Непридуманная сказка - Яна Перепечина

- Не надо… милиции не надо, - еле слышно застонала Катя.

- Как?! – ахнула Саша. – Ты что? Надо! Обязательно надо! Тебя же чуть не убили! Ты видела, кто это был?

Катя долго молчала и лишь через минуту снова чуть заметно кивнула:

- Да.

- Ты их знаешь?

- Нет… Трое… Парни… Молодые…

Вскоре вернулась запыхавшиеся Олеся и сообщила, что Машка осталась на дороге ждать милицию и «скорую».

- Молодцы, - похвалила Саша, не отводя глаз от Кати. Она лежала, закрыв глаза, но дышала ровно и изредка слабо пожимала руки Александры, которых та не отнимала. Наталья бестолково толклась рядом и время от времени сочувственно вздыхала.

Олеся неловко плюхнулась на землю рядом с Сашей и шумно прошептала ей в ухо:

- Ну, что с ней?

- На неё напали трое, - еле слышно прошелестела Александра, боясь даже словом причинить Кате лишнюю боль, - я так понимаю, что изнасиловали и треснули по голове. Ну, или в обратном порядке: сначала стукнули, потом изнасиловали. Похоже, вон тем суком били, видишь?

- Вот этой корягой? – ужаснулась Олеся. – Как она жива-то осталась?

- Не знаю. И на шею посмотри. Явно следы от пальцев…

- И? – всмотрелась в её лицо Олеська.

- Что «и»?

- Мне кажется, что ты что-то недоговариваешь.

Саша чуть отстранилась от неё, помолчала, потом тихонько положила руку Кати на траву и, прошептав: « Катюша, я на минутку, ты подожди немного», - скомандовала:

- Наташ, пойдём-ка с нами.

Втроём они отошли на несколько метров. Саша оглянулась зачем-то, потом подтащила подружек за руки поближе и тихо спросила:

- Вы поняли, кто её изнасиловал?

- Какие-то трое гадов, - голосом отличницы отчеканила Наталья.

- Вот именно, - кивнула Саша, - а кого мы видели по пути сюда?

- Мошкина, Корзина и Ванякина.

- Вот именно, - снова согласилась Александра, - троих.

- Подожди, - хрипло ахнула Олеся, - ты хочешь сказать, что они… что это они и есть те самые гады?

- Вот именно, - словно заезженная пластинка, опять повторила Саша. Ей было невыносимо противно.

- А ведь похоже на правду, - закрыла рот ладонью впечатлительная Наталья, - неужто они?!

- Они самые. Во всяком случае, это очень вероятно.

- И что нам теперь делать? – испуганно прошептала Олеся.

- Рассказать обо всём милиции, - Саша горела жаждой справедливости.

- Не, - замахала руками Олеся, - тут я пас! Я не стукачка!

- И я! – вытаращив для убедительности глаза, тоненьким голосом поддакнула Наталья.

- Были б чужие – это одно, а тут свои, знакомые, - снова затрясла головой Олеся.

- Да что ты мелешь, Ермохина?! – возмутилась Саша. – Ты на девчонку посмотри! Видишь, что они с ней сделали?! Знакомые эти. Не удивлюсь, если дубиной этой по голове дали, чтобы убить. А не только оглушить. Просто не вышло у них ничего. Или девочка крепче, чем они ожидали, оказалась. Мы должны обо всём рассказать милиции. Обо всём, - с нажимом повторила она.

- Я читала, что жертвы насилия сами часто виноваты… - вмешалась Наталья. – Вот что её сюда понесло?! Да ещё одну? Она же их спровоцировала!

- Наташ, Наташка, - задохнулась от возмущения Саша, - что ты несёшь?! Разве можно чем-нибудь оправдать вот такое?! А нас зачем сюда понесло? И с нами вполне могли вот так же…

Все помолчали: Александра сердито, Олеся с Натальей смущённо.

- Этак нам ещё и в суде выступать придётся… - нарушила тягостное молчанье именинница.

- Скорее всего.

- Я не хочу.

- Я тоже не горю желанием. Но придётся, – отрезала Саша.

Поняв, что переубедить ту не удастся, Олеся с Натальей страдальчески повздыхали, но всё же согласились с ней. Может, будь у них время, они и передумали бы. Но буквально через пару минут с дороги послышался звук сирены, сначала одной, потом, следом, другой. Саша снова вернулась к Кате и села с ней рядом, с облегчением убедившись, что та всё ещё дышит.

Дальше всё закрутилось с такой скоростью, что Саша помнила только, как доктор и вызвавшийся помочь ему молоденький милиционер, спешно уложили на носилки Катю и буквально бегом кинулись вверх по склону, туда, где ждала «скорая». Потом оставшиеся милиционеры осматривали полянку и опрашивали их с девчонками.

А потом было опознание - благодаря их показаниям насильников арестовали в тот же вечер. Домой Саша попала лишь под утро. И долго ещё не могла уснуть, вспоминая истерзанную Катю и её мучителей: Мошкина, Корзина и Ванякина. Вспоминая и не понимая, как можно из простых парней превратиться в изуверов?

Суд был строг, всех троих обвинили в изнасиловании, попытке убийства и сопротивлении полиции при задержании. Все трое получили большие сроки. Катя, к счастью, выжила, и Саша частенько вспоминала о ней, боясь представить себе, как живётся ей все эти годы, прошедшие с того страшного июньского вечера. И ещё она иногда вспоминала ненавидящие взгляды, которые бросали на них с подружками, насильники в отделении милиции и позже в суде.