Чувства в стиле «All Inclusive» - Анастасия Нехорошкина

– А ты хочешь заняться поисками иголки в стоге сена? Такое количество людей никто не в состоянии проконтролировать, – этот, уже ставший стандартным, диалог в стиле «паникующей Гели и успокаивающей Тани», прервался звонким женским смехом со стороны ресепшена. Оттуда вышла компания в виде Зизо, Маргариты и, конечно, Кайла.

В груди Гели кто-то резко закрыл дверь, тем самым защемив сердце. Девушка выглядит, будто сошла сюда прямо с обложки журнала, и все взгляды – пьяные, восхищенные и завистливые – тут же обратились к ней. Серебряное платье струится по стройным загорелым ногам красивым водопадом, а её черные волосы собраны на затылке элегантным пучком. На ногах – шпилька сантиметров пятнадцать, поэтому девушка держит Кайла и Зизо под руки, как принцесса своих подданных.

Таня замечает погрустневший взгляд коллеги и за локоть тянет её к первому подъехавшему автобусу.

– Ты знаешь, что скоро она отсюда уедет, и все успокоятся, – говорит тихо.

– Я тоже скоро уеду. Но я все еще здесь, а Кайл уже успокоился, – отвечает блондинка, и, как назло, встречается с зелеными глазами на входе в другой автобус. В этом хаосе из людей и принцесс он все равно притянул её взгляд.

До встречи с тобой каждый живет свою жизнь. Так же, как и после. Но каждый ли хочет продолжать без тебя?

Chapter 27. Masks

А – Р – Х – Е – Т – И – П

П – Е – Р – С – О – Н – А

В древности актеры театров прикладывали к лицу и меняли маски только для того, чтобы каждый зритель огромного амфитеатра мог разглядеть ярко-выраженные эмоции и смену душевных состояний персонажей. Пестрые накладки из дерева и луба также позволяли скрывать настоящие эмоции актеров, которые, играя, могли быть абсолютно бесстрастны в лицах, выделяя счастье и печаль лишь голосом.

Время шло, а маски становились все тоньше. В современным обществе эти атрибуты ложатся на лица уже прозрачным слоем.

Архетип Персона – маска, которую человек надевает в зависимости от ситуации и социальной группы, в которой находится. Она нужна личности, чтобы производить впечатление на других или скрывать от них свою истинную суть.

Лишь единицы могут увидеть человека настоящим.

* * *

Дорога до клуба заняла меньше времени, чем выгрузка разгоряченных тел из автобусов и их инструктирование на входе, ведь никто не хотел сосредоточиться и послушать, когда за железной дверью призывно громыхает музыка.

Туристы, будто бурная река, начинают затекать внутрь, а Геля ждет на входе, оставленная Таней наблюдать, чтобы кто-нибудь не свернул на пьяную прогулку в Анталию.

– А ты чего не заходишь? – студентка слышит голос Марго, которая щелкает зажигалкой, подкуривая тонкую черную сигарету.

– Пойду последней, – пожимает плечами девушка, затем слегка тянет носом запах дорогого вишневого табака, – я все еще на работе.

– Я думала, вы приезжаете сюда расслабиться, а аниматоры и в ночных клубах на посту? Эта работа сложнее, чем кажется.

– Мало кто так думает, – Геля улыбается, снова рассматривая девушку, – обычно все считают, что аниматоры в полугодичном отпуске, – блондинка иногда и сама так думала, когда приезжала на отдых, но об этом решила умолчать.

– Но у вас ведь есть время на личную жизнь? Выходные, свидания и все такое, – Марго загадочно интересуется, а Геля чувствует, что ступает на зыбкую почву. Ей нельзя обсуждать с туристами личную жизнь, но отельное рабочее время давно закончилось.

Теплый ночной воздух приятно ласкает тело, и блондинка не хочет заходить в помещение, заполненное запахами алкоголя и потными телами. Здесь так спокойно.

– Время есть, но, с постоянным нахождением в отеле и всего одним выходным в неделю, шансов наладить личную жизнь достаточно мало, – или они выдаются неудачными. Геля внимательно смотрит на брюнетку, а та кусает нижнюю губу в раздумьях, – почему ты спрашиваешь об этом?

– Если честно, – волнение сквозит в голосе, – несколько ваших ребят недвусмысленно позвали меня на свидания. Все эти курортные романы и романтика морских вечеров кружат голову, мне хочется попробовать…

– Но? – Геля заполняет паузу, потому что чувствует, что брюнетка не договаривает.

– Но мне понравился Кайл, – что-то звонко хрустит у блондинки в груди, как сплющенная железная банка, но она слушает дальше, затаив дыхание, – высокий такой, татуированный парень, с которым я несколько раз пересекалась. Ты, должно быть, тоже его знаешь.

– Знаю, – даже лучше, чем хотелось бы.

– Он…Супер-притягательный, но, в отличие от остальных, не проявляет ко мне никакого романтического интереса. Это немного обидно, и я подумала сходить на свидание с кем-то из ваших ребят.

– Чтобы отвлечься или чтобы задеть Кайла? – говорит Геля более радостно, чем хотелось бы, но брюнетка рядом этого не замечает, задумчиво глядя на железную входную дверь клуба.

– И то, и другое. Но ты ведь хорошо знаешь ребят, с которыми работаешь. С кем посоветуешь сходить: Зизо или Али? – вот так, как про товар в магазине, просто рассуждает девушка, а Геля почти расплывается в улыбке. Она ожидала услышать, что брюнетка проводит много времени с её уже бывшим парнем или начнет рассказывать о том, какой головокружительный у них завязался роман.

От облегчения и спавшего с груди камня неизвестности Геле хочется танцевать, а потому она тащит Маргариту внутрь, заверяя, что даст ей ответ к концу сегодняшней вечеринки. Она уже сейчас знает, что выбрала бы Зизо просто из-за его человеческих качеств, но также думает, что справедливым будет предупредить девушку о количестве их увлечений за сезон.

Геля бы не пошла на свидание с аниматорами. Не после того, как проработала с ними бок о бок почти два месяца.

* * *

Геля снова выпила лишнего. Она понимает это, двигаясь где-то на танцполе, когда тело расслабляется и отдается музыке без распоряжений мозга. Со всех сторон мигают разноцветные лампы, улыбающиеся лица слегка расплываются, а дым от кальяна больше не раздражает глаза: