Тайны Калинова моста - Валентина Ильинична Елисеева

Большая часть класса по завершении чтения условия взялась составлять уравнение, но несколько учеников нахмурились и сразу спросили:

– Тела движутся друг за другом или навстречу? Из текста это не совсем понятно.

– Молодцы! Рада, что не все автоматически направили движение велосипедистов в одну сторону. Действительно, к задаче должна прилагаться картинка. Переходим к следующей. Нет, эту решать не нужно, я свято верю, что квадратное уравнение в тупик вас не поставит. Стоп, ещё раз: эту задачу мы пропускаем и переходим к следующей! – Василисе пришлось сделать внушительную паузу, чтобы все её ученики нехотя оторвались от нерешенного примера и сосредоточились на новом. – Посмотрите на правую часть доски – некий ученик решил уравнение и даже сделал проверку, подтвердившую верность его ответа. Где ошибки?

– Отыскать ошибку трудней, чем самому пример решить, – заворчали в классе.

– Да, потому что вы невольно следуете за логикой решавшего. Хуже всего, когда решал сам, – тогда найти ошибку ещё трудней, ведь собственная логика всегда кажется безупречной. Вы при проверке машинально перескакиваете со строки на строку, пропуская мимо глаз допущенные промахи. Тут может помочь одна хитрость: проверяйте пример... с конца.

– С конца?!

– Совершенно верно. Так вы собьёте с толку подсознание, трепетно хранящее алгоритм, отложившийся в вашей голове, и уже не будете быстро перебегать глазами со строки на строку, пропуская огрехи. Метод чисто психологический, но действенный, на себе проверено.

На листы с самостоятельной работой, разложенные на парты в конце урока, ученики посмотрели так настороженно, будто те пропитаны ядом амазонского дракона.

– Если мы решим всё без ошибок, то мы победили и тесты на внимательность нам больше не нужны? – с сомнением уточнили они.

– Если вы решите все задания и все – без ошибок, то да. Надеюсь, внимательность и концентрация на ходе урока вас не подведут, – кивнула Василиса. – Когда закончите работу, оставьте тетради с карточками на столах, я сама соберу их.

С самостоятельной дети справились в аккурат со звонком, внимательно проверив выполнение всех заданий. Собрались, оставив на партах тетради и задумчиво поглядывая на невозмутимую учительницу.

– В чём подвох? – не выдержал Виталик.

– Это очевидно, Гинзбург: в отсутствии концентрации и пониженной внимательности. – Василиса подошла к его парте и окинула взглядом страницу с решениями. – Как я и предвидела, работа выполнена на «четыре».

– Почему?!

– Вы сделали не все задания. Нужно внимательней относиться к инструкциям, будь те написаны или озвучены. Я же чётко сказала, что заданий будет двенадцать, а вы и не заметили, что выполнили только одиннадцать. И с чего вы взяли, что все задачи обязаны уместиться на одной стороне листа?

Василиса перевернула карточку. На обороте был написан ещё один пример: «3+5=?»

– Это мошенничество!!! – завопили дети.

– Это ЕГЭ, друзья мои, и таких подводных камней в нём пруд пруди. Концентрацию и внимательность продолжим развивать.

Со всех сторон раздался сдавленный гогот домовых и духов-уборщиков, с интересом подглядывавших за ходом урока. Звёзды физмат класса скривились – и сами расхохотались.

– Здорово, что вы от нас не сбежали, Василиса Алексеевна, с вами круче, – подытожил Виталик, и ребята галдящей ватагой направились к физику.

Директор наверняка был уверен, что в его взгляде заметна только сдержанная похвала молодому специалисту и в нём не проглядывают ни нежность, ни веселье, ни заботливая тревога об этом специалисте. Разумеется, он уже знал, как прошёл урок в одиннадцатом классе – просто поразительно, как быстро распространяются слухи по школе! Прямо сказать, с быстротой духов и полтергейстов. Елисей махнул ей рукой, приглашая присаживаться, пока он разговаривает по большому яблоку через окно видеосвязи.

– Одну минуту, Василиса, я скоро освобожусь. Мы с его высочеством обсуждаем вопросы сезонной миграции эльфов из мира в мир.

– О, ть-а самая Василиса? – услышала она знакомый полудетский голосок. Елисей развернул экран, и с него помахал Василисе эльф, спасённый ею от замерзания в неприютном Энске. – Спасибьо тебе ещё раз! Вижь-у, смерть в тебе растёт, развиваетси.

Василиса невольно вздрогнула, и Елисей подправил слова эльфа, плохо владеющего русским языком:

– Магия смерти в тебе накапливается и формируется с притоком знаний и умений. Маэриэль, вы окончательно решили установить постоянный переход в моём округе?

– Дь-а, – кивнул эльф. – У вас тут тихо, лесов зельёных хвойных многи, и маг смьерти на всю округу единственный и нестрашный. Даже ошень сердешный.

– Критерии выбора ясны, – лукаво прищурился Елисей. – Прошу вас позаботиться о маскировке: в зоне лесов живут непосвящённые люди.

– Самьо собой! Мы всё выясним и замаскируемси! – Эльф экспрессивно замахал руками. – Никти не поймёть, что мы не местные!

Эльфийский принц церемонно распрощался, окно связи погасло, яблоко исчезло со стола. Взмах директорской руки – и на столешницу упали фотографии потёртых листов пергамента. На верхней чернел памятный ряд чисел:

2, 3, 15

6, 6, 1

– Из ОМИИ переслали, бен Муса поведал, что ты увлеклась загадкой Мерлина, – сообщил Елисей и придвинул к ней фотокопии дневника. Василиса поскорее притянула их к себе и всмотрелась в непонятные символы древнего чужого языка. Надо было дневник сразу с переводом запрашивать!

– Вам что-то известно об этом ребусе? – спросила она директора.

– Крайне мало, я никогда не пытался его разгадать. Честно говоря, всегда воспринимал миф о великом мерлинском заклинании, как миф о панацее от всех болезней и прочей антинаучной чепухе. В девятом-одиннадцатом веке, когда жил Мерлин, даже в среде магов математические знания были слишком слабо развиты для создания действительно сложных и действенных заклинаний.

– Заклинания могут иметь три формы: вербальную, структурную и только затем – математическую. Первые два варианта с точными науками не особо связаны.

– Да, но личи, по счастью, слишком редкие виды нежити, и в магической ауре мира никак не могла заложиться канва под словесное воздействие на них.

– Личи?!

– Основная версия гласит, что это великое заклинание направлено на упокоение личей или их создание без помощи той стороны Калинова моста. Однако нет свидетельств того, что древний маг был некромантом