На все времена - Джуд Деверо

Казалось, церемонией все на острове были довольны, кроме разве что Лавинии, которая все еще боялась, что Гаррет обманет ее и уйдет в море, поэтому то и дело бормотала: «Я в это поверю, только когда увижу».

Как только все вернулись в Кингсли-Хаус, вторую пару новобрачных разделили. Провозглашались тосты за молодых, приглашали Тоби танцевать, а вокруг Гаррета собрались девушки и принялись отпускать шуточки по поводу предстоящей ночи. В какой-то момент ему удалось вырваться, и он отправился к длинному столу за кружкой домашнего пива. Рядом с ним остановилась Валентина.

– Я очень рада, что вы спасли Табби. Она была готова принести себя в жертву, но это был бы несчастливый брак.

– Согласен, – кивнул Грейдон, глядя на нее.

Валентина выглядела в точности так же, как Виктория, только намного моложе. Грейдон мог понять, почему капитан Калеб принял ее за женщину легкого поведения: красивая, с потрясающей фигурой и явно без комплексов, судя по смелому декольте платья. И если его расчет времени верен, она единственная, кто знает, что капитан Калеб заперт в мансарде без одежды.

– Вы, часом, не знаете, что случилось с моим братом Калебом? – спросил он.

Валентина отвела взгляд и покраснела.

– Боюсь, меня ему не представили.

– Я просто подумал, что после долгого плавания ему должно быть приятно побыть некоторое время одному, все взвесить и вспомнить, что он больше не главный над мужчинами.

Валентина посмотрела на него широко раскрытыми глазами, словно пыталась прикинуть, много ли он знает.

– Что бы вы ни делали, не сдавайтесь. Покажите, что стоите больше, чем все моря, вместе взятые, – тихо посоветовал Грейдон.

Валентина молча смотрела на него, будто лишившись дара речи. Поставив пустую кружку на стол, он протиснулся к Тоби, взял за руку и оттащил от коротышки, который явно годился ей в дедушки.

Гости выстроились в два ряда, готовясь к какому-то сложному танцу. Заиграла быстрая энергичная музыка. Тоби отстранилась и собралась было встать в ряд с женщинами, но Грейдон не отпустил ее руку, привлек к себе и закружил в вальсе – танце, который появится в США еще очень не скоро. Все перестали танцевать и уставились на жениха и невесту, двигавшихся неприлично близко друг к другу. Музыка стихла, но потом оркестр попытался подобрать мелодию, которая подходила бы под движения молодой пары. Другие гости отступили подальше, предоставляя молодоженам свободное место для танца.

Грейдон и Тоби танцевали так же, как незадолго до этого – на званом обеде, только теперь казалось, что с тех пор прошло очень много времени: целая жизнь или столетия. Тоби было так приятно чувствовать себя в его объятиях, что, закрыв глаза, она полностью отдалась во власть ощущений.

Музыка смолкла, и они с неохотой разомкнули объятия. Грейдон поклонился Тоби, она сделала реверанс. Они огляделись вокруг и только сейчас поняли, как шокированы гости. Но это продлилось недолго: островитяне были достаточно искушенными, в их домах хранилось множество диковинок из разных уголков земли, привезенных из путешествий, так что их мало чем можно удивить. Всеобщее оцепенение нарушила Валентина, первой зааплодировав, и остальные к ней присоединились.

Грейдон взял Тоби за руку и направился к выходу. Они провели достаточно времени в шумном обществе, и теперь он хотел остаться с Тоби наедине. Как только они оказались на улице, Грейдон остановился и вдохнул полной грудью. «Куда дальше?»

– Мне сказали, что дом «В море никогда» на сегодняшнюю ночь освободили. Для нас, – будто услышав его мысли, неуверенно проговорила Тоби. – Но я не знаю, правильно ли будет, если мы воспользуемся им сегодня… Как ты думаешь? Все-таки эта ночь не совсем наша.

Тоби посмотрела на Грейдона: на его лице ясно читалось: «Ты шутишь?» – и рассмеялась. Они взялись за руки и пошли к дому. И как это уже стало привычным, как, казалось, бывало всегда: дверь оказалась открытой.

Прежде чем войти, Тоби заметила:

– Вполне возможно, что, как только мы войдем, сразу окажемся снова дома. Может, нам не стоит…

Вместо ответа Грейдон подхватил ее на руки и перенес через порог. Несколько мгновений он стоял неподвижно. В двадцать первом веке дом был почти пуст и выглядел старым и давно нежилым, но этот казался гораздо новее и лучше приспособленным для потребностей большой семьи. В прихожей хоть и было темновато, но обои в цветочек, мебель и деревянные детские игрушки на полу разглядеть можно.

– Давай, Гаррет, – поддразнила Тоби, – отнеси меня в кровать.

Грейдон рассмеялся и быстро потащил ее по лестнице наверх. На втором этаже для них приготовили спальню, смежную с маленькой библиотекой. Здесь горели свечи и повсюду стояли цветы.

Он поставил Тоби на ноги. Она, конечно, не могла не заглянуть в библиотеку. В окно светила луна, и было видно, что комната выглядит именно так, как она себе и представляла, и полки заставлены книгами в кожаных переплетах. Грейдон подошел и остановился у нее за спиной.

– Хочешь, спрячем все книги под половыми досками, а лет через двести достанем?

– Они не сохранятся. Влажность, пыль, мыши… Нет, мы ничего не будем прятать. – Она повернулась и посмотрела ему в глаза. – Я не знаю, сколько у нас времени до того, как все это закончится, но здесь и сейчас я хочу, чтобы мы были вместе. Здесь мы не принц и простолюдинка, не…

Грейдон приложил палец к ее губам.

– Никогда не говори так.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Да, знаю. – Он погладил ее висок и отвел волосы назад. – Ты уверена?

Она обняла его за шею и поцеловала.

– Совершенно уверена.

Несколько мгновений он вглядывался в ее глаза – казалось, будто пытался заручиться ее поощрением, – потом нежно поцеловал в щеку, провел ладонью по платью на плече и немного сдвинул его вниз. Он был очень, очень нежен.

Тоби нравились его поцелуи, нравилось быть так близко к нему, но чего-то не хватало. Куда девался мужчина, который выступил против Лавинии? Где тот мужчина, который швырял ее из стороны в сторону на боксерских тренировках? Куда девалась страсть?

Впрочем, Тоби знала ответ на свои вопросы и не спрашивая. Все дело в ее проклятой девственности, за которую она так долго держалась. Она уже не раз пожалела, что не лишилась невинности в ночь после выпускного бала, как большинство других девушек. Парень, с которым она тогда встречалась, явно на это рассчитывал, но она не смогла заставить себя сдаться, а позже…

Тоби попятилась и посмотрела на Грейдона. Сейчас перед ней был принц Ланконии Грейдон. Его глаза горели, но он оставался сдержанным, осторожным, вероятно потому, что боялся причинить ей боль. И она поняла, что иногда мужчинам нужно немного помогать. Тоби повернулась к нему спиной, приподняла волосы и спросила довольно официальным тоном: