Все или ничего - Кэтрин Лэниган

Летние воскресные вечера в Техасе были ленивыми, тихими и спокойными. Работники ранчо, оправившись от похмелья после субботнего кутежа, уезжали в город к подружкам, и те готовили им на обед жареных цыплят, а потом просили спеть под гитару грустные песни. Все было, как и много лет назад: качели на крыльце, лимонад и дети, играющие в прятки… Техасские воскресные вечера остались такими же прекрасными, как когда-то давным-давно.

Морин сидела в плетеном кресле-качалке на парадном крыльце и чистила персики для пирога, а Хуанита рассказывала ей о своих подружках, с которыми виделась сегодня в церкви. Морин слушала эти истории каждое воскресенье с тех пор, как приехала в Техас, и в этой повторяемости была своя прелесть.

Хуанита отрезала лом гик от румяного сочного персика и отправила в рог. Морин улыбнулась: теперь ясно, почему они так долго готовят пирог и почему на него ушло так много персиков.

Хуанита продолжала говорить. Ее монотонная речь убаюкала девушку, и она не заметила, как мексиканка сменила тему.

— Что ты сказала? — переспросила Морин.

— Я спрашиваю, мистер Уильямс прийти к нам сегодня на десерт?

— Нет, вряд ли.

Хуанита с досадой вздохнула:

— Он опять уехать, да?

— Да, к каким-то фермерам к югу отсюда. Не знаю, сможет ли он заехать. У него была очень напряженная неделя.

Хуанита съела еще два ломтика.

— Мне кажется, он приехать, — Уже поздно, и солнце садится. Может быть, завтра.

— Он приехать, — повторила Хуанита с усмешкой. Влюбленного мужчину она распознавала с первого взгляда. Брендон при любой возможности ехал к Морин, и сегодняшний вечер не будет исключением.

Хуанита завела назидательный рассказ о любви одной молодой мексиканской пары.

Вдруг девушке показалось, что пахнет дымом.

— Хуанита, ты что, уже включила духовку?

— Нет, сеньорита.

— Ты уверена, что в духовке ничего нет?

— Si, уверена.

Морин опять принюхалась.

— По-моему, пахнет дымом.

Хуанита потянула носом.

— Я не чувствую… — Мексиканка встала и пошла к входной двери, нюхая воздух.

— Сеньорита! — вдруг закричала она и сбежала с крыльца, показывая за дом, на конюшню.

Морин захлестнуло волной страха. В воздухе пахло смертью. Округлившимися от ужаса глазами она уставилась на бушующее пламя, которое пожирало конюшню.

— Лошади! — крикнула девушка и бросилась туда. Уже на бегу она вспомнила, что Грэди и Расти сейчас в городе и спасать животных некому. Эсприт!

Еще никогда в жизни полная Хуанита не передвигалась с такой быстротой. Она схватила ведра и наполнила их водой из-под крана на задней стене сарая. В этот момент ей и в голову не пришло, что такими ведерками не затушишь огромное пламя.

Морин метнулась в сарай, сорвала с койки одеяло, намочила его в воде и накинула на голову. Это была ненадежная защита, но выбирать не приходилось.

Морин слышала ржание Эсприт, доносившееся из конюшни, и где-то в глубине ее сознания шевелилась мысль, что эта лошадь — последняя ниточка, связывающая ее с прошлым; она должна спасти Эсприт, спасти во что бы то ни стало, иначе все в этой жизни потеряет смысл.