Дочь регента - Виктория Холт

* * *

После этого всякий раз, когда Шарлотта навещала мать, она заставала там капитана Гессе.

— Стыд и позор, — заявляла Каролина, — что отец и его мать обращаются с Шарлоттой, как с ребенком. Она совсем не развлекается. Ее мама позаботится о том, чтобы Лотти, приезжая сюда, могла поразвлечься.

Вскоре Каролина начала передавать дочери записки от капитана, и Шарлотта, всегда готовая взяться за перо, отвечала ему.

Это романтическое приключение придавало жизни пикантность. Оно вознаграждало ее за монотонность жизни в Ворвик-хаусе, и Шарлотта про себя усмехалась, выслушивая нотации королевы. Пусть с ней обращаются, как с ребенком. Она забавлялась, представляя себе, что бы они сказали, прочитав ее переписку с капитаном Гессе.

Все так упростилось с тех пор, как мама стала их поверенным и устраивала им встречи.

Шарлотта частенько думала, что сказал бы ее отец, узнав о происходящем.

«Ничего, пусть это ему будет наукой, — решила она. — Он мной нисколько не интересуется».

Однако настал день, когда Шарлотта встревожилась. Ее мать всегда вела себя странно, но все же не настолько, как в тот раз...

Явившись в гости к маме, Шарлотта застала в гостиной капитана Гессе. Каролина усадила их обоих на диван очень близко друг от друга и принялась рассуждать о том, как с Шарлоттой обращаются отец и бабушка.

— Они относятся к ней, как к ребенку, mon capitaine[3]. А она не ребенок. И тем не менее ее держат взаперти и говорят: «То нельзя, это нельзя...» Все, что мило и приятно, то нельзя, а все, что скучно, то — пожалуйста, тут только и слышишь, что «да, да, да»! И постоянно у нее. под боком эта старая дура Клиффорд. Разве это не позор, mon capitaine? Однако когда она приезжает в гости к матушке... что случается нечасто, ибо злой отец держит ее вдали от меня... она будет наслаждаться жизнью. Должен же кто-то проявлять доброту по отношению к моей драгоценной Шарлотте!

Капитан заметил, что принцесса Шарлотта наверняка окружена всеобщей любовью.

Принцессу Каролину это страшно позабавило: она откинулась на спинку кресла, и ее короткие ноги, достававшие до пола, только когда она сидела на краешке сиденья, довольно неприлично вскинулись вверх, и показалось грязное кружевное нижнее белье.

Капитан сделал вид, будто не замечает этого, и спросил у Шарлотты, каталась ли она в последнее время верхом. Принцесса Уэльская с лукавым выражением на лице немного послушала их беседу. Потом подошла к окну и какое-то время стояла, водя пальцами по тяжелым шторам.

— Шарлотта, я тут кое-где сменила занавеси. Мне нужен твой совет.

Шарлотта поднялась с кресла, и мать сказала:

— Вы тоже помогите мне, капитан. Ваш совет для меня тоже важен.

Шарлотта удивилась, увидев, что мать привела их в свою спальню.

— Входите, входите! — воскликнула мать. — Ох, уж этот мне озорник Уилли! Он играл с моими румянами. Шалунишка! — Каролина вывела дочь и капитана на середину комнаты и вдруг выскочила за порог, крикнув: — Развлекайтесь!

Они остались одни: дверь захлопнулась, и Шарлотта с некоторым ужасом услышала, как в замке поворачивается ключ.

Капитан впал в гораздо большую панику, чем Шарлотта. Он заперт в спальне с наследницей английского престола! Его могут обвинить в измене! А что если Шарлотта уже оказывалась в подобных обстоятельствах?.. Что если...

При мысли об этом он едва не лишился чувств.

Шарлотта пролепетала:

— Мы... мы должны выбраться отсюда... сей... сейчас же! Капитан кивнул.

Он подскочил к двери и забарабанил в нее.

— Откройте дверь, Ваше Высочество! Прошу вас, немедленно откройте дверь.

Из-за двери донесся смешок Каролины.

«Говорят, что мой отец сумасшедший! — промелькнуло в мозгу Шарлотты. — Но то же можно сказать и о матери. И, пожалуй, это правда».

— Мама! — закричала она. — Я боюсь. Умоляю, откройте дверь.

После небольшой паузы ключ повернулся в замке, и на пороге показалась безудержно смеющаяся принцесса Уэльская.

— Ну, что, дети мои! — воскликнула она. — Могу сказать только одно: вы не воспользовались такой прекрасной возможностью.

— Мне пора уезжать, — сказала Шарлотта.

— Нет, еще не пора. У нас осталось немного времени.

Они вернулись в гостиную Каролины, сели, испытывая огромную неловкость, и очень скоро капитан, пробормотав какие-то отговорки, попросил позволения удалиться. Когда он ушел, Каролина обняла дочь.

— Любовь моя, ты не должна так пугаться. Я бы не оставила тебя там... если бы ты, конечно, сама не захотела остаться. Я хотела вообразить себе, что сказали бы мадам Клиффорд и Старая Бегума, если бы узнали, как ты оказалась запертой в спальне с нашим милым коротышкой-капитаном. О, ты, наверное, считаешь меня дурной. Хотя нет... ты так не думаешь! Ты слишком хорошо знаешь свою бедную мамочку. Она любит Шарлотту больше всех на свете и не может перенести разлуки. Твоя мамочка, Шарлотта, только и мечтает о том, чтобы мы были вместе. Вот, дорогая Шарлотта, послушай, как бьется горячее сердце... сердце, которое хочет вечно дарить любовь. А меня держат вдали от драгоценной дочери. О, малышка Шарлотта, скажи, что ты меня понимаешь!

— Д-да, мама, я понимаю, но, пожалуйста, не пытайтесь больше закрыть меня в комнате с капитаном Гессом... и ни с каким другим мужчиной.

— Хорошо, не буду. Я сделаю это, только если ты, мой ангел, сама пожелаешь. Просто мама таким нелепым образом пыталась показать своей малютке, что она ее любит и хочет дать ей все, чего девочку лишили другие. Скажи, что ты понимаешь. Скажи, что ты любишь маму. Ведь у нее ничего больше нет... только ты, малютка Шарлотта.

— У вас есть Уилли, мама. Он для вас как сын.

— Да, у меня есть Уилли... но он лишь замена моей крошки. Попытайся понять меня, Шарлотта. И не отказывай мне в любви.

— Хорошо, мама, хорошо. Они расплакались.

«Я люблю ее, — сказала себе Шарлотта. — Люблю!»

— Пообещай мне, дорогая, что когда ты станешь хозяйкой своей судьбы, ты не забудешь о бедной мамочке.

— Обещаю, — сказала Шарлотта.

— Тогда, может быть, ждать осталось недолго, а? — В глазах принцессы Уэльской зажглись лукавые огоньки. — А мы тем временем будем досаждать им всеми известными способами, да? .

Шарлотта не ответила.

«Бедная! — подумала она. — Мама так жаждет любви. Я должна попытаться ее понять и помочь ей».

Но на обратном пути в Ворвик-хаус, сидя в карете вместе с леди Клиффорд, принцесса пыталась себе представить, что сказала бы гувернантка, если б узнала о случае в спальне... И содрогнулась от ужаса.