Капкан на амура - Маргарита Южина

– Пашка? Твой брат на меня смотрел? А я не заметила… Серьезно?

– И она еще спрашивает!

– Девчонки, вы пятьсот рублей не разменяете? – подбежала к подругам Полинка, продавец из соседнего отдела.

– Да откуда у них! – весело рассмеялась вредная Настька. – Они сегодня еще и работать не думали! Все своих кавалеров обсуждают.

– Да, знаете ли! – дернула губой Маринка. – У нас этих кавалеров… А у тебя нет, ты и завидуешь! Завидуй молча!

– Марин, ну хорош придумывать, – произнесла вечно грустная Верочка. – Нет у тебя никого, мне твоя мама говорила.

Это была правда. Мамы Верочки и Маринки дружили. Они часто встречались и всякий раз, когда Маринкина мать приезжала в город, устраивали девичник и засиживались допоздна. И всегда одна мама жаловалась другой, как неромантично проходит жизнь их дочерей. Они, казалось, даже старались перещеголять в жалобах друг друга. Поэтому любой кавалер, даже если когда-то и появлялся, был ими игнорирован. Маринку это обижало, оскорбляло, но ничего с этим она поделать не могла. А Верочка любила посидеть с тетушками и вместе с ними поохать над своей горькой судьбиной. И уже на следующий день об этих посиделках знал весь магазин. В общем, жизнь Маринки в глазах коллег была серой и однообразной.

– А ты, Верочка, похоже, опять вчера с тетками сушками хрустела, – усмехнулась Маринка. – Уже сама скоро как бабка станешь!

– Да при чем тут Верочка? – удивилась Настя. – Можно подумать, мы без глаз. Если бы кто-нибудь был, он бы возле тебя мухой крутился, а мужики даже от твоего отдела шарахаются!

Маринка надулась. Мужчины к ее отделу не подходили.

– Марин, не переживай, – поддержала подругу Геля. – Чего им возле твоего отдела делать? У тебя же сплошь бижутерия! Зачем тебе такие мужики, которые себе браслетики да клипсы покупать станут?

– Правильно! – воскликнула Маринка и показала Насте язык.

Она хотела поболтать с Гелей – они же не договорили про то, как на нее смотрел вчера Пашка! Но к Геле пришли покупатели. Обычные такие покупатели, но только подруга вела себя с ними, будто замороженная рыба – едва разжимала губы и вроде побледнела.

– Покажите мне вон ту сумочку, – капризно попросила хорошенькая, яркая девица с шикарной копной огненных волос.

Геля молча выложила перед ней сразу пять сумок.

– Я одну просила!

Но Гелька на нее даже не смотрела. Она пялилась в окно, а лицо у нее было… В общем, Маринка раньше не видела, чтобы у Гельки было такое лицо. Заплакать хочет? Неужели ее так эта рыжая мымра довела? И главное, с этой рыжей еще мужик такой приличный… Стоит вон, ногой нетерпеливо трясет. Тоже в окно смотрит. Надо выручать подругу.

– Девушка! – окликнула Маринка Гелькину покупательницу. – А вы эту сумочку даже не смотрите. Ее уже отложили. Дочка самого губернатора… Геля! Ты что продаешь-то? У тебя же ее дочка губернатора хотела купить, забыла?

– Можно подумать! – фыркнула покупательница. – Так я и поверила! Чтобы в этой забегаловке появлялась…

– Если я тебя сюда привел, значит, это не забегаловка, – вдруг резко проговорил ее спутник. – Ты что-нибудь берешь?

Девица из напыщенной стервы мгновенно превратилась в мягкую игрушку.

– Валенька, ну, подожди немного – заканючила она. – Ты же видишь, я хочу эту сумочку, как у губернатора! А мне ее не продают. Скажи, чтобы продали!

Геля была сама не своя. Только вчера она случайно встретила Валентина в магазине, а сегодня… Сегодня он сделал ей подарок – притащил к ней в отдел свою девицу. Кстати, вчера он был, кажется, с другой. Да, с другой. Вчера с ним рыжей не было. И вот тебе, пожалуйста! Эта свиристель висит у него на руке и называет его Валенькой! А Кучеренко даже на Гелю и не смотрит. А ведь только что сказал, что сам эту девицу привел. Специально он, что ли, к Геле приволок?

– Девушка! Я вам говорю – мне нужна вот эта сумка! – с раздражением окликнула ее рыжая красавица. – Пробейте!

– Вам же сказали, эту сумку покупают, – поджала губы Геля. – Дочка губернатора. Чего непонятного?

– Да прекратите вы из меня дуру делать! – тряхнула кудрями покупательница. И вдруг обратилась к Насте: – Девушка, а к вам действительно сюда губернатор с женой наведывается?

И противная Настька сложила губы в ехидную усмешку:

– Почему наведывается? Он у нас постоянный покупатель. Странно, вроде девушка не дикая, а телевизор не смотрит. Нас же по всем каналам показывали!

Покупательница вытянулась спицей, взглянула на спутника и прошипела:

– Валя! Я хочу эту сумочку! Попроси, чтобы дали!

Геля наклонила голову и стала ждать, как Кучеренко станет ее просить. Валентин посмотрел на Гельку, облокотился о прилавок, приблизился к ней, взял за руку и тихо произнес:

– Милая девушка. Я столько ждал… Я так хотел увидеть… свою подругу счастливой. Отдай ты ей какую-нибудь сумку!

Его слова… О сумке? Но… рядом паровозом пыхтела рыжая девица. У Гели сильно заколотилось сердце, и она побоялась, что Кучеренко увидит это через блузку. Ее рука просто ходила ходуном – так дрожала. Она схватила первую попавшуюся сумку и сунула девице.

– Вот, возьмите!

– Но я не эту хотела! – капризно скривила губки та.

– А мне эта больше нравится, – пробормотала Геля, стараясь не встречаться взглядом с Валентином.

– Значит, берем эту! – отрезал Кучеренко, расплатился и быстро вышел.

Следом за ним торопливо посеменила рыжая подружка, прижимая к груди большущую, клетчатую, хозяйственную сумку.

– Гель, ну ты молодец! – воскликнула Маринка. – Самую залежалую сумку спихнула? Ну чего ты такая-то? Торговля прет!

Геля отвернулась к окну и всхлипнула. Торговля, конечно, и прет, а вот личная жизнь… Дожились! Теперь Валька вспоминает о ней только тогда, когда хочет видеть свою девушку счастливой! Гад!

– Ты чего? – удивилась Маринка.

– Да вот… Купила тушь водостойкую, а она потекла.

– Зараза! – уперла руки в бока Маринка. – Это тебе Настька продала? Я ей сейчас…

– Да успокойся ты! Буду я тебе у Настьки тушь брать! Не она это.

– А я тебе говорю…

– Тихо! – одернула подругу Геля. – Смотри, кто идет.

По магазину неторопливо шел Пашка и разглядывал все витрины.

– А к кому это он? – воскликнула Маринка. – Смотри, к Полинке подошел.

– Носки сейчас купит, – вздохнула Геля. – У него страсть какая-то – в любом магазине носки покупает.

Однако Павел носки брать не стал. Он перекинулся парой слов с Полиной и побрел дальше. Задержался у Верочки. Купил зачем-то стиральный порошок. Затем направился к Насте. Там задержался надолго – выбирал одеколон. В конце концов взял лишь пену для бритья и двинулся к девушкам.