Падший ангел - Джейн Киддер

– Да, знаю. И могу вас заверить, что ничего подобного у меня и в мыслях нет. Колин – мой сын, и я просто хочу заботиться о нем, вот и все, Я мечтаю, чтобы мы с Элис растили его вместе, и вовсе не намерен разлучать ребенка с родной матерью.

Линн покосилась на Реда, удивляясь тому, что капитан Уэллесли так откровенно говорит при нем о своих делах. Натан поймал этот взгляд миссис Поттер.

– Ред все знает, – пояснил капитан, отвечая на ее невысказанный вопрос.

Линн помолчала, собираясь с силами, чтобы заговорить о самом главном. В зависимости от того, что скажет ей Натан, она решит, сообщать ему о местонахождении Элис или нет. И вот, набрав в грудь побольше воздуха, женщина спросила:

– Вы любите Элис, капитан?

– Она – мать моего ребенка, – быстро ответил Натан.

– Но вы ее любите?

– Да, – ответил Натан, с вызовом глядя на Линн. – Да, я люблю ее, миссис Поттер. У нас с ней все очень непросто, она почему-то считает меня своим врагом, и я не знаю, будем ли мы когда-нибудь вместе. Но, несмотря ни на что, я люблю ее.

– Хорошо, – кивнула Линн. – Она направляется в Даллас.

– И где она собирается там остановиться?

– А вот этого я не знаю. Она мне сказала, что у нее в Далласе есть тетушка, вот к ней Элис и хотела поехать.

– Как зовут тетушку?

– Она мне не сказала.

– Немного для начала, – вздохнул Натан. – А раньше вы ничего не слышали об этой даме?

– Увы, нет, – покачала головой Линн. – Правда, сегодня Элис сказала, что имя ее тети – Нелли и что она – сестра ее матери.

– Сестра ее матери, – повторил Ред. – А ты случайно не знаешь девичью фамилию матери Элис?

– Подожди, дай подумать, – сказала Линн, закрыв глаза и покусывая губу. – Римз. Точно, мать Элис звали Лу Римз.

– А вы не слышали, была ли ее сестра замужем? – спросил Натан.

Линн снова покачала головой.

– А где в Далласе она может жить? Ну хоть приблизительно?

– Даже не представляю, – грустно ответила Линн. – Простите, но Элис о ней почти ничего не говорила.

– Ну что ж, – вздохнул Натан. – Будем искать тетушку… А может, мне еще удастся нагнать Элис перед самым Далласом. Гораздо легче перехватить ее по дороге, чем обшаривать весь город. В котором часу она уехала?

– Около пяти.

Натан глянул на настенные часы с кукушкой и присвистнул:

– Черт, почти шесть часов назад!

– Да; – кивнула Линн. – Она надеялась добраться до тети до обеда.

Натан в отчаянии стиснул зубы.

– Нет, мне ее уже не догнать! – с горечью произнес он. – Слишком поздно я выезжаю. Придется ехать в город и искать ее там.

Молодой человек взял, свои перчатки и пошел к двери.

– Ред, пригляди за фермой, ладно? – сказал он уже с порога. – Или, если будешь сильно занят, попроси Уилла. Я не знаю, сколько времени пробуду в Далласе, но, как только приеду туда, сразу дам тебе телеграмму и сообщу, где остановился. Да, Ред, пока ты не вернулся в Биксби, сделай для меня еще кое-что. Сделаешь?

– Конечно, капитан, а что надо сделать?

– Съезди на ферму Элис и подои эту проклятую корову.

Ред ошалело уставился на своего капитана, но, прежде чем сообразил, что ответить, Натан уже исчез.

* * *

Стояла страшная жара. Все собаки попрятались в тень и лежали там, высунув языки. Цветы поникли. Дети капризничали.

– Не плачь, Колин, – уговаривала Элис сына, ероша его светлые влажные волосики. – Я знаю, что тебе жарко, маленький мой, но потерпи, пожалуйста. Мы сейчас отдохнем в тенечке, вот только доберемся до тех деревьев.

Элис попыталась определить время, поглядев сквозь ресницы на палящее солнце. Должно быть, десять, а то и одиннадцать часов, судя по тому, как высоко стоял в небе огненный шар.

– Город, наверное, уже совсем рядом, – сказала Элис.

Она напряженно всматривалась из-под руки в даль, надеясь заметить хоть какие-нибудь домишки, амбары или сараи. Это означало бы, что Даллас уже и впрямь недалеко. Но, к сожалению, Элис не видела ничего, кроме туч пыли, повисших в знойном мареве над дорогой. Эта поездка, казалось, никогда не кончится. Элис часто, слишком часто, останавливалась передохнуть. К ее большому облегчению, почти никто не попадался им с Колином навстречу. И все же, заслышав скрип колес или цокот копыт, Элис на всякий случай спешила свернуть с дороги и укрыться в ближайших кустах. Газеты постоянно писали о бандитах, нападающих на путников, и хотя среди бела дня разбойники вряд ли стали бы набрасываться на бедную женщину с маленьким ребенком, Элис все-таки решила не рисковать.

У Чили, кобылы, которую одолжила ей Линн, действительно был скверный норов. Она все время пыталась замедлить шаг, сорвать листик с куста или пожевать травку. А когда Элис понукала лошадь, та возмущенно фыркала. Элис была так измучена, что чувствовала: надолго ее не хватит. Бессонная ночь, чудовищная дневная жара, хнычущий ребенок, да еще эта несносная кобыла – все это вымотало Элис настолько, что она с трудом держалась в седле. Добравшись до маленькой ореховой рощицы, Элис с облегчением спешилась и привязала Чили к толстой ветке. Потом полезла в ранец, достала флягу с водой – и оцепенела от ужаса. Фляга была почти пуста. Элис провела рукой по дну ранца и застонала, обнаружив, что ранец внутри весь мокрый. Проклятая фляга протекала! И воды в ней осталось на один глоток. Женщина обреченно вздохнула, вытащила из ранца чистую пеленку и вылила на нее остатки воды. Влажную пеленку Элис отдала Колину, и он принялся жадно сосать уголок смоченной тряпочки.

Элис же расстегнула три верхние пуговицы на платье, вылила последние капли из фляги себе на ладонь и попыталась протереть грудь и шею. Потом опустилась на траву, посадила Колина на колени и без сил привалилась к дереву. Глаза у нее слипались, но она заставляла себя держать их открытыми, зная, что засыпать ей нельзя.

– Вставай, – приказала она себе. – Сидя здесь под деревом, ты никогда не доберешься до Далласа.

Все силы у нее ушли на то, чтобы подняться на ноги и посадить Колина в заплечный мешок. Она швырнула пустую флягу в ранец, отвязала Чили и попыталась сесть в седло. То, что случилось дальше, было похоже на кошмарный сон. Элис смутно помнила, как вдела ногу в стремя – и тут ей показалось, что голова у нее взорвалась и разлетелась на куски. Все тело захлестнула адская боль. Элис почувствовала, что куда-то падает, а в следующий миг что-то твердое и острое вонзилось ей в плечо. Потом все погрузилось во тьму.

Когда она наконец открыла глаза, то поняла, что лежит на спине, нога неестественно вывернута, а в грудь отчаянно колотит кулачками Колин, истошно вопя матери прямо в ухо. Нечеловеческим усилием Элис заставила себя сесть, озираясь в поисках лошади. Но той и след простыл. Постанывая, женщина положила руку на затылок и закрыла глаза, борясь с головокружением. Она боялась опять потерять сознание. Элис осторожно потерла голову, потом ощупала плечо. Платье было разорвано, а по руке струилась кровь.