?

— Я это уже читал, — улыбаюсь победной улыбкой, — И еще много чего про твоих дорогих партнеров и друзей. Сколько же потратил времени и средств, чтобы собрать такое охренительное досье на них?

Райский сначала каменеет, а потом подрывается и бежит в кабинет. Я же наслаждаюсь своей маленькой победой и не двигаюсь с места. И когда он возвращается, на его лице уже нет той нелепой борзости. На нем лишь ненависть, вперемешку со страхом. Та искренняя ненависть, которую он испытывал ко мне всю жизнь. И сейчас я вижу, что дружков своих он боится куда больше, чем меня. Ведь за то, что хранится в той папке, каждый из этого немаленького списка, будет рад его уничтожить на месте.

— Чего ты хочешь? — его тон сразу меняется и он словно готов даже идти со мной на компромисс.

Тут же у него звонит телефон. Райский снимает трубку, слушает, а потом смотрит на меня.

— Хорошо, я согласен. Жду.

Он снова садится напротив и плескает себе в бокал еще виски. Глаза у него горят, губы поджаты и он старается не выдать своего волнения, но я чувствую, как поджилки этого ублюдка трясутся от напряжения.

— Сейчас привезут твоих девок. Что ты хочешь взамен документов из моего сейфа?

— Договор я тебе не отдам, да и нет его уже. А вот остальное очень заинтересует сразу нескольких игроков. И я бы с удовольствием посмотрел, что ты выберешь. Койку в камере или место на кладбище?

— Чертов урод! — орет он, — Такой же банный лист на моей заднице, как и твоя недоделанная мамаша! если бы я предохранялся с ней и не кончал в эту суку, то сейчас бы таких проблем у меня не было бы! — пышет своей ненавистью.

Вскакиваю с места. Оскорбления в адрес мамы режут похлеще ножа, делая безумно больно. Хватаю его за горло так, что он синеть начинает.

— Даже рта не открывай в ее адрес, мразь! Ты и мизинца никогда ее не стоил! И если ты думаешь, что я тебя не трону, потому что ты мой биологический отец, то ты глубоко ошибаешься. Ты мне никогда им не был!

Отпускаю его, давая вдохнуть и слышу, как он тяжело дышит, покашливая. Плескаю себе в стакан виски и залпом выпиваю. Горло обжигает, но алкоголь только подстегивает к тому, чтобы растоптать этого гада.

Какое-то время я просто слежу за ним, пока он явно пытается что-то придумать, как-то выкрутиться и решить, как поступить лучше. Мы ждем.

И вот я слышу звук подъезжающей машины. Выглядываю в окно первого этажа и сердце замирает. Из нее выходит этот чех, Томаш и выволакивает следом Иру с Катюшей на руках. Хочется ринуться к ним, обнять, поцеловать, предварительно двинув по морде их надзирателю. Но сейчас не та ситуация. Все должно быть под контролем.

Они втроем заходят в дом и я замечаю, что что-то не так. У Иры глаза на мокром месте, а Катя так и не посмотрела на меня, уткнувшись лицом в ее грудь.

Томаш явно удивлен моему присутствию и он бросает вопросительный взгляд на Райского.

— Богдан, — говорит мой папаша, — Я обдумал твое предложение. Я отдам тебе твоих девок, взамен на документы.

— Я уже предложил тебе доступные варианты, и среди них такого не было, — усмехаюсь я.

— Дорогая! — вдруг обращается он к Ире. — Ты хотела что-то сказать важное, и причем только мне. Так что? Говорить будем?

Смотрю на нее и не понимаю о чем он. Ира бегает глазами с меня на него, потом на Томаша и сильнее прижимает к себе ребенка. Что еще, мать твою? Что она хотела сказать и зачем?

— Она знает кто на самом деле Хищник! — не выдерживает чех, — Но мне говорить отказалась. Ну же, говори сейчас!

Вижу, как у Райского загораются глаза. Он уже с ног сбился в поисках таинственного убийцы, а тут такой подарочек. Смотрю на Иру, которая еле стоит уже, ни живая, ни мертвая. И с Катей что-то не так явно. Я догадываюсь, что не просто так она решила раскрыть тайну. Ира бы никогда так не сделала. Значит. Ее кто-то или что-то вынудило так поступить.

— Мы долго будем ждать? — Райский явно в нетерпении и каком-то возбуждении.

— Прости… — читаю по ее губам и меня словно прорывает.

— Он перед вами, уроды! — и я вижу, как их лица искажаются от непринятия того, что они сейчас слышат, — Но теперь, вы с этой правдой и сдохнете!

Глава 49

Напряжение между нами всеми настолько сильное, что слышно биение сердец.

Первым в себя приходит Томаш, но я реагирую быстрее. Хватаю Иру за рукав и отдергиваю от него в сторону. В своей уже сжимаю то, что еще секунду назад лежало в кармане.

Холодная сталь лезвия обжигает ладонь и уже Томаш осознает, что проиграл заранее. Его взгляд ясно об этом говорит. Он хоть и здоровый, но против меня у него нет ни единого шанса.

— Иди отсюда, — говорю Ире, не поворачиваясь.

— Нет, Богдан. Без тебя я не уйду никуда. Мы останемся здесь.

— Я. Сказал. Иди. — четко, по слогам повторяю приказ, — Сейчас тебе тут не место.

Все чувства сейчас обострены настолько, что малейшее изменение дыхания сорвет меня с предохранителя.

— Сынок, давай поговорим, — слышу голос Райского, — Мы