Сталь и шелк. Акт второй - Алиса Рудницкая

по заслугам. Схватить меня, затащить в подвал, сломать ногу, держать, как беспомощную куклу, клеймо на щеку поставить и обещать с безумным видом много-много боли – его решение. И потерянный глаз – последствия только его решений, а не того, что тебе захотелась нам двоим типа как помочь, плюя на цену и этику... – я перевела дыхание. – Но лучше, конечно, ты так больше не делай. Лучше поднатужься и в следующий раз наставляй друзей на путь истинный как-то более... прямолинейно. Простым и мудрым разговором там. Не смотри на тех, кто тебе правда дорог, как на кукол, с которыми можно развлечься.

Эйнар лишь неверяще покачал головой, смотрел на меня так пристально, будто не в силах понять и поверить.

– Ты так просто готова закрыть глаза на то, что из-за меня ты постра...

– Не из-за тебя. Сколько раз повторять... Да и... план твой в принципе сработал  –   магия моя вернулась и я стала сильнее, и если тебе так хочется быть к этому причастным, – я обреченно вздохнула, – да ради бога. Только не строй из себя скрытого управленца всем и вся.

Эйнар вдруг мягко рассмеялся, и я почувствовала такую нежность – его нежность, благодарность ко мне  –  что испугалась.

– Прекрати... – я выдавила из себя и сама отпустила его руку. Камень с тихим стуком ударился о стол.

– Прости, – Эйнар ласково улыбнулся, задумчиво полюбовался отпечатками моих пальцев на своей ладони. – Это не то, что я могу контролировать... То есть могу, но сейчас было сложно удержаться... Спасибо, Абигейл.

От чужого имени я чуть не вздрогнула. Стало гадко – он ведь не видит меня, и не сможет увидеть и понять до конца. Он раскрыл передо мной душу – но я не могу, не имею права поделиться нашей общей с Эби тайной. Слишком опасно.

– Я, конечно, не считаю что ты права, – о том, что недавно Эйнара колотило от потока искренности, говорила лишь бледность на щеках и блеск в глазах. Как же он все-таки умеет держать лицо...

Я тоже умею. Ведь была на вид почти спокойна, когда на самом деле хотелось свернуться калачиком и зареветь.

– Может ты и сама не считаешь, что была сейчас права, а решила купить меня потрохами своим пониманием... И знай – у тебя это получилось. Но я ведь не изменюсь, чтобы не чувствовал...

– Потому, что тебе слишком нравится считать, что в твоих руках – незримая власть над  чужими душами. Властелин за маской шута, – пафосно сказала я и понимающе усмехнулась. Мы оба фыркнули – но шутка словно полоснула ножом по сердцу. Ну вот, я теперь много о богатом внутреннем мире Эйнара знаю, но легче не стало – стало сложней. Мне бы его ненавидеть – я ведь не переношу, когда кто-то лишает меня свободы... Но он и не лишал… это совсем другое дело.

Мне так хотелось безрассудно рассказать ему о настоящих причинах моего изменения в ту неделю, но я спросила другое:

– Юз ты тоже.. подтолкнул? Чтобы сделать меня лучше – ответственней там и хитрее.

– Разумеется, – Эйнар гордо задрал подбородок, но вдруг передумал паясничать.  Наклонился ко мне вплотную, жадно вглядываясь в лицо, так, что я на миг подумала, будто он хочет меня поцеловать... но он всего лишь сказал:

– Я ненавижу магические клятвы и бесят меня те, кто ими разбрасываются – все слишком изменчиво, и то, что должно было спасать, в следующую секунду уже может погубить. Я могу только пообещать не играть с тобой. Никаких тайных направлений и манипуляций... – он куснул свой пирсинг на губе. – Разве что в крайнем случае... самом-самом крайнем случае.

Я умилилась, не удержалась – и разрушила его небрежный пучок, провела рукой по волосам – мягкие. Эйнар блаженно зажмурился – кажется, у кого-то голова – чувствительная  зона.

Я глажу, как любимого песика, убийцу, манипулятора и первоклассного лицемера. Я знаю, сколько расчетливости и отстраненного любопытства в его искренности и шутливой нежности. Что он делает все, чтобы я делала то, что хочется ему. Но знаю  –    он добр. Добрее многих. Он предан друзьям и не приемлет убийство – ведь сам знает, что это такое... Эйнар почти хороший. Он, прохвост, нравится мне.

Просто у каждого свои недостатки.

– Не стоит давать обещания, которые не можешь выполнить. Расслабься. Я теперь тоже знаю правила твоей игры. Будет только веселей… А пока  –   давай закончим работу и разойдемся. Эти откровения еще нужно пережить и осознать нам обоим.

Глава 32 . Абигейл

В старое общежитие я пошла не сразу – решила подождать. На это имелась одна серьезная причина – мне перестал сниться опостылевший сон про каморку для метел. На его место пришли другие сны, гораздо более интересные. Будто сосуд с памятью Малума был продырявлен нашим походом “на темную сторону”, дал течь. К концу недели чувство у меня было такое, будто я смотрю интересную театральную пьесу, в которой злодей-постановщик зачем-то перемешал сцены.

Малум в этих снах представал передо мной во всей красе – амбициозным, умным, крепко дружащим с Вениром парнем и бегающим за Радой. За нашей Радой Тарвиус – грозным ректором академии Альянса. Как же она отличалась от себя нынешней! И не только внешностью – еще бы не постареть за столько лет. Нет. Ее характер тоже кардинально изменился. В те времена она была… пожалуй, я могла бы назвать это кокетливостью. Простая девушка вроде меня или Яны, еще не обремененная багажом мудрости. Что до Малума – из кусочков его жизни я и сложила о нем свое мнение.

Демон, которого ненавидят просто за то, что он демон.

И ладно бы они его просто сторонились, как нас с Кальце… нет. Его били. Над ним издевались. Правда, Малуму надо отдать должное – несчастной жертвой он себя не чувствовал. Его мучители вызывали у него одно лишь презрение. Мужественно, не теряя самоуважения, демон терпел эти издевательства, не отвечая на них и не давая повода сказать, что он – чудовище, которого стоит бояться. Меня это даже немного восхитило. Он, как и Кальц, даже будучи облитым грязью с головы до ног выглядел и чувствовал себя победителем. К тому же за него горой стоял Венир и преподаватели.

Чего я действительно не понимала – это тупой, ничем не подкрепленной ненависти людей. Не