Пальцем в небо - Маргарита Ардо

— Дайонсе, Дайонсе!

Упс! А слона-то я и не признала…

* * *

— У каждой женщины есть своё идеальное платье. Причём разное на свой случай. Запомни, милашка! — Звезда поп-музыки и хип-хопа Дайонсе улыбнулась мне почти по-матерински. — Если глаза загорелись и хочется обладать, бери сразу! Внутреннее чувство, его не обманешь! Ну как, полегчало от леденцов?

— О да, спасибо, больше не тошнит, — кивнула я своей именитой спутнице, удивляясь самой себе и стечению обстоятельств. Звезда была роскошной, но при этом не парила в дымке и прожекторах, а шла, как обычная женщина, и пахла духами и материнским молоком. С некоторых пор я стала различать запахи чутко — почти, как собака.

Я спросила:

— А как вы угадали, что я беременна?

— У меня глаз намётан, детка. Сама недавно родила близнецов. Рыбак рыбака видит издалека. Рассказывай, что за событие тебе предстоит.

— Знаю только, что Благотворительный ужин устраивает жена главы корпорации. Мой жених не стал вдаваться в подробности. И я не знаю, длинное надо платье, короткое, вечернее или коктейльное. Вдруг заявлюсь в платье, как в оперу, и окажусь «белой вороной»… А они собрались на меня смотреть… В первый раз! Я в ужасе!

— И он тебе не сказал, — поджала губы певица, — сукин сын!

— Нет, он хороший, — смутилась я, — только…

— О, дорогая, у каждого из них есть целый набор «только». Он тоже русский?

— Нет, американец. Точнее пуэрториканец.

Дайонсе усмехнулась со знанием дела и покачала головой.

— Нужно что-то консервативное, наверное. Я не хочу, чтобы обо мне подумали что-то… Ну, вы понимаете что, — покраснела я.

— Это зря, детка! Кто захочет, уже подумал. А ты думай только о том, чтобы выглядеть сногсшибательно. И чтобы твой мужчина смотрел только на тебя. Ну, и другие тоже… Поняла?

Я кивнула, едва за ней поспевая. Все уже смотрели на нас. Точнее на неё. Поразительно, что никто не кидался и не просил автограф.

— Заходи-ка сюда. Shoshanna — это то, что нужно для приличных девочек и не очень.

Продавщицы кинулись к нам.

— Миссис Боулз, мисс…

— Здравствуйте, — уверенно сказала певица, — предложите нам что-то такое, чтобы её мужчина откусил язык, а остальные умерли от зависти. Но при этом вполне консервативное.

— О, с удовольствием. Мы как раз получили новую коллекцию от Hi-Lo…

И понеслось!

В компании именитой «феи-крестной» я почувствовала себя свободнее, и внезапно оказалось, что в этом супер-универмаге есть из чего выбирать.

— Не прячь свою шикарную грудь, — сказала Дайонсе, глядя на меня в очередном платье, — я никогда не прячу. И плечи. У тебя изумительные плечи! Мадам, предложите нам что-то с открытыми плечами.

— А я не замёрзну? Ноябрь всё-таки, — пробормотала я.

Дайонсе только рассмеялась.

Наконец, я надела четвёртое по счёту платье, отвергнув то, что стоило половину ростовской коммуналки, и поняла: вот оно, моё. Словно сложился пасьянс, и в душе, как на экране компьютера, вспыхнули фейерверки!

— Кажется, очень хорошо, да? — глянула я, сияя, на певицу.

— О, да, милашка! Это оно, — закивала та, разглядывая вместе со мной отражение в огромном зеркале: чуть светлее по тону дорогого красного вина, американская пройма (я даже хихикнула мысленно — как подходит к случаю!), подобие короткого рукава из легких оборок от груди к рукам, вверху удачно подчёркивающее фигуру, длинное почти в пол сзади, и женственными оборками приоткрывающее ноги от колен спереди. В нём мне было комфортно и легко, от прикосновения к коже натурального шёлка — приятно. Чёрные туфли на высоченной шпильке с тонкой перепонкой завершили образ. И я показалась себе немножко испанкой. Рядом со своим смуглым корсаром буду очень гармонична!

— Идеально, — согласилась ещё раз Дайонсе. — Ты просто конфетка!

— Спасибо, — расцвела я, — как я могу вас отблагодарить?

— Брось, милашка, это было даже приятно! — царственно махнула рукой богиня поп-сцены. А затем протянула мне две визитки. — Вот чудный салон. Скажешь, что от меня. Только записывайся прямо сегодня! А вот хороший акушер, рекомендую.

— Спасибо-спасибо-спасибо! — я сложила руки у груди, счастливая.

Дайонсе взглянула на часы.

— Время добрых дел закончено. Пора ехать в студию. Милашка, напиши мне потом в Фейсбуке, как всё прошло. И в Инстаграме зафрендься. Я уверена, что ваши корпоративные дамы сгрызут от зависти локти, а жених будет отгонять коллег от тебя, как мух! Ты божественна, детка!

Она обняла меня на прощанье и быстро ушла, не обращая внимания на взгляды и вьющейся за ней тонким флёром интерес окружающих. Да, это вам не хухры-мухры! Это Нью-Йорк — город, где звезда может стать феей-крёстной и поделиться с тобой леденцами от токсикоза. Я ещё раз посмотрела на себя в зеркало и почувствовала себя красавицей. Я не звезда, я только учусь. Однако учусь весьма неплохо…

* * *

— Как прошёл день? — спросил вечером Джек, застав меня на кухне за лепкой пельменей и просмотром сериала.

— Замечательно.

Я хитро улыбнулась и завела руки назад, чтобы не перепачкать его костюм мукой. Позволила себя поцеловать.

— О, равиоли! Какой смешной формы…

— Никакие не равиоли! Это пельмени сибирские. Как поешь, сразу в медведя превратишься. Хотя нет… — я ополоснула руки и вытерла полотенцем.

— Что нет? — улыбался Джек.

Я кокетливо склонила голову, окидывая его взглядом с ног до головы.

— Ты уже медведь. Так что можешь есть пельмени смело!

— Ах ты ж, балерина! — покачал головой Джек, расстёгивая пуговицы пиджака и стягивая галстук. — Ты сегодня дома была?

— Немного прогулялась за покупками. Разложила вещи, начала заниматься испанским онлайн.

— Зачем? — удивился Джек.

— Ты на каком с мамой разговариваешь?

— Ну-у, наверное, чаще на испанском.

— Вот и ответ, — хмыкнула я. — А ты русский учить бросишь?

— С чего бы? Я с Полиной договорился заниматься по Скайпу.

— Я бы тоже тебя могла поучить.

Джек сбросил пиджак на высокий стул, обнял меня сзади.

— Ты не можешь.

— Это ещё почему?!

— Ты — моя женщина… И я буду тебя хотеть, не смогу заниматься. — Горячим дыханием обожгло шею. — Особенно, когда ты так смотришь…

Он подхватил меня на руки и понёс куда-то.

— Эй, а как же пельмени! — смеясь, воскликнула я.

— Это на второе…

Мгновение, и я уже лежала на кровати в спальне, мой пуэрториканец навис сверху, избавляя меня от одежды.