Принцесса и Золушка - Джуд Деверо

– Ты что, женских романов начиталась? – Дэвид встал. – Пойду-ка я.

– По Бритни соскучился? – Это было мелко, но Ариэль и вправду немного ревновала. Или, скорее, завидовала. У него хоть есть Бритни, а что есть у нее самой? Только альбом с вырезками.

– Точно, сил нет, как соскучился. – Дэвид хмыкнул и сделал сладострастную гримасу, но Ариэль даже не улыбнулась.

Несколько секунд Дэвид стоял рядом, словно желая обнять Ариэль, но опасался рассердить недотрогу. Он все же рискнул потянуться к ней: «Эй, детка...», – но Ариэль отпрянула.

– Послушай, – сказал он мягко, перестав дурачиться. Не думай, что я ничего не понимаю. И если хочешь знать, я уверен, что дело не во мне. Просто ты хочешь иметь право выбора. Мечтаешь выбрать свою судьбу самостоятельно.

– Слово «выбор» неизвестно женской половине нашей семьи, – горько сказала Ариэль.

– Давай попробуем... – Он осекся, видя, с каким выражением безнадежной тоски Ариэль смотрит на очередную вырезку в альбоме. Бросив злой взгляд на фото, Дэвид удивленно присвистнул, потом взял альбом и отошел к окну, где было больше света. – Слушай, ты знаешь, кто это?

– Кто?

Теперь они вместе разглядывали снимок. Само собой там был Эр-Джей, а рядом с ним Чарли Данкерк – богатый старик, который – Ариэль вычитала это в одной из статей – в свое время взял Бромптона на работу зеленым юнцом, помог ему сделать карьеру и до сих пор оставался его лучшим другом. Рядом с Чарли стояла женщина. Дэвид ткнул в нее пальцем и сказал:

– Это Сьюзи Эдвардс.

– И кто такая, черт возьми, Сьюзи Эдвардс?

– Ох Господи, я и забыл, что ты и в Арунделе почти никого не знаешь. Она окончила местную школу и сразу же уехала из города. Но до этого момента она выигрывала первые призы на всех конкурсах красоты, которые проводились в трех ближайших графствах. С трех лет и до момента окончания школы – каждый год по призу. Она приехала в Нью-Йорк, сменила имя – теперь она Кэтлин – и вышла замуж за одного из самых богатых людей Америки.

Ариэль внимательно рассматривала снимок. Женщина была красива, но что-то в ее внешности уже не просто намекало, а ясно указывало на несколько подтяжек лица и бесконечные часы, проведенные в салонах красоты.

– Значит, эта дама родом из Арундела, и в то же время она жена лучшего друга Эр-Джея?

Ариэль всегда прислушивалась к своей интуиции, и вот теперь она ясно поняла, что эта женщина поможет ей подобраться наконец к Бромптону. И ведь есть еще Сара – бесценный источник информации. Ариэль с самого начала решила, что чем меньше сестра будет знать о ее планах в отношении мистера Бромптона, тем лучше. Правда, это несколько связывало Ариэль руки и означало, что она не может напрямую попросить у Сары совета. Она долго обдумывала, как именно произвести на искушенного мужчину самое выгодное впечатление, и решила, что для этого ей придется заманить его на свою территорию: в Арундел. План, который она составила некоторое время назад, выглядел так: обменяться местами с кузиной и занять должность личного помощника Эр-Джея. И завлечь его в Арундел. Но Ариэль была не сильна по части работы, а потому сознавала, что ей будет необходима помощь сестры. Для этого опять же надо оказаться вблизи родного дома, где Сара будет играть роль ее самой – роль Ариэль. И вот теперь, теперь у нее появилась надежда сделать первый реальный шаг к осуществлению своего плана: организовать приезд мистера Бромптона в Арундел. Ариэль подняла на Дэвида полные мольбы глаза и положила ладошку на его руку.

– Даже не думай, – быстро сказал он. – Я не стану тебе помогать. Когда ты сбежишь с этим мужиком, я собираюсь насладиться ролью брошенного жениха – отвергнутого и ничего не подозревавшего. Наши мамы должны быть уверены, что я пострадавшая сторона и невинен, как младенец. Мне даже думать не хочется, что будет, если кто-то из них пронюхает, что я тебе помогал.

– Знаешь, милый, давай выпьем чаю, – промурлыкала Ариэль. – Нам нужно многое обсудить.

