Маска чародейки - Виктория Холт

— Не… мисс…

Не мисс Сюзанна. Она это хотела сказать. Сюзанна никогда не заботилась о старых и больных. Она не сидела у их изголовья. Я знала, что вышла из роли, но мне было все равно. Мне хотелось успокоить бедную женщину. Думаю, она поняла мой порыв. Она продолжала держать меня за руку до прихода Ли.

— Подогрей молоко и попробуй ее напоить.

Ли пошла на кухню. Гренни заснула, и я присоединилась к Ли. Она подняла на меня глаза, из которых не исчезал страх.

— Вы хорошая, мисс Сюзанна, чтобы они не говорили. Вы теперь изменились… Вы теперь не такая, как раньше.

Она не знала, что растревожит меня своими словами.

— Спасибо, Ли. Если у тебя есть проблемы, если нужна помощь, можешь обратиться ко мне… Понимаешь?

Она кивнула.

— У тебя что-то случилось? Ты о чем-то беспокоишься?

— Нет, мисс, у меня все в порядке. — Она понесла молоко в комнату, а я вернулась в замок.

Я стала другой. Я интересуюсь людьми. Сюзанну интересовала только она сама. Люди стали замечать перемену в поведении Сюзанны.

За ужином Эмералд сказала, что собирается написать Гарту. Что-то давно она не получала от него вестей.

Я почти ничего не знала о Гарте, лишь то, что он сын Элизабет Ларкхем, компаньонки Эмералд, вдовы. Гарт ее единственный сын. Потом я забыла о нем. Меня поглотили проблемы Гренни Белл и Ли Крингл.

Меня пугало, что Ли совершит необдуманный шаг. Разве сможет она выступить против своей семьи? Я уже видела, что она утопилась в речке и выглядела как Офелия с цветами в волосах. Или она еще каким-то другим, не менее ужасным способом сведет счеты с жизнью. Я пыталась вызвать ее на разговор несколько раз, но она только повторяла, что с нею все в порядке.

Через два дня умерла Гренни Белл. Вся деревня только и говорила о ней. Малком и я пошли на похороны. Я поняла, что снова удивила всех своим поведением. Сюзанна никогда не ходила на похороны крестьян, Эсмонд иногда приходил. Иногда он не сдерживал обещания, забывал, но потом всегда находил уважительную причину, и семья покойного на него никогда не обижалась.

Мое появление вызвало сенсацию. Люди посчитали, что наше с Малкомом участие в похоронах придало особую торжественность церемонии. Когда комья земли застучали о крышку гроба, у меня на глазах заблестели слезы. Я думала о Гренни Белл. Наконец она обрела покой.

По дороге домой Малком взял меня под руку.

— Ты не осталась равнодушной.

— Кто может остаться равнодушным? Смерть вызывает благоговейный трепет, страх, только не равнодушие.

— Я знал человека, который не только остался бы равнодушным, но и посчитал бы похороны постороннего человека скучным занятием. Такой ты была совсем недавно.

Он крепко сжал мою руку и развернул меня к себе. Вот в такие моменты мне действительно становилось страшно. Вот сейчас он скажет, что я обманщица и самозванка.

— Я часто думаю… — начал он.

— Что? — пролепетала я.

— Сюзанна, что могло случиться, чтобы ты так изменилась? Ты стала… человечной.

— Я всегда была такой, неужели ты не замечал?

— Легкомыслие ничего не решает.

— Я такая, как всегда.

— Значит, у тебя прекрасно получалось играть чужую роль.

— Я была молода и беззаботна.

— Дело не только в этом. Ты была… чудовище.

Я попыталась перевести разговор на другую тему:

— Бедная Гренни была хорошей женщиной. Всю жизнь честно исполняла свои обязанности и была благодарна за то, что живет в темном маленьком коттедже и сводит концы с концами.

Он молчал, погруженный в какие-то свои мысли. Меня это настораживало.

На утро ко мне явился посетитель, молодой человек Джек Чиверс. Он был сезонным рабочим на нескольких фермах. Я приняла его в маленькой гостиной. Он стоял и нервно теребил кепку.

— Мне надо срочно переговорить с вами, мисс Сюзанна. Я хочу узнать, есть ли у меня шанс получить коттедж миссис Белл?

— О, мне жаль… но вопрос почти решен.. Он помрачнел.

— Тогда извините за беспокойство, мисс, — с этими словами он повернулся к двери.

У него так беспомощно опустились плечи, что я не смогла отпустить его в таком состоянии. Парню лет восемнадцать, он очень симпатичный.

— Минутку, — задержала я его. — Почему тебе срочно нужен коттедж?

— Я собираюсь жениться, мисс.

— Но ведь можно немного и подождать, не так ли? Когда-нибудь освободится и другой коттедж.

— Мы не можем ждать. Спасибо, мисс. Я подумал, вдруг у меня есть шанс.

— Скажи, на ком ты собираешься жениться.

— На Ли Крингл, мисс.

— О, присядь на минуту.

Он сел, и я посмотрела ему в глаза.

— Ли ждет ребенка, да?

Он покраснел до корней волос. Потом улыбнулся смущенно.

— Да, мисс. Дело в ребенке. Если бы у нас был дом, мы бы поженились.

— Разве нельзя пожениться, не имея коттеджа?

— Нет… Ли придется остаться жить в своей семье. А жизнь там не сахар. Для нас единственный выход — тайно пожениться и зажить вместе в коттедже.

— Да, понятно. Там требуется подлатать крышу и немного освежить дом.

Он смотрел на меня с недоверием.

— Я понимаю, каково придется Ли с ребенком в своей семье. Нужно было вам подумать об этом прежде, чем…

— Я знаю, мисс, всегда хорошо подумать заранее, но не всегда так выходит. Ли такая красивая, и однажды я встретил ее всю в слезах. Что-то у них произошло в доме. У Кринглей постоянно что-то происходит. Все время молятся, а все несчастные. А потом… так неожиданно… А когда начали, уже не остановишь. Я люблю Ли, а она любит меня, и мы хотим нашего ребенка, мисс Сюзанна.

Меня тронули его слова. Мне безразлично, что скажут Малком и Джеф. Я — королева в замке.

— Хорошо. Вы получите коттедж, откладывать бесполезно. Женитесь и заселяйтесь. Наведите в нем порядок. Но никому ничего не говори, пока не поженитесь. Ее семья такая странная.

— О, мисс, неужели это правда?

— Да. Коттедж ваш. Расскажи только Ли, а от остальных держите мое решение в секрете.

— О, мисс, не знаю, что и сказать.

— В таком случае ничего не говори. Мне понятны твои чувства.

Я отправилась в дом Джефа. Там был и Малком, он часто проводил время с Джефом. Он с головой погружен в хозяйство, можно подумать, что замок принадлежит ему.

С порога я выпалила:

— Я решила вопрос о коттедже Белл. Его получит Джек Чиверс.