После похищения - Сабрина Джеффрис

– Возможно, это не такая уж плохая идея, – пробормотал Себастьян себе под нос.

– Хорошо. Полагаю, я могу дать ему шанс, – сказал Грифф.

– Обещаю, что оправдаю доверие. – Себастьян ухмыльнулся и снова взглянул на Джульет.

– Надеюсь, что оправдаете, – пробурчал Найтон. – А теперь.. Теперь давайте найдем для разговора место потеплее.

Все охотно согласились.

– Если вы последуете за моим экипажем ко мне домой, – сказал Себастьян, – я был бы счастлив угостить вас завтраком. Видит Бог, моим слугам пора привыкать к гостям. – Он посмотрел на Джульет. – Похоже, мне придется часто принимать посетителей. Доктор с секундантом Найтона отказались от завтрака, но все остальные одобрили план Себастьяна. Когда они шли к каретам, Грифф сухо сказал:

– Монтфорт будет разочарован, когда узнает, что мы оба вернулись живые.

– Полагаю, он ездил на Лестер-Филдз, – заметил Себастьян. – Хотелось бы взглянуть на него в ближайшие дни.

– А мне – нет, – тихо сказала Джульет. – Никогда больше не хочу видеть этого человека. – Себастьян ласково улыбнулся ей, и она шепотом добавила: – Слава Богу, что все волнения закончились.

Но она ошиблась. Едва они переступили порог лондонского особняка Себастьяна, как к ним бросился взволнованный пожилой джентльмен, в котором Джульет тотчас же узнала дядю Лу.

– Господи, где вы были в такой час?! – воскликнул мистер Прайс. Заметив Гриффа с Розалиндой, дядюшка пробормотал: – А что они здесь делают?

– Я как раз собирался спросить, что вы здесь делаете, дядя Лу, – ответил Себастьян. – Вы ведь должны ждать Моргана в Шропшире.

Мистер Прайс в смущении заморгал.

– Э... Морган здесь. Я привез его. Мы скакали три дня, чтобы добраться сюда. И я рассказал ему обо всех твоих глупостях. – Дядя покосился на гостей. – Теперь ведь все знают правду?

– Да, знают, – кивнул Себастьян. – Так где же сейчас этот негодяй?

– В гостиной. С этим проклятым Монтфортом.

Себастьян тотчас же направился в гостиную. Джульетт поспешила за ним, а несколько секунд спустя за ней последовал мистер Прайс.

– Герцог ворвался пять минут назад вместе со своими друзьями, – пояснил дядя. – Он заявил, что хочет увидеть тебя, и болтает о какой-то дуэли. Я как раз вышел в поисках слуг, чтобы они выдворили их отсюда, когда появились вы.

Они приблизились к открытой двери и услышали голоса.

– Поверь же, – говорил Монтфорт, – я прекрасно слышал, как вы с Найтоном вчера договаривались о дуэли. Но какого черта ты говоришь с таким ужасным акцентом, Темплмор?

– Потому что я не Темплмор. Я все время повторяю вам, что я его...

– Брат, – закончил за него Себастьян, входя в гостиную. – Доброе утро, Монтфорт. Что привело тебя сюда?

С Монтфортом были пятеро его друзей, и герцог, увидев Гриффа, вошедшего вслед за Себастьяном, прокричал:

– Вот видите?! Темплмор, а теперь и Найтон! Я же говорил вам, они стрелялись на дуэли!

Грифф посмотрел на Себастьяна в полном недоумении.

– Темплмор, о чем он говорит? Вы знаете что-нибудь о дуэли?

Себастьян пожал плечами.

– Понятия не имею. Даже представить не могу, что на него нашло.

Монтфорт нахмурился. Бросив взгляд на своих ухмыляющихся дружков, спросил:

– Тогда почему же вы двое появились здесь так рано, сразу после рассвета?..

– Появились с моей женой и с моей свояченицей, – заметил Грифф. – Право же, Монтфорт, неужели вы думаете, что я позволил бы моим женщинам присутствовать на дуэли? Мы были в моем доме все время после того, как уехали от леди Брамли. Вчера вечером лорд Темплмор сделал предложение сестре моей жены, и мы праздновали помолвку.

Себастьян, поддерживая эту версию, обнял Джульет за алию.

– Совершенно верно. А потом я пригласил их сюда на завтрак. Я бы пригласил остаться и тебя, старина, но это... в общем, дело семейное. Ты же понимаешь.

Монтфорт густо покраснел, а его друзья по-прежнему ухмылялись и переглядывались. Наконец один из них положил руку на плечо герцога.

– Что ж, приятель, поехали домой. Разве ты не видишь, что ошибся?

– Я не ошибся! – запротестовал Монтфорт. – Я знаю, что слышал, черт возьми!

– Сначала все эти невероятные рассказы о тайном побеге леди Джульет, – проворчал кто-то из молодых людей, подталкивая Монтфорта к двери. – Потом какая-то безумная история о похищении ее Темплмором. А теперь – эта дуэль, которую ты выдумал, чтобы вытащить нас всех из постели...

– Но это правда! Правда, говорю вам! – закричал Монтфорт, когда двое друзей взяли его под руки и вывели из гостиной. Он все еще кричал, когда его тащили к парадной двери.

– Это было очень забавно. – Розалинда улыбнулась. – Не думаю, что теперь кто-то будет слушать его.

Джульет весело смеялась и никак не могла остановиться.

– Да, верно!.. – выдохнула она. – Себастьян, вы самый изобретательный человек на свете.

– Что не предвещает вам, Джульет, ничего хорошего, – вставил Грифф.

– Перестаньте, Найтон. Вы же первый начали, – возразил Себастьян. – Вы нашли прекрасный ответ.

– Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – заговорил Морган, сидевший на диване.

Теперь Джульет наконец-то могла рассмотреть Моргана Прайса, человека, который невольно стал причиной всех ее бед. Просто удивительно, как он походил на Себастьяна – те же черные глаза, тот же подбородок, те же чувственные губы... Если бы его волосы не были несколько длиннее, а наряд не казался таким небрежным, она могла бы поклясться, что это Себастьян Блейкли.

Но потом, всматриваясь в его лицо, она вдруг поняла, что у Моргана совсем другая улыбка – в его улыбке был цинизм, совершенно не свойственный Себастьяну.

Перехватив ее взгляд, Морган отвесил поклон.

– Мадемуазель, могу я предположить, что вы именно та очаровательная jeune fille[9], которую обидел мой глупый братец? – По-английски Морган говорил с заметным акцентом, а вот его французский был безупречен.

– Ты почти угадал, – сказал Себастьян с некоторым раздражением. – Морган, это леди Джульет, моя невеста. Джульет, а это мой беспутный братец.

Морган подошел к Джульет и поцеловал ее руку.

– Enchante[10], мадемуазель.

Она невольно рассмеялась. Себастьян же в притворном гневе прорычал:

– Этого достаточно, мошенник! После всего, что ты сотворил, ты не имеешь права даже говорить с ней.