– Ох, чувствует мое сердце, я об этом пожалею, – простонал Дэвид, усаживаясь на стул, обитый тканью с цветочным рисунком.

Ариэль улыбалась ему, и Дэвид, обрадованный ее хорошим настроением, остался на чай и, конечно же, согласился помочь.

Пользуясь связями Бритни в той, другой, части города, он нашел человека, который передавал Кэтлин Данкерк – бывшей Сьюзи Эдвардс – информацию о том, что происходит в ее родном городе. От этого человека удалось получить адрес миссис Данкерк, и Ариэль написала ей письмо с просьбой о встрече. Ответ пришел довольно быстро, и встреча назначена была в Роли – городке побольше Арундела, но расположенном достаточно близко.

Ариэль с полного одобрения мамы отправилась в этот день в Роли якобы с Дэвидом. На самом деле она должна была встретиться за ленчем с миссис Данкерк. Ариэль пришла чуть раньше, а жена Чарли немного опоздала. Как только женщина вошла в зал, Ариэль перевела дыхание. Одного взгляда ей хватило, чтобы понять, что представляет собой эта дама. Несмотря на шикарные драгоценности (кто же надевает бриллиантовое колье с утра!), тщательно отработанный акцент (вроде как в ее родне были французы) и костюм за пять тысяч долларов (Господи, ну к чему он тут, в Роли?), было совершенно очевидно, что детство и юность миссис Данкерк прошли рядом с той самой ткацкой фабрикой. Ничто не могло стереть с ее лица и из ее манер факт плебейского происхождения и отсутствие должного воспитания. Кроме того, она курила одну сигарету за другой, не могла скрыть, что нервничает, и слишком много болтала.

В конце концов они договорились. Оказалось, что чета Данкерк давно подумывает о покупке острова у побережья Соединенных Штатов, чтобы сделать из него этакое модное местечко для богатых людей. Такой остров вполне можно подыскать в окрестностях Арундела. Почему бы и нет? Тут миссис Данкерк затушила очередную сигарету и бросила на Ариэль высокомерный взгляд, который должен был напомнить нахальной девице, что, несмотря на свое происхождение, Сьюзи вышла-таки замуж за большие деньги и теперь может позволить себе многое. Миссис Данкерк пообещала убедить своего мужа купить остров у берегов Каролины, если Ариэль добудет ей титул «Миссис Арундел» на осеннем празднике города. Ариэль с трудом удержала невозмутимое выражение лица, услышав столь вульгарное и глупое желание. Потом она вспомнила, что перед ней Сьюзи Эдвардс, и мысленно пожала плечами: чего еще можно ожидать от человека, выросшего возле ткацкой фабрики? Никогда девушки из той части города не становились королевами праздника – как бы красивы они ни были. А вот миссис Уэдерли в молодости была «Мисс Арундел», и саму Ариэль тоже объявляли королевой города. «Чтобы вырвать у матери согласие на это, мне придется ее чем-нибудь опоить, – безнадежно подумала Ариэль, – или... или мне придется выполнить ее самое заветное желание, то есть согласиться на брак с Дэвидом».

Мысли Ариэль метались, и на душе у нее было тревожно, но миссис Данкерк видела перед собой только спокойную девушку с безмятежным выражением лица, которая с готовностью согласилась на ее условия. Ариэль мило улыбнулась и сказала, что это замечательная мысль – выбрать не мисс, а миссис Арундел и для этой роли никто лучше миссис Данкерк и не подойдет, ибо она является живым воплощением того, как много человек может добиться в жизни, если хочет. Миссис Данкерк бросила очередную недокуренную сигарету, попрощалась и направилась к своему лимузину. Глядя ей вслед, Ариэль размышляла о том, сколь велико значение наследственности. Вот, например, Сара. Сестры встретились единственный раз, в тот день, когда Сара готовилась сдавать свою первую сессию в университете. Она выглядела замарашкой и одета была, с точки зрения Ариэль, в какие-то лохмотья, и все же... все же тогда в комнате, битком набитой неопрятно одетыми людьми, Ариэль без труда нашла ее среди других студентов. Нечто было в ее облике, в манере держаться, что напоминало ее покойную мать, урожденную Эмблер. Конечно, ее голубая кровь смешалась с кровью того недостойного типа, с которым мать Сары сбежала из дому, но девочка пошла в мать, и это хорошо. Гены – великая вещь... что нам лишний раз подтвердила миссис Данкерк.