Дочь регента - Виктория Холт

И старушка оказалась права. Он действительно донес.

В результате принц узнал, что леди Клиффорд нервничает и не способна обуздывать порывы принцессы. А кроме того, ему донесли, что Шарлотту постоянно видят в обществе прямолинейной и сильной духом мисс Маргарет Мерсер Элфинстоун, молодой женщины, которая горячо поддерживает вигов и решительно добивается того же от принцессы Шарлотты.

Узнав об этом, принц неожиданно явился в Ворвик-хаус.

Там поднялся переполох. Леди Клиффорд явно тряслась от ужаса; она вбежала в комнату, где Луиза и миссис Гагарина зашивали платье принцессы, и спросила, не знают ли они, почему приехал Его Высочество.

Они были удивлены. Право, леди Клиффорд скорее должна об этом знать, чем они.

— Но неужели принцессе не было известно, что отец должен ее навестить? — изумилась леди Клиффорд.

— Во всяком случае нам она ничего не говорила, — ответила Луиза.

Леди Клиффорд в смятении выбежала из комнаты.

— Боже мой! — пробормотала Луиза. — Боюсь, Ее Светлости и вправду уже не под силу справляться с этими обязанностями.

— Шарлотта ее не уважает, — грустно заметила миссис Гагарина. — Ей пора уходить.

— Но кого она уважает? Я не уверена, что даже мисс Элфинстоун ее устраивает.

— Ты просто ревнуешь, Луиза, — сказала миссис Гагарина. — Пожалуй, нас обеих мучит ревность. Шарлотта для тебя как дочь... и нам не нравится, когда другие завладевают ее вниманием. Надеюсь, мне удастся дожить до замужества принцессы... до счастливого замужества.

— Не говори так! — резко сказала Луиза.

Она не могла себе представить эти комнаты без миссис Гагариной и сердилась на нее, когда та намекала, будто ее конец уже близок. Мысли о каких-либо изменениях были для Луизы невыносимы. Ей хотелось, чтобы Шарлотта вечно оставалась милой маленькой озорницей.

А тем временем принц призвал к себе дочь.

Он посмотрел на нее ледяным взором.

— Я приехал сказать тебе, — начал он, — что ты должна без промедления отбыть в Виндзор.

— В В-виндзор? — пролепетала она, и он нахмурился.

Со сколькими учителями она занималась, а не смогла научиться преодолевать этот нелепый дефект речи! Ах, как это досадно!

— Да, в Виндзор, — повторил он, четко артикулируя каждый слог.

— Я ненавижу В-виндзор!

Она так старалась не заикаться, что повторила название ненавистного дворца. И — запнулась опять!

— Вздор! — сказал принц. — Как можно ненавидеть Виндзор?

Сказав это, он прекрасно понял, почему она ненавидит Виндзор. Он сам всегда его ненавидел.

— Там холодно... сквозняки... и... все такое скучное, старое... — Шарлотта вовремя осеклась. — Я. хочу остаться здесь, — дерзко прибавила она.

— Увы, — холодно возразил принц, — тебе все же придется отправиться в Виндзор. Прошу тебя, не надо детских капризов. Ты уедешь завтра. Кроме того, тебе следует прекратить дружбу с некоей особой. Я говорю о твоей неподобающе тесной дружбе с мисс Элфинстоун.

— С М-мерсер?! — вскричала Шарлотта.

— Я сказал: с мисс Элфинстоун. Ты должна прекратить с ней всяческие сношения.

— Это н-невозможно.

— Шарлотта, прошу тебя, не совершай нелепых поступков. Я надеюсь, ты более не будешь видеться с этой юной особой. До тех пор, пока я не дам тебе разрешения.

— Н-но она моя лучшая подруга!

— Ты слишком взрослая, чтобы совершать такие глупости. Ты приобретаешь известность среди народа. Это означает, что люди следят за каждым твоим шагом. А в таких обстоятельствах не следует заводить сентиментальных дружеских отношений.

— Дружба — очень хорошая вещь. Меня учили ценить дружбу.

— А я полагаю, эта особа пытается управлять тобой. Этого я — да и ты тоже — допустить не можем. Ты больше не будешь с ней встречаться. Тебе понятно?

Шарлотта поколебалась, вызывающе выпятив нижнюю губу.

Потом все же пробормотала:

— Да, папа.

— Вот и прекрасно. Я очень недоволен твоим поведением. Твоя недавняя слезливость меня крайне раздосадовала. Будь любезна впредь вести себя более ответственно. Помни, что ты моя дочь. Ладно, можешь теперь идти. Завтра ты уедешь в Виндзор, и, надеюсь, ты поняла: не смей связываться с мисс Элфинстоун, пока я не дам тебе на это разрешения.

— Да, папа, — кротко ответила Шарлотта.

* * *

«Конечно, — сказала она себе, — конечно, я поняла смысл его слов. Неужели он считает меня идиоткой, которая не понимает английский язык? Я поняла, но я ничего не обещала. Да и потом... если меня заставляют что-то пообещать, все равно обещание, данное в таких обстоятельствах, ни к чему не обязывает».

Желая доказать, что отец ей не указ, Шарлотта схватила листок бумаги, ручку и написала дорогой Мерсер, что завтра уезжает в Виндзор и что «П. Р.» приказал ей прервать всяческие контакты с милой подругой.

«Он считает, что я ему обещала, но это не так. Я никогда не дам подобного обещания, мой самый близкий, самый лучший друг. Я скорее умру, чем откажусь от Вас, и Вы это прекрасно знаете».

Ответом Мерсер стал браслет, на котором были выгравированы их имена.

Получив его, Шарлотта немного всплакнула и сказала, что браслет будет всегда служить ей утешением. А оно было ей в ту пору просто необходимо, поскольку она приехала в Виндзор, где ее постоянно заставляли являться в гостиную королевы, которая обращалась с внучкой с каждым разом все суровее и придиралась даже больше, чем принц. Если же Шарлотте разрешали поехать на прогулку, то лишь в сопровождении одной из Старых Дев.

Господи, что за жизнь! Поездки к матери стали реже, и принцесса Уэльская заволновалась. Она заявляла, что не намерена дольше терпеть это положение, и позволяла себе зловещие намеки: дескать, она скоро что-то предпримет...

Затем миссис Адней принесла Шарлотте записку, которую передала принцесса Каролина. Записка оказалась от капитана Гессе: он собирался приехать в Виндзор и надеялся, что ему представится счастливая возможность повидаться с принцессой Шарлоттой. Шарлотта пришла в восторг и после этого часто потихоньку ускользала от грумов и встречалась с капитаном Гессе в лесу.

Надо постараться сделать свою скучную жизнь в Виндзоре как можно приятнее. Но чем здесь можно заниматься? Только ездить верхом, брать уроки танцев и писать Мерсер о том, как она скучает по ее обществу... Затем приехал Джордж Фицкларенс, и довольная Шарлотта принялась одаривать своими улыбками обоих молодых людей, находя это очень даже забавным.

Тетушки были в шоке.

— Право, Шарлотта, — сказала тетя Мария, которая когда-то была самой хорошенькой из Старых Дев, да и сейчас ею оставалась, хотя и постарела, — ты постоянно флиртуешь.