Чувства в стиле «All Inclusive» - Анастасия Нехорошкина

Кто-то протягивает Геле бокал, но в толпе она не может рассмотреть человека, лишь забирая стекло из рук и слегка проливая прозрачную жидкость на пол.

– Тебе уже хватит, – говорит хрипловатый голос прямо над ухом, и татуированная рука Кайла выхватывает бокал прежде, чем Геля успевает сделать глоток. Она злится, что распознает парня лишь по маленькому видимому участку кожи, фыркает и отворачивается в попытке самостоятельно дойти до бара, но тут же натыкается на еще одно препятствие.

– Почему ты так покраснела? – спрашивает Таня с таким же пьяным блеском в глазах, а затем девушки вместе выпутываются из толпы танцпола в чилл-зону со столиками у бара.

– Сколько мы выпили? – Геля смеется, потому что коллега неуклюже спотыкается на ровном месте.

– Не знаю, но предлагаю проветриться, пока мы не употелись до смерти, – входная дверь кажется тяжелее, чем была час назад, а звенящая здесь тишина приятно проходится по ушам. На улице ненамного прохладнее, чем внутри. Девушки опускаются прямо на крыльцо и тяжело дышат, будто пробежали марафон.

– Нам выезжать в отель через час, а я едва соображаю, как пользоваться вот этим, – Геля тыкает пальцем в свои вытянутые вперед ноги в коротких шортах и достает из кармана телефон, чтобы еще раз проверить время.

– Я же говорила, что это будет весело, – Таня сдувает с лица прядь темных волос, но они все равно липнут к коже.

На ярком экране телефона, помимо стандартного циферблата, Геля обнаруживает сообщения от лучшей подруги, каждое из них содержит слова «позвони» и «срочно». Студентка хмурится. Что могло случиться?

* * *

Скрип тяжелой двери прозвучал синхронно с прощанием по телефону. Геля болтала с Дианой буквально 10 минут: подруга восхищалась галантностью всех испанских мужчин, кроме своего начальника. Видимо, он имеет на брюнетку какие-то виды, потому что в грубой форме запретил ей контактировать с парнями до конца практики.

Геля горько усмехнулась схожести их ситуаций и решила, что не зря дружит с Дианой столько лет: какая-то ментальная связь заставляет даже неудачи происходить в их жизнях одновременно.

Блондинка перешла дорогу от клуба и разместилась на кованой скамейке под пальмой, наблюдая за пьяными телами, что вываливались из дверей напротив покурить, и, запинаясь, отправлялись обратно. Почти в каждом студентка узнавала туриста из Royal Sunset. Последний, кто вышел прямо сейчас, мгновенно заставил кровь бурлить в венах.

Кайл неловко повертел головой, а Геля взмолилась, чтобы парень не заметил её, как все остальные. Но зеленые глаза, цвет которых в темноте можно только угадать, быстро нашли интересующий объект, и Кайл уверенными размашистыми шагами приблизился к скамейке.

– Почему ты здесь сидишь? Что-то случилось? – волнение в хриплом голосе заставило сердце пропустить удар.

– Что может случиться на пустой улице? У меня здесь все в порядке, а вот у Марго в клубе, наполненном пьяными мужчинами, могут быть проблемы. Лучше бы ты сходил её проверить, – Геля не должна была так открыто демонстрировать ревность, но, если бы парень ушел прямо сейчас, ей было бы легче убеждать себя в наличии у него рогов – избавиться от чувств к козлу всегда приятно.

– С чего мне её проверять? – нахмурился Кайл, и опустился на скамейку рядом, слегка наклоняя кудрявую голову.

– Вы много времени проводите вместе, разве нет?

– Это…правда. Но не так, как ты успела себе надумать, – парень слегка возмущается, но искренние эмоции отражаются в его глазах – эта ревность приятна нидерландцу.

– И ничего я…

– Нет, подожди. Маргарет – приятная девушка, но за эту неделю я ей не сделал ни намека на сближение. Я вообще начал общаться с ней, чтобы помочь Зизо, – на эти слова хмурится уже Геля. Она слышала от коллег что-то про спор насчет эффектной брюнетки, но сути не знала, поэтому спросила:

– Каким образом ты можешь ему помочь, общаясь с Марго?

– Зизо и Али устроили соревнование: что-то вроде игры, кто первый завоюет её внимание, и в этом споре был очевидный победитель.

Геля лишь согласно кивнула: в очаровывании девушек отеля у Али не было конкурентов. В его «женском» списке не было разве что 80-летних бабушек, но, если бы у тех оставались хорошие зрение и слух, тоже бы обольстились. Кайл продолжил:

– Зизо попросил меня помочь. Пообщаться с этой девушкой, а также аккуратно свести их. Этим я, собственно, и занимался все те несколько дней, когда ты могла увидеть нас вместе. И тогда, на пенной вечеринке, я планировал их познакомить, когда встретил вас с Маргарет вдвоем. У меня ничего не было с этой девушкой. И не будет, – уверенности в его голосе можно позавидовать.

Этот вполне безобидный диалог, будто Кайл и должен сейчас оправдываться за свое поведение, вызвал у Гели непрошенную улыбку.

– Ты не обязан мне все это рассказывать.

– Нет, я должен. Я бы не поступил так с тобой и твоими чувствами. И даже не думай отрицать, я вижу, что не безразличен тебе, несмотря на наш последний диалог.

– Ты прав, – тихо отвечает девушка, заправляя за ухо прядь светлых волос, признаваясь ему и себе, – но все это лишь успокоит бурю в душе. Больше ничего не изменится, до конца моей практики еще три недели, я не собираюсь рисковать работой…

– Думаю, изменится. Знаешь, как я себя чувствую? Я вижу других девушек, но замечаю только тебя. Все время. Несколько раз я порывался с тобой поговорить, но думал, что сделаю только хуже. Сейчас я уверен, что ты должна знать.

– Знать о чем? Ты выкупил отель у собственного отца, чтобы быть со мной? – Геля не понимает, что может стать более шокирующим, чем те факты, которые она уже знает о парне.

В спину дует горячий ветер с моря, а железная дверь клуба вновь отворяется. Изнутри доносится ремикс «Love the way you lie» Рианны и Эминема, и знакомая компания в виде Зизо, Марго, Тарзана, а также парочки туристов из Германии, останавливается у входа, громко переговариваясь и смеясь.

– У вас там вообще остался кто-то, кто бы присмотрел за туристами? – Кайл охотно перевел тему, а Геля задумалась: всех аниматоров отправили в клуб именно для того, чтобы следить за большим количеством гостей, но ни одного по-настоящему не волновало местонахождение или состояние туристов. Ни одного, включая студентку.

– Хочешь,