Пробуждение любви - Жаклин Норрис

На первый взгляд суббота прошла спокойно. Анна, как и собиралась, выспалась, подстриглась, а после полудня читала медицинские журналы.

А если вернее, она сидела, глядя в раскрытую страницу.

Уши ее чутко улавливали любой шум, производимый Джейсоном. Вот он вышел позагорать, вот разговаривает с кем-то через ограду, вот вернулся в дом переодеться, а потом уехал в супермаркет.

В кухне он тихо насвистывал — как ни странно, его свист не раздражал ее. Она вспомнила, как девочкой рвала на лугу фиалки, как босиком бегала по лужам и рыбачила с отцом.

Нет, погодите! Она никогда не рыбачила с отцом. Рядом с их домом не было ни одной речушки. А ее родители ни за что не позволили бы ей бегать босиком по грязи.

Джейсон определенно оказывает на нее странное воздействие.

Наверное, права старая пословица: противоположности притягиваются друг к другу. Анна в который раз попыталась сосредоточиться на странице журнала. Скорее всего, в Джейсоне Бранте ее привлекает новизна.

Черта с два!

Она почти испытала облегчение, услышав телефонный звонок. Можно воспользоваться любым предлогом — например, осмотр пациентки в больнице — и уйти из дому.

Но ей звонила одна беременная, у которой обнаружили респираторное заболевание; от Анны требовалось всего лишь позвонить в аптеку и продиктовать состав лекарства.

Пора бы ей привыкнуть! В ее работе авралы случаются в два часа ночи или на Рождество.

Стрелки на наручных часиках показывали половину шестого. Не в силах больше сидеть в комнате, Анна пошла переодеваться.

Вначале она собиралась надеть простое платье цвета морской волны с жемчугом, но оно было недостаточно нарядным для задуманного ею ужина по-французски. И потом, ей отчего-то не хотелось, чтобы Джейсон сразу понял, что Орас Суонн не привлекает ее как мужчина.

Анна решила надеть платье, которое она купила на тридцать пятую годовщину свадьбы родителей — роскошное крепдешиновое платье изумрудного цвета с глубоким V-образным вырезом, к которому полагался пояс, инкрустированный искусственными бриллиантами, и туфли с пряжками в тон.

Яркое платье, разумеется, требовало соответствующего макияжа, и Анна стала рыться в ящичке своего туалетного столика в поисках редко используемых теней. Ярко-алая помада, чуть-чуть румян и карандаш для век — она выпрямилась и посмотрелась в зеркало. Вроде неплохо. Волосы она зачесала назад и с помощью лака закрутила сложный французский пучок, закрепив прическу красивой гребенкой.

Хотя на часах было всего половина седьмого, Анна решила, что, как гостеприимная хозяйка, обязана спуститься вниз и проследить, чтобы все было в порядке.

Джейсон уже успел прибрать в гостиной — унес ее журналы. Заметив вазу со свежесрезанными маргаритками, Анна невольно восхитилась его предусмотрительностью.

Почему ей самой подобные мелочи никогда не приходят в голову? Она не похожа на других женщин. Никакого романтизма. Даже в подростковом возрасте она никогда не крутилась у прилавка с духами, пробуя на себе разные ароматы, как другие девочки, никогда не покупала журналов с модными прическами, не пыталась изменить свой внешний вид.

Отчего-то она загрустила — как будто упустила в жизни что-то важное. Покачав головой, Анна заглянула на кухню.

Джейсон, одетый в свободные брюки и рубашку поло, нарезал на доске лук-шалот. Перед ним на рабочем столе выстроились баночки со специями, белое вино, овощи и курица.

— Кажется, у вас все под контролем. — Анна сделала шажок назад. — Вам что-нибудь еще нужно?

Джейсон поднял голову:

— Да. Если хотите, посидите рядом, составьте мне компанию. — Взгляд его медленно спустился от ее лица, скользнул по платью, на мгновение задержался на глубоком, смелом вырезе и проследовал дальше, к длинным, стройным ногам. — Выглядите потрясающе! Наверное, этот ваш Орас — нечто особенное.

— Он один из самых выдающихся гастроэнтерологов в нашем округе. — Анна поняла: он ждал от нее не такого ответа, но как еще ответить, не покривив душой? — Что у нас будет на ужин?

— Курица в винном соусе с глазированной морковью и молодой картошкой, а на десерт — шоколадный мусс. Надеюсь, вам понравится. Вы ведь сказали, что я сам вправе выбрать меню, — ответил он через плечо, не переставая резать лук.