Поверь в любовь - Ирина Надеждина

– Почему именно я? – не поднимая глаз, спросила Лиза.

– Когда-то я был мальчиком, который видел всё в радужных тонах. Теперь я – мужик, который видит всё исключительно в черном цвете и стоит по колено в грязи. Не сказать бы хуже. Таким меня сделала эта жизнь. Не смотря на внешнюю коммуникабельность, я очень тяжело схожусь с людьми. К вам я испытываю, будем так говорить, некоторую привязанность. Может быть, я покажусь вам нескромным, но мне бы хотелось взаимности. Только давайте договоримся сразу: как ваш бывший хозяин я вас насиловать не собираюсь, с глупостями всякими приставать тоже не буду, и хотелось бы, чтобы я тоже был для вас не так уж безразличен. Если я вам не приятен или мое общество будет вам в тягость, можете сказать об этом прямо. Организационных выводов из этого не последует. Кроме того, если у вас есть друг, я не собираюсь ломать ваши отношения. Наши отношения будут несколько иного плана.

– Откуда вы знаете про моего бывшего хозяина? – Лиза чуть не плакала.

– Я знаю всё и обо всех, кто работает в фирме. Откуда – это мое дело.

– Неужели вы не заметили до сих пор, что я, как вы сказали, тоже «испытываю к вам некоторую привязанность»?

– Я хотел это услышать от вас.

– Вы это услышали.

– И ещё, наши отношения дальше тех, о которых я сказал, не пойдут.

– Почему? Вы не хотите?

– Я хочу очень многого, но я не хочу причинять кому-то боль. Со мной тяжело. Лучше так. Потом, когда-нибудь, я объясню вам, почему я решил, что ничего серьезного у меня, скорей всего уже не будет.

– Я согласна и так, – она, наконец, посмотрела в ему в глаза. – Скажите, вы пригласили меня сегодня из-за этого разговора?

– Нет. Из-за того, что не люблю есть один. Вас не было две недели. За эти две недели я понял, как мне вас не хватает. Сказать я это мог и в кабинете.

– Тогда хотя бы говорите мне «ты», когда мы одни.

– Хорошо. Только с тем условием, что и мне вы, когда мы будем одни, будете говорить «ты» и называть меня просто Владом, – он улыбнулся.

– Влад… – она словно попробовала имя на вкус. – Влад.

– Твой мальчик не обидится?

– Ты же сказал, что знаешь всё и обо всех. У меня нет мальчика.

– Появится.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что ты очень красивая девочка. Такие красивые девочки не должны оставаться одни.

– Ты тоже не плох собой, – она улыбнулась. – Почему же ты решил остаться один?

– Я – другая статья. Кстати, о птичках, – он улыбнулся, – давай завтра куда-нибудь поедем. Я что-то в последнее время сильно зашился в делах. Сынулька мой на каникулах, уехал отдыхать с Даном, и я совсем один.

– Хорошо, – согласилась Лиза. – Вот уж не подумала, что у тебя есть дети.

– У меня есть сын. Я был женат. Сын остался со мной, – при воспоминании о сыне его улыбка стала не такой ледяной.

– Почему?

– Мы решили с бывшей женой, что так будет лучше.

На следующий день Лиза с тревогой ждала вечера. Наконец сбылась её мечта – они должны были провести этот вечер вместе. Владислав утром, проходя через приемную, как обычно ей улыбнулся и попросил сделать кофе через полчаса. Лиза вошла к нему в кабинет. Он сидел за своим столом, курил и читал какой-то журнал. На звук открывающейся двери он поднял глаза и, увидев Лизу, улыбнулся.

– Спасибо, – откладывая, журнал сказал Владислав. – Как дела?

– Хорошо, – Лиза слегка смутилась.

– Ты не передумала насчет сегодняшнего вечера?

– Нет. А что?

– Я столик заказал в «Восточном». Ты не против?

– Нет, – Лиза улыбнулась.

– В семь я за тобой заеду. Адрес я знаю.

– Я буду готова к семи.

Через час Эрик принес ему на подпись договор, а сам уехал. Телохранителя – сегодня это был Сергей – Владислав куда-то послал. Дверь в его кабинете осталась приоткрытой. Лиза занималась разборкой почты, когда Владислав снова окликнул её и попросил принести две чашки кофе. Она оставила свое занятие и через несколько минут его просьба была выполнена.

– Влад Павлович, а второй кофе с сахаром или без? – заглянув в кабинет, спросила она.

– Как ты любишь, – он улыбнулся.

Лиза внесла кофе. Владислав откинулся на спинку кресла и приглашающе кивнул ей.

– Закрой дверь и присаживайся. Давай кофейку попьем. Мне до смерти надоел этот договор, а осталось ещё два листа проверить.

– Я думала, ты кого-то ждешь, – Лиза закрыла дверь.

– Можешь и на ключ закрыть. Пусть Серега, как приедет, помечется, поищет, – он отпил кофе и снял очки.

– А если он что-нибудь подумает? – Лиза повернула ключ в замке.

– Не подумает, он со мной работал. Плюс я не полный идиот приставать к тебе перед камерой. Кабинеты ведь просматриваются. Так что можешь смело садиться и пить кофе.

– Никогда не догадалась бы, что вы вместе работали, – Лиза села напротив него у стола для заседаний. – Ты чем раньше занимался?

– Людей лечил. Притом не безуспешно. Я, видишь ли, врач-реаниматор.

– Выходит, Сергей тоже врач? – удивилась она.

– Выходит. И Леха, и Андрей. Илья врач. Тоже раньше был реаниматором, потом ушел в функциональную диагностику. Дан врач, нейрохирург. Когда-то был главврачом пятой больницы.

– А Эрик?

– Эрик не врач.

– Знаешь, я была склонна думать, что ты то ли бывший торговый работник, то ли… даже не знаю кто. Может быть спортсмен.

– С докторской степенью, – он улыбнулся.

– Влад, я не знаю что сказать! – она рассмеялась.

– Ничего не говори. Давай о чем-нибудь приятном. Ты музыку любишь?

– Люблю, но не такую, как все.

– То есть?

– Я люблю классику. Тебе, наверное, не интересно будет.

– Не думаю. Если хочешь, можем съездить на концерт Ростроповича. Я закажу билеты заранее.

– Хочешь мне сделать приятное?

– Хочу. Заодно и себе. Я тоже люблю классическую музыку. У меня дома есть чудесный старый рояль.

– Настоящий?

– Настоящий. Я на нем иногда играю. Это ещё бабушкин рояль.

– Здорово! Хотелось бы посмотреть. Я тоже немного играю.

– Мы можем после ресторана поехать ко мне, – он улыбнулся.

– Я… я не знаю, удобно ли… – она покраснела и опустила глаза.

– Что может быть неудобного?

– Тогда поедем.

– Сегодня кофе варить буду я.

– Ты варишь кофе?