Сердце дикарки - Кэрол Финч

– Кин, я хочу извиниться за то, что сказала тебе несколько дней назад, – вдруг ляпнула Алекса, не дожидаясь, пока храбрость покинет ее. – Ты понимаешь, я…

– Позднее, – нетерпеливо оборвал он и резким жестом указал налево. – Закрепи этот конец троса, пока его не уволокло за борт.

Алекса поспешила выполнить его команду и молча работала рядом, пока кильбот не сдвинулся с песка. Тогда она моментально схватила шест и начала изо всех сил упираться, стараясь удержать нос в правильном направлении, чтобы лодка не развернулась и снова не села на мель. Сияя от гордости и радуясь своей способности управляться с тяжелыми шестами, она выслушала поздравления команды, которая тем временем отвязала канаты и вернулась на борт.

– Что, хочешь, чтобы они все ползали у твоих ног? – Тон Кина был острым, как лезвие бритвы.

Алекса резко обернулась и встретила его пугающий взгляд. В синих глазах плясали яростные искры. Но она не собиралась снова попасть под влияние красоты этого сурового лица. Кин слишком часто оскорблял ее за время этого путешествия, и теперь чаша терпения переполнилась. До настоящего момента она держала язык на привязи, чтобы не нарушать хрупкого мира и спокойствия, но больше не собиралась. Перемирие не стоило таких усилий.

– Я только хотела их дружбы. И кажется, ее добиться легче, чем твоей, – огрызнулась она. Гнев разгорелся с новой силой благодаря его едкому замечанию и ядовитой ухмылке.

Но когда она приняла гордую позу и попыталась отойти, Кин дернул ее к себе. Его лицо оказалось в каких-то дюймах от лица Алексы, и здоровый мужской запах едва не задушил ее. О, она всегда возмущалась тем, как возбуждающе действует на нее его прикосновение, даже когда они ссорятся. Как может она бороться с ним, когда тело тоскует, желает слияния, а губы ждут прикосновения его губ? Она старалась продолжать сердиться, но как трудно делать это сейчас, когда его руки держат ее и напоминают о ласках, что дарили ей раньше…

– Ты знаешь дорогу к моему сердцу, ты, ведьма-мучительница. Решила держать на расстоянии, постоянно дразня своим роскошным телом и меня, и моих людей. Да еще и отказываешь мне в близости, которой я мог бы наслаждаться, когда зайдет солнце, в моей собственной каюте, – пробормотал, задыхаясь, Кин. Он чувствовал, как между ними проскочила искра страсти, и разозлился, что не в состоянии держать себя в руках на расстоянии ближе десяти футов от источника этой страсти. – Клянусь, ты тратила свое свободное время, изобретая новые пытки для меня.

И тут, когда Алекса уже была уверена, что он собирается поцеловать ее прямо перед изумленной командой, тишину разорвал треск ружейных выстрелов. Она инстинктивно прижалась к Кину. Слишком уж хорошо представляла себе, какие несчастья может обещать этот град пуль. Глаза ее метнулись к его лицу и увидели, как оно побелело, будто краска жизни сбежала с него. Кин вздрогнул, и тут Алекса в ужасе поняла, что в него попала пуля. Он отшатнулся назад, и ее вопль разорвал воздух. Она вцепилась в его руку, но он качнулся к борту, рискуя свалиться в воду. Если ей не удастся удержать его, то он утонет! Это Алекса понимала прекрасно, но ее слабых сил было недостаточно, чтобы его удержать.

Наконец Кин все же потерял равновесие и упал. Алекса тут же перескочила через низкий поручень и нырнула за ним.

Она вцепилась мертвой хваткой в неподвижное тело и стала тянуть. Как бы ни было тяжело, ей удалось подтащить Кина к борту кильбота. Казалось, прошла целая вечность, пока Клинт не свесился и не подал ей руку. Тем временем Алекса болталась в воде и поддерживала на плаву тело Кина, пока Лестер не прыгнул в воду и не помог поднять своего капитана.

Оказавшись на борту, Алекса смахнула с лица разводы грязной воды и слез, опустилась на колени рядом с Кином и стала вглядываться в его пепельно-серое лицо. Она сжала его руку, но он не отвечал ей. Он просто лежал. Тихо, как мертвец. Алекса умерла тысячу раз, пока отчаянно разыскивала пульс.

– Он… – Клинт никак не мог проглотить огромный ком в горле.

– Он еще жив, – выдохнула Алекса после нескольких тревожных мгновений. – Помогите мне отнести его в каюту, там я смогу уложить его и осмотреть рану. – Ее взгляд пробежал по берегу реки и вернулся к побелевшему не хуже Кина Клинту. – Это были пираты?

Но тот отрицательно тряхнул своей рыжей копной, подняв раненого с помощью Лестера.

– Я видел только одного в тени деревьев на восточном берегу. Если бы это были пираты, они бы уже давно налетели на нас.

– Один? – Алекса пробежала глазами по теням, следуя за мужчинами к каюте. И внезапно ее словно осенило. Сайлас! – О Господи, – прошептала она.

Так пуля предназначалась ей! Сайлас Грегор жаждал мести и преследовал их, выжидая удобного момента. Но Кин оказался рядом и своим телом поймал пулю, предназначенную ей. Снова, в очередной раз Кин спас ей жизнь, но теперь может поплатиться собственной.

Кина опустили на койку, и Алекса сосредоточилась, отбросив все посторонние мысли. Она схватила нож, чтобы разрезать его кровавую рубашку, и скривилась, заметив большую рваную дыру прямо под ребрами.

– Принесите мне виски и ткани для перевязки, – приказала Алекса, не отводя встревоженных глаз от посеревшего лица Кина.

– Что вы собираетесь делать? – подозрительно глядя на нее, поинтересовался Клинт.

– Извлечь пулю. Если ее оставить, может начаться нагноение и заражение крови.

– Вы собираетесь еще изрезать его ножом? – Клинт едва не проглотил язык от возмущения. – Да вы понимаете, что, к дьяволу, делаете, женщина?

Ее дымчато-серые глаза обратились на старика.

– Когда я была помоложе, мой отец отправлял меня помогать местному доктору – нам вечно не хватало денег. Я несколько лет сопровождала его во всех объездах. – Алекса надеялась, что говорила более убедительно и твердо, чем чувствовала. Ей никогда раньше не доводилось самостоятельно проводить операцию, но она знала, что это ее пуля застряла в теле Кина и что это ее дело – спасти ему жизнь.

– Но я не уверен… – начал было возражать Клинт, но Алекса оборвала его, решительно приказав:

– Просто принесите то, что я сказала, да прокипятите мой нож.

Она ни на секунду не переставала смотреть за Кином, который, казалось, начал медленно ускользать от нее с каждой каплей вытекающей из него крови.

И только потом, когда Алекса осталась в помещении с ним одна, она позволила слезам навернуться на глаза. Тем слезам, которые так долго сдерживала в присутствии посторонних. Все это сплошь ее вина. Если бы Сайлас не преследовал ее, горя жаждой мщения, Кин не лежал бы сейчас так тихо, на грани жизни и смерти. Она должна была отказаться от этого путешествия в Новый Орлеан. Любовно проведя ладонью по щеке, легко коснулась губами его губ.

– Я заглажу свою вину, – тихо пообещала Алекса, придушив невольный всхлип. – Я не позволю тебе умереть, любовь моя.

Она отодвинулась, услышав, как Клинт торопится к ней через кладовую со всем необходимым для операции. Прежде чем передать ей бутыль с виски, он откупорил пробку и сделал солидный глоток.