Невеста викинга - Диана Гроу

Лунный свет зубчатой полосой серебрил гладь Ирландского моря. Со своего наблюдательного пункта в защищенной бухте Йоранд видел остров Святого Патрика — голую скалу, возвышающуюся над пенистыми волнами. Темный силуэт острова закрывал собой пестрый звездный ковер восточного горизонта.

— Мы торчим здесь уже два дня, — проворчал Торкилл. — Вы уверены, что мы не опоздали?

— Да, — ответил Колгрим. — Та ирландская свинья, у которой я выяснил это, не отважилась бы лгать мне. Я ему сказал, что кастрирую, если он не расскажет мне все, что я хочу знать. Любой на его месте рассказал бы все, — рассмеялся грубым смехом капитан, умолкая и морщась от боли. Недавно вправленная рука еще болела. Йоранда успокаивало лишь то, что рука Колгрима будет болеть очень долго, если не всегда.

— Конечно, после того как он мне все рассказал, я свою угрозу все же исполнил, — продолжил Колгрим.

— Тихо, — оборвал его Йоранд. — Звук хорошо распространяется по воде. Ты ведь не хочешь выдать нашу позицию?

Больше чем когда-либо Йоранду хотелось заткнуть рот Колгриму. Сейчас они снова были далеко от Дублина, и лишь это поддерживало моральный дух Йоранда. Среди своих соплеменников он больше не ощущал себя как дома и боялся, что Торкилл почувствует это. Однако сидеть здесь в засаде в компании Колгрима было еще хуже. От непристойных рассказов старого капитана, полных сцен грабежа и насилия, Йоранду было не по себе. Он недоумевал, как мог когда-то присоединиться к такой компании.

Еще до того, как оставить Дублин, Йоранд распорядился отдать все свое имущество Сольвейг. Даже лодку. Нормандец подозревал, что его бывшая жена быстро найдет ему замену, однако это ни в малейшей степени не расстраивало его.

Йоранда больше тревожило предприятие, которое затеяли Колгрим и Торкилл. Его мучил вопрос, удалось ли Бьерну выполнить свою часть плана. На следующий день после отбытия Йоранда и Бренны из Дублина Бьерн должен был забрать святого отца Армога и отплыть с ним в земли клана Улад. Йоранд подозревал, что ирландцы никогда не поверят нормандцу, который предупреждает их о набеге. А если предупредит ирландский священник — это совсем другое дело. Но будут ли ирландцы слушать священника, служившего у нормандцев?

Через отца Армога Йоранд передал ирландцам все, сообщив даже, где будет нынешняя засада. Эту бухту он присмотрел заранее и порекомендовал Торкиллу. Теперь со стороны моря они были надежно скрыты от посторонних глаз, но со стороны утеса, откуда Йоранд ждал лучников, видны как на ладони. Если бы глава клана подошел с суши, сражение закончилось бы, даже не начавшись.

Но приняли ли ирландцы этот план, Йоранд не знал. Они могли посадить его друзей в темницу и даже убить, не отложив при этом паломничества их королевы.

Йоранд молился, но не за свою жизнь. Ведь он обещал Бренне, что возвратится в Донегол. Но если все будет так, как он рассчитал, то он погибнет вместе со всеми. Впрочем, это вполне соответствовало бы судьбе предателя и клятвопреступника. Однако Йоранд молился за жизнь Бренны.

«Сможет ли она остаться счастливой без меня?» — думал он и молился ее христианскому Богу. Йоранд был уверен, что норвежские боги не простят его, после того как он предал Торкилла и тех, кто пошел с ними. Но ведь когда один из учеников Христа предал его, Христос послал ему прощение.

Шум волн, разбивавшихся о борт ладьи, и вечерний крик птиц ровным фоном заполняли воздух. Внезапно Йоранд услышал новый звук.

Это был женский смех. По воде плыл серебристый перезвон, так знакомый Йоранду.

«Мойра!» — понял он.

Вдали появились очертания неуклюжего ирландского судна с поднятыми парусами. В лунном свете было видно, как белела ткань парусов, вздымавшихся под свежим бризом.

«Они все равно поплыли!» — подумал Йоранд, проклиная упрямство ирландцев, пославших беззащитных женщин навстречу опасности.

Затем он услышал другой голос — более низкий, но такой же музыкальный. Слов разобрать было нельзя. Внезапно Йоранд узнал голос Бренны.

Нормандец почувствовал приступ паники. «Что она делает здесь? Она должна быть сейчас у своего отца», — подумал он.

— Шевелитесь, шевелитесь, — проревел Торкилл. — Не заставим ждать ирландских дев.

От такого поворота событий голова Йоранда даже закружилась. Он схватился за весло, гадая, как спасти Бренну.

Двенадцать весел поднялись в унисон и разрезали темные волны, направляя пиратский корабль на беззащитный ирландский парусник; Торкилл управлял широким парусом, и ветер подгонял корабль по волнам, подобно тому как хищник при виде добычи ускоряет бег.

— Проклятие, шевелитесь быстрее, — ревел Торкилл.

До них донесся пронзительный крик женщины. Йоранд не знал, была ли это Бренна, но понимал, что ее надо спасать. Монахи, как назло, вяло возились у паруса, словно хотели, чтобы нормандцы побыстрее догнали их.

Рядом с Йорандом на весло налегал Колгрим, хрюкая с каждым усилием. Йоранд видел, насколько решительно был настроен старый капитан.

Обернувшись, назад через плечо, Йоранд мельком увидел Бренну, стоявшую на носу судна. В ее руке что-то блестело. «Кинжал», — догадался Йоранд. За Бренной стояла Мойра. Йоранд поймал себя на мысли, что Бренна все так же защищает Мойру, как тогда, когда они встретились в первый раз.

Неожиданно для себя Йоранд улыбнулся. «Положитесь на меня, Бренна», — мысленно сказал ей он.

Корабли поравнялись бортами, и Торкилл бросил абордажный крюк. Зловещий крюк зацепил борт ирландского судна и потащил его, как пойманного кита. По грозной команде Торкилла гребцы бросили весла, готовясь идти на абордаж.

Йоранд осмотрелся, пытаясь оценить ситуацию. Оставалось лишь несколько рук.[11]Йоранд знал, что стоит им еще чуть приблизиться, как он перепрыгнет через волны и бросится к Бренне и Мойре, чтобы защитить их.

«До чего же упрямы эти ирландцы!» — подумал Йоранд о Фергусе из Улада, пославшем женщин на этом корабле даже после его предупреждения. Сейчас Йоранд не мог сделать ничего, чтобы помочь набожным девам, поднявшимся на борт корабля. Однако за Бренну и ее сестру он был готов отдать жизнь.

Внезапно закутанные девы сбросили плащи, и Йоранд увидел лучников со стрелами наготове. Стрелы загудели вокруг нормандцев, Йоранд ощутил глухой удар в бок. Он попытался пошевелить рукой, но почувствовал, как острие разрывает тело. Пущенная почти в упор стрела пробила руку и немного вошла в бок.

— Нет! — услышал он крик Бренны. — Только не его. Вы же обещали его не трогать.

Жуткий крик вырвался из горла Колгрима, стоявшего рядом с Йорандом, и тут же на той стороне кто-то упал в воду. Очевидно, Колгрим уцелел после первого града стрел и успел послать стрелу до того, как ирландцы стали готовиться ко второму разу.