Очаровательная сумасбродка - Эллисон Чейз

Возвращаясь в конюшню, Колин думал о том, как ему удастся скрывать охватившую его панику во время долгого путешествия в Мастерфилд-Парк. Судя по тому, как Джошуа описал симптомы болезни, поразившей лошадей, их отравили.

Потом он услышал, как Холли бежит следом за ним по гальке, которой был усыпан конюшенный двор.

— Возможно, это всего лишь тяжелые колики — такое бывает. Наверняка мистер Питерсон дает им больше воды и выгуливает их. Возможно, он также дал им немного вазелинового масла…

Колин резко повернулся к ней, его страх превратился в гнев.

— Ты хочешь сказать, что колики внезапно поразили весь табун? Это не просто боль в животе, все дело в испорченном корме. Это или яд, или, возможно, паразиты. А если дело в этом, то ни прогулки, ни вазелиновое масло не помогут.

Раздосадованная его резким тоном, Холли отступила на шаг назад. Но не опустила голову, не отвела глаза.

— Я еду с тобой, — заявила она.

От этих ее слов Колин испытал огромное облегчение, словно одно ее присутствие рядом с ним поможет вылечить лошадей от любой болезни. Ему хотелось быть рядом с ней, обнимать ее, пустить в свой мир ее искреннюю веру и безоговорочную отвагу. Но все это только слова. Она не может ему помочь; а он может лишь увлечь ее за собой в болотную трясину.

— Нет, — решительно сказал Колин. — Я хочу, чтобы ты осталась здесь, с бабушкой, как мы договорились.

— Я согласилась лишь на то, что ты уедешь искать жеребца, — возразила Холли. — Но теперь, когда ты возвращаешься в Мастерфилд-Парк, я не вижу причин не поехать с тобой, чтобы вернуться к сестрам. Я могу быть нужна Айви, к тому же, возможно… я помогу тебе с лечением лошадей.

Опять пустые надежды. Колин рассердился еще больше.

— Ты что, ветеринар?

Решимость на ее лице погасла.

— Нет, но я…

— Тогда ты не сможешь помочь! — отрезал Колин.

Холли оглянулась через плечо на приближающийся портшез. Бабушка Колина взмахом руки показала лакеям, чтобы они быстрее шли в конюшенный двор. Пока она не могла услышать ее слова, Холли прошептала:

— Ты забыл про королеву? Мне уже пора отчитаться перед ее величеством. Она имеет право знать, что ее жеребца не могут найти.

— Ты собираешься сказать ей правду?

— Нет, — помолчав, ответила Холли, и он смог вдохнуть полной грудью, словно только что родился и это был его первый вдох.

Громадное облегчение охватило его, напряжение стало уходить, плечи расслабились, легкая тошнота прошла.

— Спасибо. — Он увидел, что лакеи уже вносят портшез через ворота, ведущие в конюшню. — Но что ты скажешь ее величеству? — быстро спросил он. — Я не хочу, чтобы ты лгала ради меня. Если дело дойдет до этого…

— Ничего другого не остается, — перебила его шепотом Холли. — Я солгу ради тебя, но не только ради тебя — я защищу жеребца. Если ты когда-нибудь найдешь Гордость Принца, ты должен вернуть его в табун. Теперь я тоже это понимаю.

— Господи…

Колин почувствовал резкую боль в груди.

— И я поеду с тобой, — беспрекословным тоном заявила Холли.

Может ли он признаться ей, что этого ему хочется больше всего на свете? С другой стороны, как он выдержит дорогу до Мастерфилд-Парка, если она будет сидеть рядом? Он уже скомпрометировал ее. Неужели он окончательно превратится в шантажиста и продолжит делать это, зная, что не сможет предложить ей большего? Колин покачал головой.

— Это будет не ленивая трех- или четырехдневная прогулка, — сказал он твердо. — Отдохнуть не придется — я буду гнать лошадей без остановки и останавливаться лишь для того, чтобы сменить их.

В этот момент герцогиня оказалась рядом с ними, она сделала знак лакеям остановить портшез, но не ставить его на землю. В результате ее глаза оказались на одном уровне с глазами Колина.

— Я правильно расслышала: ты хочешь уехать в Мастерфилд-Парк, оставив мисс Сазерленд здесь?

— Я решил, что так будет лучше для ее удобства и твоей безопасности, бабушка. Крестьяне…

— Я сама решу, что лучше для моей безопасности, молодой человек! К вашему сведению, деревенские жители меня ничуть не пугают. Все их слова — пустые угрозы. А что касается мисс Сазерленд, она должна вернуться в Мастерфилд-Парк с тобой.

Презрительно фыркнув, она сложила рука на груди.

— Но я бы чувствовал себя лучше, если бы…

— Колин… — Пальцы Холли дотронулись до его руки. — Если ее светлость хочет, чтобы я уехала, мы не должны спорить.

— О, моя дорогая, ты неправильно меня поняла, — вмешалась герцогиня. Потянувшись к Холли, она взяла ее за руку. — Дело вовсе не в том, что я хочу, чтобы ты уехала отсюда, поверь. Напротив, больше всего на свете мне бы хотелось, чтобы ты осталась здесь. Однако тебе надо ехать.

— Я не понимаю вас, ваша светлость.

— Поймешь со временем, — заверила ее герцогиня.

И загадочно улыбнулась.

Не прошло и часа, как они с Холли уже неслись по дороге, ведущей на восток. Управление экипажем и четверкой лошадей Колин доверил умелым рукам Дугласа, лучшего кучера Бриарвью. Джошуа останется в Девоншире, чтобы отдохнуть после утомительной поездки, а потом он спокойно поедет назад в Мастерфилд-Парк.

Колин изо всех сил старался оставаться в своем углу обитого бархатом сиденья, прижав спину к подушкам и положив руки на колени. А ведь как просто — слишком просто! — было бы заключить Холли в объятия и позволить рукам проникнуть под подол ее амазонки, в которой она отправилась в путь.

Как просто отдаться своим желаниям в полутьме уютного экипажа! Когда дерево в лесу падает, этого никто не слышит… Так, может, и Холли не окажется погубленной, если этого никто не увидит? И некому будет сплетничать?