Цепная реакция - Симона Элькелес

МЕНЬШЕ ЧЕМ ЧЕРЕЗ час после ухода Никки с друзьями я получаю сюрприз — ко мне вваливаются Алекс с Карлосом. Ох, явно уже разлетелись слухи, что я теперь в банде, потому что братья ничуть не удивлены тому, что я весь избит.

— Живо в душ, — командует Алекс. — От тебя несет.

— И не копайся там, — говорит Карлос, хлопая меня по ноге. — Ужин будет готов через сорок пять минут.

Он берет на руки Гренни — все это время бульдожка от меня не отходила.

— Не хочу есть, — упрямлюсь я. — И отдай мне мою собаку.

— Захочешь, когда узнаешь, чтó мы собираемся сделать.

Смотрю на братьев. Наверное, я ожидал, что они накинутся на меня с нравоучениями или будут злиться, но ни Алекс, ни Карлос ничего такого не делают. Они просто… просто торчат в моей комнате.

— У твоей собаки депрессия. Как и у тебя, — возвещает Карлос, опуская Гренни на пол.

Иду в душ и даю горячей воде смыть с кожи засохшую кровь. Увы, ей не под силу стереть тот факт, что я теперь — полноценный член «Мексиканской крови». Или тот факт, что я навсегда оттолкнул Никки — и это приносит гораздо больше боли, чем раны в виде букв МК, что остались на бицепсе от отвертки Чуи.

Я ее потерял. Может, оно и к лучшему. По крайней мере теперь я не буду ее огорчать и разочаровывать. И я не хочу обижать ее еще сильнее, чем уже обидел.

Выхожу из ванной и лицезрею братьев, сидящих за столом на кухне. Они негромко разговаривают, видимо, обсуждая, что теперь со мной делать. Когда я демонстративно прохожу мимо, Алекс с Карлосом столь же демонстративно собирают тарелки и идут следом за мной. У меня в комнате они усаживаются прямо на пол, прислонившись спинами к стене, и продолжают есть как ни в чем не бывало. От запаха мяса со специями рот наполняется слюной, но я не хочу сейчас смотреть в глаза братьям… или ужинать с ними.

— Что вы делаете? — спрашиваю я.

Алекс с Карлосом переглядываются и пожимают плечами.

— Едим, братец, — отвечает Алекс. — Неужели это похоже на что-то еще?

Указываю на дверь.

— Вообще-то у нас есть кухня. Идите есть туда.

— Мне и тут нормально, — говорит Карлос. — А тебе, Алекс?

Старший брат накалывает полную вилку carne guisada^[71] — они оба знают, что я его просто обожаю.

— Мне тоже все зашибись, — говорит он с набитым ртом. Долго сосредоточенно жует и нарочно стонет от удовольствия. Вот паршивец!

Поужинав, Карлос вытаскивает запасной матрац и растягивается прямо на полу у меня в комнате.

— Ты же вроде собирался ночевать в гостинице вместе с Киарой? — спрашиваю я.

— Не сегодня. И не завтра. Из-за тебя все планы коту под хвост, представляешь?

— А я-то при чем? — возмущаюсь я. — Вали к себе в отель. Ты мне тут не нужен.

Когда мне приспичивает в туалет и я заставляю свои ноющие кости двинуться в ванную, то с удивлением вижу дрыхнущего на диване в гостиной Алекса.

— Иди домой, тебя жена с ребенком ждут. — Я начинаю злиться.

— Извини, но я останусь тут на недельку. С Брит и Пако побудет mi’amá. Это на тот случай, если тебе интересно.

— Не хватало еще, чтобы вы с Карлосом нянчились со мной, как с маленьким. Я в порядке, — злюсь я.

Точнее, буду в порядке, когда сожру горсть «Тайленола». Старший брат окидывает меня изучающим взглядом и фыркает.

— Ну-ну. Ты просто отпадно выглядишь, братец. Шуруй в кровать, пусть тело само себя восстанавливает.

— Ну ладно. И когда же мне ждать лекцию? — Я не настолько туп, чтобы думать, что вот так запросто, без нравоучений, отделаюсь от Алекса с Карлосом.

— Лекцию? Я не собираюсь читать тебе никаких лекций, — удивляется Алекс.

— Угу, я тоже, — кивает Карлос.

— Но вы же понимаете, что я в банде, да? — Я спрашиваю, просто чтобы убедиться, что мы все на одной волне. — Это на меня не в темном переулке напали, это я сам завербовался в «Мексиканскую кровь».

— Спасибо, кэп, — скучающим тоном говорит Карлос.

Алекс берет пульт и включает телек. Они усердно делают вид, что их нимало не заботят мои отношения с бандой, но я-то не идиот. Братья играют со мной. Но зачем?

— То есть вам нормально, и все зашибись? — передразниваю я.

— Ну, настолько серьезные заявления я бы делать не стал, — отвечает Алекс. — Но тебя мы точно поняли.

— И даже дадим тебе время добровольно из нее выйти, — добавляет Карлос.

Ковыляю к себе в комнату, держась за отбитые ребра.