Всем сестрам по мужьям - Арина Ларина

– Как бы они с папаней не подрались. Вернее, как бы папаня не подрался с ним. Заодно, может, поссоримся, и вопрос решится сам собой. – После этой мысли Таня повеселела и начала готовиться к приходу жениха.

Денис явился в форме, наутюженный и сияющий. Мама с Ольгой уставились на него, как папуасы на космический корабль. Таня раздраженно толкнула обеих в спину, чтобы привести в чувство.

– Все не так, как вам кажется, – прошипела она Ольге в затылок и шагнула к кавалеру. – Познакомьтесь, это Денис.

– Вот, я цветы принес, – пробасил он и выудил из большого полиэтиленового пакета ветку мелких гвоздичек в целлофане. – А это для мужчин!

Он торжественно потряс перед носом папани здоровенной бутылкой водки.

– Выпить любите? – вкрадчиво поинтересовался Анатолий Васильевич.

– А кто ж не любит? – широко улыбнулся будущий зять и дружески треснул папеньку по хребту.

– Я не люблю. В нашей семье не пьют, – злобно закашлялся папенька.

– Не пили, – поправил его Денис и стал разуваться. – Тапочки у вас есть? Хотя я могу и босым.

Старые папины тапки вызвали у Дениса приступ здорового хохота. Он радостно ржал, прикладывая тапок к своей ножище, и мотал башкой. Тапок был ему размеров на пять мал.

– Ну, босым буду, – отсмеявшись, успокоился кавалер и под зачарованными взглядами семейства стащил носки.

– Чтобы не обтрепались, – простодушно пояснил он и пошлепал на свет и запах еды – в гостиную.

– Вот, присаживайтесь, – засуетилась Александра Семеновна. – На диван лучше.

Мама ловко выдернула табуретку из-под прицелившегося на нее гостя, справедливо рассудив, что такого лося мебель не выдержит. За столом Денис смотрелся необычайно колоритно, как Гулливер в гостях у лилипутов. Под мамин лепет про погоду он сразу ополовинил все миски с салатами и стал закидывать все подряд в рот, как в топку.

– И какие планы? – не выдержал папа. То ли он жалел продукты, то ли решил расставить все точки над «i».

– Не, не бойтесь, я ночевать не останусь, – отреагировал Денис, подцепив сразу несколько кусков колбасы и подпихнув их в рот пальцем.

– Я и не боюсь. – Анатолий Васильевич угрожающе прищурился. – Ты давай, говори по делу. Знакомиться пришел – познакомились. Дальше что?

– Жениться буду, – бесхитростно поведал гость.

– А родительское благословение?

– Мамка не против, – прояснил ситуацию Денис. – Таня тоже.

– Что «тоже»? – взвился будущий тесть. – А меня спросили?

– Так вот я пришел спрашивать.

– Ну и спрашивай!

– О чем?

Таня вдруг истерически расхохоталась и выскочила из комнаты.

– Нервничает, – с чувством превосходства улыбнулся Денис.

Он не нервничал. А чего переживать, когда все ясно? Тем более что в квартире и комнат три: одна им с Таней, одна родителям и одна Танькиной сестре. Денис покосился на будущую родственницу: у сестры фигура сдобнее, чем у невесты…

– Ты чего вообще? – Анатолий Васильевич пододвинул салатницу с оливье поближе к себе и недобро уставился на Дениса. – Рассказывай нам: где работать будешь, сколько зарабатывать, на что жить собрались, где жить… Нечего тут зря продукты переводить. А то, может, вас там кормят плохо, так ты каждую неделю женихаться к кому-нибудь ходишь?

– Странные вы какие-то. – Гость откинулся на диване. – Я, можно сказать, по-честному пришел. У нас в деревне родители бы в пояс кланялись, что девку замуж берут – мужиков нормальных нет…

– Это у вас в деревне нет! – взвизгнул папашка. – А у нас тут в городе, как тараканов в коммуналке – дихлофоса на всех не хватит! В пояс я ему должен кланяться, ишь ты!

Таня, затаив дыхание, замерла в коридоре. Интуиция подсказывала ей, что обидеть Дениса у папеньки не получится, но надежда умирает последней.

– У нас петух такой у мамани был, – неожиданно добродушно улыбнулся Денис. – Характер – гадский. Сам себя к вечеру заклюет.

– Ты это к чему? – напрягся Анатолий Васильевич.

А Таня впервые заподозрила, что кавалер не так уж прост. Либо у него случаются проблески интеллекта.

– А теперь горячее! – испуганно воскликнула мама. – Танюша, ты где? Помоги мне с горячим!

Ольга сидела и, загадочно улыбаясь, таращилась на Дениса. Он в долгу не остался, правда, таращился он не на саму Ольгу, а на вырез ее кофточки.

– А хотите, я вам свои картины покажу? – смущенно предложила она, одернув блузку, от чего вырез стал еще менее приличным.

– Погоди с картинами! – грохнул кулаком папашка. – У нас тут не музей. Ты мне говори, какие планы?

Планы оказались грандиозными, но озвученными со свойственной Денису краткостью.

– Короче, так. – Он шлепнул ручищами по коленям и стал загибать пальцы. – Продукты с маманиного огорода будут, но в отпуске надо будет ей помогать. После свадьбы дадут общежитие, я узнавал. Только надо забеременеть быстрее…

После этих слов вернувшаяся с горячим Таня начала икать. Попытки вдохнуть, проглотить корочку и прочие народные способы успеха не возымели. Она так и сидела, сотрясая диван, пока любимый перечислял перспективы на будущее.

– Свадьбу делать скромную, но гостей позвать побольше и сказать, чтобы деньги дарили. Нам на ребенка они понадобятся, на мебель. Свадебное путешествие – к мамане, там еще раз свадьбу сыграем, снова гостей позовем, опять же – с подарками. Профессия у Тани хорошая, не пропадем. Платье можно из занавески сшить. Мне костюм не нужен, я в форме могу. Жить станем тут, у вас. Надо сейчас решить, кому какая комната. Мебель перетащить – я ребят с училища позову. Вот.

Именно так и вторгается в ажурные девичьи мечты суровая реальность в кирзовых сапогах.

Танюша вяло ковырялась в тарелке, краем уха слушая, как подобревший неизвестно с какой стати отец вспоминает молодость. Судя по рассказам, молодость у него была тяжелая, голодная, чего он и желал теперь следующему поколению. Исходя из папенькиной логики, только из настрадавшегося вдоволь молодняка вырастают дельные люди.

После водки пили чай, а затем Ольга потащила жениха смотреть картины.

Денис неожиданно восхитился и начал поглядывать на будущую родственницу с уважением и даже благоговением.

– А это че? – тыкал он пальцем в хитросплетение дрожащих линий.

– Весна, – радостно подпрыгивала Ольга. – Нравится?

– Офигеть! – кивал Денис и топал дальше.

Повторяя свое излюбленное словечко «офигеть», он прошелся по комнатам и после просмотра экспонатов вернулся к папеньке со свежей мыслью:

– Нам хорошо бы в той крайней комнате поселиться. Чтобы не в проходной. А то дело молодое, да еще ребенка надо побыстрее заделать. В общем, чтобы мы никому не мешали, лучше там.